Напряжённая атмосфера столицы, в конце концов, начала постепенно спадать по мере того, как приближался Новый год.
Улицы и переулки были полны суеты: повсюду толпились люди, закупавшие праздничные товары, громко зазывали торговцы, а даже обычно мрачные и жесткие стражники теперь выглядели чуть более по‑человечески.
— В этом году снег, будь он неладен, не на шутку разошёлся. — Зато снег к урожаю. Год обещает быть богатым! — Ха‑ха! Если и правда будет урожайный год, я, пожалуй, и сыну жену найду!
Хотя снег валил густо, жители столицы не страдали от голода и холода. А потому могли позволить себе подумать о будущем и о грядущем урожае.
— Цянь'эр, не ешь столько засахаренных фруктов на палочке, а то зубы испортишь. — Знаю я!
Су И вместе с тремя девушками тоже вышел на улицу покупать праздничные товары.
С тех пор как его Боевое Искусство Божественного Воинства достигло девятого уровня и он смог уловить Истинную Суть Божественного Боя, он понял, что больше развиваться не может.
Хотя он и ощущал присутствие этой истины, но, видимо, из‑за недостатка опыта на пути боевых искусств даже с поддержкой нефрита Божественной Мощи никак не мог породить собственное понимание.
Полмесяца закрытых тренировок ни к чему не привели, и Су И решил приостановить занятия, проведя время с Ин Шэн и остальными.
Поначалу он даже думал, что им повстречается какой‑нибудь столичный сорвиголова, который решит схватить прохожую и получит от него по заслугам.
Но два дня прогулок показали, что даже здесь такие повесы весьма избирательны.
Присмотревшись к красоте девушек, они лишь на мгновение задерживали взгляд, а затем быстро отворачивались.
Похоже, даже распущенным разбойникам столицы хватает ума сразу понять, с кем можно связываться, а с кем лишь обернётся погибелью.
В конце концов, Су И шёл в сопровождении Мастера боевых искусств, служившего телохранителем, – ясный знак, что лучше держаться подальше, – трактир Хунбинь? Давайте пообедаем здесь. — Хорошо!
Они как раз подошли к людному трактиру. Хотя до полудня оставалось ещё время, зал уже был полон.
Су И только ступил через порог, как к нему тут же подскочил радушный молоденький служка.
— Прошу, господа! Пойдёмте наверх! — Есть там свободная комната? — Молодой господин пришли как раз вовремя – осталось всего пара кабинетов!
Проведя их наверх, служка вежливо склонился:
— Что прикажете подать? — Принеси всё, чем у вас славится кухня, и несколько кувшинов хорошего вина.
Он небрежно бросил кусочек серебра, а затем уселся у окна, прикрыв глаза и отдыхая. Девушки привыкли к его привычке и негромко беседовали о сегодняшних лавках.
Хотя сейчас дальше совершенствоваться было невозможно, Су И время от времени подключался к нефриту Божественной Мощи, надеясь, что однажды сможет постичь Истинную Суть Божественного Боя.
Когда он вернулся из внутреннего сосредоточения, еда и вино уже стояли на столе.
Надо признать, что раз уж трактир в столице держится на плаву и пользуется успехом, повара здесь действительно мастера – блюда радовали и видом, и запахом, и вкусом.
Все, кроме Цянь'эр, владели боевыми искусствами, потому ели быстро. Особенно отличился Вэн Ли – три укуса на курицу, и от птицы не осталось даже костей.
Су И бросил взгляд на Ин Шэн, сидевшую между Гу Жосюань и Цянь'эр, и в глазах его мелькнуло сомнение:
— Шэн, у тебя не случилось ли чего с внутренней силой? Последние дни лицо у тебя какое‑то бледное, как будто недостаёт энергии.
Ин Шэн отложила куриную ножку, которую собиралась положить Цянь'эр, и нахмурилась:
— Сама не знаю. В последнее время при работе с внутренней энергией чувствую, будто каналы закупорены. Может, я где‑то ошиблась в упражнении?
— Дай‑ка руку, посмотрим.
Су И приложил ладонь к её запястью. Через мгновение его брови сурово сдвинулись.
Увидев выражение его лица, остальные перестали есть и настороженно уставились на него.
Прошла добрых несколько мгновений, прежде чем обеспокоенная Гу Жосюань не выдержала:
— Что с сестрёнкой Ин?
Су И только открыл рот, чтобы ответить, но тут же напрягся:
— Плохо!
Почти одновременно лицо Ин Шэн стремительно побледнело, затем покрылось чёрным оттенком – и она обмякла, рухнув на стол.
За дверью послышались шаги – служка, услышав шум, торопливо вбежал внутрь.
Увидев Ин Шэн, лежащую без сознания и с посиневшим лицом, он задрожал:
— Яд… Яд?! Кто‑то подсыпал яд в еду?!
Его пронзительный крик мгновенно разнёсся по этажу, и вскоре из соседних комнат повыбегали испуганные посетители.
— Что случилось? — Говорят, в еде яд?! — Кто отравился?!
Пока весь этаж превращался в хаос, Су И, удерживая внутренней энергией каналы Ин Шэн, резко скомандовал:
— Сяо Лю! Быстро в ближайшую лечебницу, принеси серебряные иглы!
— Есть!
Вэн Ли схватил перепуганного служку и спросил мрачно:
— Господин, еда отравлена? — Нет, дело не в сегодняшних блюдах.
Служка облегчённо выдохнул, и Вэн Ли отправил его успокаивать гостей.
Су И опустился на одно колено перед без сознания Ин Шэн. Он даже не успел подхватить её, когда она упала – вся сила ушла в то, чтобы удерживать поток внутренней энергии и не дать яду распространиться быстрее.
Но даже так ясно было: остановить действие яда почти невозможно.
Когда Ин Шэн внезапно потеряла сознание, Су И окончательно понял – в её теле уже давно скрывается мощнейший яд.
Настолько опасный, что даже он, почти достигший звания Медицинского Святого, ощутил растерянность.
Этот яд уже проник в её органы и кровь. А его попытка прощупать состояние энергии лишь спровоцировала отравление и обморок.
Вскоре Сяо Лю вернулся, держа в руках набор серебряных игл. Не дожидаясь приказа, он увёл Сяо У и Вэн Ли из комнаты.
Су И взял иглы и, кивнув Гу Жосюань, чтобы та расстегнула на Ин Шэн одежду, начал быстро ставить иглы.
С каждой новой иглой чёрный оттенок на лице Ин Шэн понемногу сходил.
Когда тридцать шесть серебряных игл вошли в важные точки, последние следы мертвенной синевы исчезли.
Гу Жосюань облегчённо выдохнула:
— Что с сестрёнкой Ин? Ты вывел яд, И‑гэ?
Су И покачал головой, сохраняя сосредоточенный вид:
— Яд жил в теле Ин Шэн не меньше трёх лет. Эти иглы лишь временно блокируют каналы, чтобы спасти ей жизнь. Но полностью вывести яд можно будет только иным способом.
Комментарии