— Люди из торговой гильдии семьи Цуй?!
В комнате глаза Ли Цинъяня вспыхнули радостью. Кивнув Ли Яньчжоу, он быстрым шагом направился к выходу.
В сердце Ли Яньчжоу тоже зародилась слабая надежда.
Ведь речь шла о человеке, которого в будущем станут величать медицинским святым. Его искусство врачевания не уступает мастерству старейшины Хуа, а, возможно, и превосходит его. Может быть, он действительно способен излечить этот яд?
Ли Яньчжоу понимал, что шанс ничтожно мал, а надежда часто идет рука об руку с разочарованием и даже отчаянием. Но он не мог подавить в себе эту мысль.
В конце концов, а вдруг?
Ли Цинъянь торопливо вошел в гостиную.
Увидев фигуру в белом одеянии, лицо которой скрывала серебряная маска, Ли Цинъянь поспешил подойти и почтительно поклонился:
— Князь Сяо, Ли Цинъянь, приветствует вас! Позвольте узнать, вы и есть тот самый фармацевт, стоящий за торговой гильдией семьи Цуй?
Су И поднялся, ответил легким поклоном и тихо произнес:
— Да, простолюдин Бай Юань приветствует Ваше Высочество. Я слышал, что Ваше Высочество готовы заплатить любую цену, чтобы пригласить меня. Полагаю, дело касается третьего принца?
— Господин Бай! Мой третий брат отравлен страшным ядом. Прошу вас, господин Бай, спасите его!
— Смогу ли я помочь, станет ясно только после осмотра, — ответил Су И.
— Прошу!
Су И последовал за Ли Цинъянем вглубь резиденции принца.
Передавая ядовитую пилюлю Ин Шэн, чтобы та подменила ею лекарство, он рассчитывал именно на этот момент.
В комнате несколько имперских лекарей, увидев вошедшего следом за Ли Цинъянем Су И, поспешно поклонились:
— Приветствуем Квази-Медицинского Святого!
— О? Бай не знал, что удостоился такого титула, — Су И на мгновение опешил.
Один из имперских лекарей пояснил:
— Старейшина Хуа однажды сказал, что самое большее через тридцать лет вы станете нынешним Медицинским Святым. Поэтому в нашей Имперской Медицинской Академии вас уже называют Квази-Святым.
Эти слова поразили всех присутствующих.
Что такое Имперская Медицинская Академия? Заставить всех ее лекарей искренне называть кого-то Квази-Святым способен, пожалуй, только этот человек.
Взгляд Ли Яньчжоу, устремленный на Су И, стал гораздо теплее. Он слегка кивнул гостю:
— Если господин Бай сможет исцелить меня, этот князь, в меру своих возможностей, выполнит любое ваше условие.
— Бай, разумеется, приложит все усилия.
Су И подошел и положил руку на запястье Ли Яньчжоу, проверяя пульс.
Хотя он и предполагал, в каком состоянии находится Ли Яньчжоу, но после личного осмотра выражение его лица всё же слегка изменилось. Созданную им ядовитую пилюлю он еще не испытывал на живых людях, поэтому столь разрушенные внутренности видел впервые.
Время шло, минута за минутой.
Прошло меньше времени, чем требуется для сгорания одной палочки благовоний, но для присутствующих оно тянулось невыносимо долго.
Все прекрасно понимали: если даже этот человек не сможет вылечить Ли Яньчжоу, то единственный шанс на спасение – найти убийцу, покушавшегося на принца, и через него выйти на мастера ядов, создавшего эту отраву.
Наконец, под скрывающим надежду взглядом Ли Яньчжоу, Су И медленно убрал руку и тяжело вздохнул.
В одно мгновение лица всех, кроме имперских лекарей, изменились.
— Господин Бай?! Третьего брата еще можно спасти? — дрожащим голосом спросил Ли Цинъянь.
Су И слегка покачал головой:
— Яд проник в самые недра организма. Исцеление невозможно! Боюсь, даже мастер ядов, создавший эту отраву, не смог бы ее обезвредить. Познания Бая в медицине ограничены, прошу Ваше Высочество простить меня.
— Как это невозможно?! Разве в мире существуют яды, от которых нет противоядия?!
Ли Цинъянь не сдержался и бросился к Су И, намереваясь схватить его и потребовать ответа, но Ли Яньчжоу остановил его.
— Седьмой брат! Довольно!
Ли Яньчжоу оттащил Ли Цинъяня в сторону, несколько раз кашлянул, а затем с трудом встал и сложил руки в поклоне перед Су И:
— Благодарю господина Бая за осмотр. Пусть вы и не смогли обезвредить яд, но все же проделали этот путь не зря. Управляющий! Поднеси господину Баю сто лян золота в качестве платы за труды.
— Слушаюсь!
Стоявший рядом управляющий уже собирался уйти за золотом, когда Су И внезапно покачал головой:
— Ста лян золота недостаточно.
— Недостаточно? Тогда тысячу!
— И этого мало.
Су И взглянул на мрачнеющее лицо Ли Цинъяня и продолжил:
— Если Бай не ошибается, Ваше Высочество ежедневно мучается от действия яда. Боль порой становится настолько невыносимой, что хочется немедленно умереть, верно?
— Верно!
— Хотя Бай не может избавить Ваше Высочество от яда, я могу унять боль. По крайней мере, до такой степени, чтобы вы могли ее терпеть. Это не повлияет на ваши действия в ближайшее время.
Услышав это, глаза Ли Яньчжоу загорелись.
Значительное облегчение страданий от яда стало бы для него огромным подарком небес. Ведь он действительно не хотел снова переживать те муки, что испытал совсем недавно. Не говоря уже о том, чтобы терпеть эти приступы каждый день вплоть до самой смерти.
— Чего же желает господин Бай?
— Секту Белого Журавля.
Ли Яньчжоу нахмурился:
— Неужели у господина Бая есть какая-то связь с сектой Белого Журавля?
— Смертельная вражда. Примирение невозможно.
Вот оно что!
Ли Яньчжоу тут же вспомнил, как ранее поручал торговой гильдии семьи Цуй связаться с этим фармацевтом, чтобы попытаться привлечь его на свою сторону. Когда тот ответил категорическим отказом, принц решил, что лекарь просто слишком высокомерен. Кто бы мог подумать, что причина кроется в смертельной вражде с подконтрольной ему сектой Белого Журавля!
— Секта Белого Журавля служит этому князю. Как же я могу своими руками отдать ее господину Баю?
— Вашему Высочеству не нужно ничего делать самому. Достаточно лишь вашего согласия, и Бай сам уничтожит секту Белого Журавля.
Услышав это, Ли Яньчжоу с облегчением выдохнул:
— Хорошо! Этот князь согласен!
Всего лишь какая-то секта из цзянху, которая лишь делает вид, что верна ему. Пожертвовать сектой Белого Журавля ради того, чтобы спокойно прожить оставшийся ему неполный год? Это выгодная сделка, как ни посмотри.
К тому же у Ли Яньчжоу возникла еще одна мысль: когда Су И уничтожит секту Белого Журавля и утолит свою жажду мести, принц перед смертью, возможно, сможет завербовать его для своего седьмого брата.
— Бай благодарит Ваше Высочество, — произнес Су И. — Прошу предоставить кисть и тушь, я сейчас же напишу рецепт.
Не дожидаясь приказа Ли Яньчжоу, управляющий поспешно удалился и вскоре вернулся с письменными принадлежностями, приказав слугам внести стол и стул.
Вскоре Су И записал рецепт на бумаге и дал наставления управляющему:
— Принимать по одной дозе утром, в обед и вечером. И пусть Его Высочество старается не гневаться, а также избегает запахов благовоний и ароматических свечей.
— Этот слуга запомнил!
— Раз так, Бай откланяется.
Увидев, что Су И встал со стула, Ли Яньчжоу тут же бросил взгляд на Ли Цинъяня:
— Седьмой брат, ну что же ты, проводи господина Бая!
— Господин Бай, прошу.
Комментарии