Глава 41: «Ткачиха собирает озёрный шёлк.»
Пухлый дух бессловесно потянулся к золотому свету, и его расплывчатая тень втянулась в Фонарь Привлечения Душ.
Чжао Син наблюдал, не вмешиваясь. Чужая находка – слишком далека, да и чтобы узнать про «клад», пришлось бы выполнить просьбу духа, помочь исполнить посмертную волю. Слишком хлопотно.
Он же искал удачи – быстро, без лишних кругов. А если за каждым делом стоять неделями, проще на поле вернуться.
К тому же вмешиваться в задания жрецов храма – себе дороже. На их месте, он бы тоже не терпел чужака.
— Не страшно, ещё будет случай. — Он даже не оглянулся и пошёл обратно.
А-Сюй, завидев господина, выдохнул с облегчением. Уж думал, не вернётся – ещё скажет потом, будто речные ныряльщики его обидели.
— Господин сказал ждать… а сам пропал!
— Видел одного знакомца. Пойдём, посмотрим южнее, к озеру…
А-Сюй ничего не ответил, только подтянул снасти – наконец-то настоящая работа.
В южной части озера пылали огни, но больше в самих водах, чем на берегу. Воздух был пропитан тихим светом, по которому скользили тени от фонарей.
— Эй… — А-Сюй остановился, всматриваясь вдаль.
— Что там?
— Да увидел знакомую. — Он махнул рукой, будто отгоняя неловкость.
Чжао Син усмехнулся:
— Ага, теперь мы поменялись ролями…
Но в этот раз напрасно смеялся: ныряльщик не лгал.
— Вон там, видите женщину в холщовых одеждах? Рядом юная в белом. Та, что постарше – третья тётушка Линь, из наших мест, раньше вместе ныряли. Муж утонул, она потом заменила его. А потом ушла со дна, сын вырос, обзавёлся домом. Не пойму, чего это она нынче снова берётся за старое…
Чжао Син всмотрелся – Ясное Зрение подтвердило: Линь и впрямь настоящая ныряльщица, инструменты те же, что и у А-Сюя. А вот девушка рядом… чиста и опрятна, простые одежды мерцают мягким светом.
— Первая ступень магического одеяния? — Чжао Син удивился. — Она из ткачих?
— Нет, это её племянница, Линь Байвэй. Она сирота, Линь воспитала её с детства. Говорят, поступила в ткацкое управление в Гучэне…
В Великой Чжоу женщины могли служить на равных, в том числе и в государственных мастерских. Ткачихи занимались созданием магических одеяний – весьма почтённое ремесло.
— Значит, тётушка снова в лодке ради племянницы. — Сказал Чжао Син.
— Откуда вы знаете? — А-Сюй удивился.
— Она подготавливает материалы – собирает озёрный шёлк…
— Скорее всего, завтра у её племянницы испытание. А озёрный шёлк – лучший материал для первоуровневых одеяний…
— В это время, в сезон Чушу, других шелков уже нет: первые, вторые и последние коконы сняты. Только водный шёлк ещё доспевает…
— Из него ткут «хэлло» – одеяния – лёгкие, как ветер. Зимой в них тепло, летом прохладно, изгоняют сырость и недуги. Слабым детям и старикам особенно полезны…
— Есть и средние сорта – «пять нитей», или простые «сверкающие» одеяния, но озёрный шёлк всегда вне конкуренции…
— А работать можно лишь ночью: днём водные черви сворачиваются, не поймаешь…
— Так что я не зря сказал – Линь вышла ради неё. Для ныряльщика это пустяк…
— Господин много знает! — А-Сюй искренне восхитился.
— Раз так, может, подойдёшь, поздороваешься? — Усмехнулся Чжао.
— Нет уж. Сама знаешь, для работы ей раздеться придётся. Увижу нечаянно – срам на весь уезд…
Чжао Син едва заметно кивнул, наконец убедившись: парень надёжен.
Он снял лодку напрокат – раз уж берег патрулировали служащие храма, лучше держаться подальше.
Вода тихо покачивалась, редкие фонари отражались в ряби. Лишь крупные суда и несколько малых лодок плели свой узор из света.
Чжао сидел молча, слушал озеро. Никого живого не встретил, зато духов – немало. Одни висели над фонарями, другие бродили под водой, впитывая благовония.
Некоторые не были человеческими, а рождались из душ водных тварей – причудливых, перекошенных форм. Мимо лодки проплыла тень с рыбьей головой и человеческим телом.
Но и таких духов храм очищал регулярно.
Порой слышалось:
— Что ты делаешь?
— Иду туда…
— Зачем?
— Иду туда…
Две помутневшие души при большой реке твердили одни и те же слова, точно сломанные куклы. Лишённые сознания, одни души без разума – так и ведут себя.
Безвредные, их вытягивала стихия, и в течение семи дней они сами рассеиваются.
— Здесь остановись. — Сказал Чжао.
А-Сюй быстро повернул лодку:
— Озеро прозрачное, рыбы кишат. Поди, клад лежит! Спущусь, проверю…
— Валяй. — Чжао Син уже видел: у самого дна две жемчужины Восточного Озера, первой ступени, хорошего качества.
Стоят они немного – по ляню серебра каждая, разве что изредка по два, если форма удачная. Но не редкость. А вот второго, третьего ранга – совсем другое дело.
Спустя миг А-Сюй вынырнул, сияя:
— Господин, вытащил две!
— Молодец. Лезь обратно. — Чжао взял жемчужины – обе превосходные, высокого класса. Самое то для начала.
Но ветер вдруг принёс странный шёпот:
— Свет… яркий свет… глаза режет…
— Холод… черепаха… там холодно… не хочу туда…
(Конец главы)
Комментарии