В новой жизни на Линь Юнмао сильно влияли воспоминания предшественника.
Женщина перед ним была искренна в своей любви, их связывали узы крови, и Юнмао всем сердцем был готов принять ее как мать.
По сути, нынешний Линь Юнмао теперь жил и за себя, и за того парня, чье место он занял.
— Матушка, — позвал он слегка охрипшим голосом.
— Ох, Юнмао, не волнуйся, — ответила она, погладив его по руке. — Пока я жива, никто и пальцем тебя не тронет.
— Спасибо, матушка. Я больше никогда не покину семью.
Система входа Шэнь-нуна требовала его присутствия в родовых землях – это был залог его выживания и силы. Он поклялся, что ни при каких обстоятельствах не уйдет из клана Линь.
Его план был прост: использовать систему, чтобы стать сильнее самому и возвысить свою семью.
— Эти отвары я приготовила сама, — засуетилась Хань Юйин. — Конечно, это не пилюли от настоящего алхимика, но для ран они полезны. Твой отец уже отправился на ближайший рынок за настоящими лекарствами, скоро вернется.
Линь Юнмао вдруг заметил, что его мать – та еще болтушка.
Впрочем, это его совсем не раздражало. Забота близкого человека согревала душу.
— Матушка, право слово, не стоит. Раны не такие уж серьезные, я почти поправился.
— На самом деле, — приврал Юнмао, — я просто прикинулся мертвым, чтобы вырваться из секты Цинлань. Иначе твой сын не стоял бы сейчас перед тобой живым и невредимым.
— Правда? — Хань Юйин посмотрела на него с сомнением, подозревая, что сын просто не хочет ее расстраивать.
Тогда Линь Юнмао сел на кровати, спустил ноги на пол и уверенно сделал несколько шагов по комнате.
— Теперь ты спокойна?
Хань Юйин облегченно выдохнула:
— Ну и слава небу, слава небу.
…
Мать еще долго расспрашивала его о самочувствии, и Линь Юнмао на всё отвечал с улыбкой.
Благодаря памяти прежнего Юнмао он не боялся выдать себя.
Спустя время вернулся Линь Юйчэн.
— Отец, а наш Юнмао-то уже почти в порядке! — Радостно возвестила Хань Юйин.
Линь Юйчэн в недоумении поскреб затылок:
— Да как же так? Когда его вносили, он был ни жив ни мертв. Как раны могли так быстро затянуться?
Хань Юйин улыбнулась:
— Сын у нас смекалистый. Захотел уйти из этой проклятой секты, вот и прикинулся мертвецом, чтобы его с почестями домой отправили.
— Оно и верно, — рассудил отец. — Иначе сектанты так просто бы его не отпустили.
— Эх, жаль только, что пилюли зря купил, столько духовных камней потратил!
— Эта секта Цинлань совсем совесть потеряла, — продолжал ворчать Линь Юйчэн. — Твердят: «Мы обучаем ваших детей», а на деле берут их в заложники, чтобы семьи не бунтовали.
— Да что уж там говорить, — вздохнула мать. — Не мы одни такие, со всеми вассальными кланами так. Секта Цинлань – хозяева в горной цепи Цинъян, их верховный старейшина – мастер стадии Золотого Ядра. В наше время всё решает сила.
…
Слушая разговор родителей, Линь Юнмао погрузился в раздумья.
В мире культивации сила действительно была превыше всего. А его нынешних способностей не хватило бы даже на то, чтобы защитить самого себя, не говоря уже о близких или всем клане.
Хоть у него и был двойной духовный корень, его уровень был всего лишь четвертым на стадии Закалки Ци.
Для семьи он был талантлив, но для большого мира – обычный посредственный практик.
Благо, у него была Система входа Шэнь-нуна. Ежедневные бонусы давали шанс на стремительный рост.
Шутка ли – с первого же входа получить легендарное Мировое Древо!
«Главное теперь – сидеть тише воды ниже травы и не нарываться на неприятности», – решил он.
…
— Сын, — спросил Линь Юйчэн, — какие у тебя теперь планы?
Как и любой отец, он мечтал, чтобы сын стал «драконом среди людей», но после случившегося предпочел бы видеть его просто здоровым.
— А я так скажу, — вклинилась Хань Юйин. — Пусть Юнмао учится у меня выращивать лекарственные травы. Станет мастером духовных растений, и никакой крови, никаких драк.
— Да с его-то характером? — Вздохнул отец. — Он же ни за что не согласится.
Линь Юйчэн хорошо помнил нрав сына. Юнмао с малых лет рвался в охотничий отряд и даже однажды тайком увязался за отцом на охоту.
Даже зная, что секта Цинлань – волчье логово, он всё равно пошел туда.
Все его поступки говорили о жажде приключений. «Мужчина должен покорить четыре стороны света» и «странствовать с мечом в руках» – вот о чем он мечтал.
— Нет, почему же? — Громко возразил Линь Юнмао. — Я очень даже хочу! Теперь я мечтаю стать мастером духовных растений!
Линь Юйчэн и Хань Юйин замерли в изумлении. Неужели это их сын?
Удивление сменилось тихой грустью. Родители решили, что ужасы, пережитые в секте, надломили его дух, и теперь он просто не хочет их тревожить.
Разве мог человек так измениться, не пройдя через врата смерти?
— Матушка, — продолжал Юнмао, — попроси для меня у клана духовное поле. Я хочу всерьез заняться травами и больше никогда не покидать наш дом.
— Раз ты так решил, сынок, я тебя во всем поддержу, — пообещала Хань Юйин.
— Только я бы хотел, чтобы эти несколько му земли были где-нибудь в укромном месте, — добавил Юнмао. — Мне не нужно слишком много духовной энергии или самая жирная почва. Главное, чтобы никто не мешал, хочу спокойно тренироваться в тишине.
— Это мы устроим, — заверила мать. — Я всё-таки один из двух мастеров духовных растений второго ранга в клане. С таким требованием семья точно спорить не станет. Завтра же всё улажу.
— Юнмао, — с надеждой в голосе спросил Линь Юйчэн, — ты и вправду не хочешь в охотничий отряд?
— Не хочу, отец. У культиватора тысячи путей, и охота на монстров – лишь один из них. Я верю, что все дороги ведут к одной цели, и на каждой можно обрести бессмертие.
В мире культивации основными путями считались путь магии и путь тела.
Первые изучали могущественные заклинания, вторые закаляли плоть до твердости стали. Оба пути давали огромную боевую мощь.
Но помимо них существовало множество искусств бессмертных: алхимики, мастера артефактов, знатоки массивов, мастера талисманов и мастера духовных растений.
Путь последних считался самым доступным.
Такой мастер мог выращивать духовные травы, плоды и колосья, обеспечивая себя ресурсами для возвышения.
Пусть они не чета алхимикам, но даже великие мастера пилюль заискивают перед высокоранговыми мастерами растений – ведь без исходного сырья даже искусная хозяйка обед не сварит.
Структура семьи Линь была проста: взрослые члены рода либо растили травы, либо сражались с монстрами в горной цепи Цинъян.
А всё потому, что других искусств бессмертных в клане попросту не знали.
Комментарии