— Ладно, ладно, не буду тебя больше мучить, — посерьёзнела Чжоу Юэ. — Послушай, Чжан Бинь сказал, что на собрании Чжуан Яну вручили заслугу второго класса и личную награду. Это правда? Я всё никак в толк не возьму!
— Я же говорила, что он изменился, а ты не верила. Сейчас принесу медали и сертификаты, тогда и посмотрим, что ты скажешь, — Сяоми фыркнула и, прихрамывая, направилась в спальню.
Вскоре она вернулась, держа в руках награды мужа.
— На, смотри.
Чжоу Юэ взяла документы. Увидев вписанное черным по белому имя Чжуан Яна, она была вынуждена признать очевидное.
— Надо же, а твой «простой полицейский» Чжуан Ян оказался не промах. Помог криминальной полиции раскрыть дело, да ещё, судя по всему, не одно. Впечатляет, — признала она с некоторым изумлением.
Улыбка торжества расплылась на лице Сяоми, когда она услышала похвалу в адрес мужа.
— Теперь он детектив Чжуан Ян. Он вчера сказал, что на следующей неделе переводится в криминальный отдел.
— Да ты что? — Снова изумилась Чжоу Юэ. Переход из обычного участка в оперуполномоченные – это колоссальный скачок в плане перспектив. И то, что Чжуан Ян добился этого в столь молодом возрасте без связей и покровителей, говорило о его недюжинных способностях.
Заметив очередной скептический взгляд подруги, Сяоми недовольно нахмурилась, но тут же с тревогой спросила:
— Как думаешь, работа в угрозыске – это не слишком опасно?
— У тебя что, голова соломой набита? — Чжоу Юэ принялась по пунктам расписывать все выгоды новой должности.
— Можно сказать, у твоего Чжуан Яна теперь блестящее будущее. Сиди и радуйся потихоньку, — подытожила она.
— Ой, я о таком и не думала…
В двенадцать часов дня Чжуан Яну пришло уведомление о зачислении зарплаты и премии.
Сумма оказалась внушительной – гораздо больше, чем он ожидал: целых двадцать одна тысяча юаней.
Он прикидывал заранее: пять тысяч оклада, плюс две тысячи за личную награду, пять тысяч за заслугу второго класса… Со всеми надбавками выходило около пятнадцати тысяч. Видимо, Лю Вэньтао расстарался и выписал ему премию побольше.
Вместе с десятью тысячами, полученными за победу в состязании на празднике факелов, на его счету скопилось уже тридцать тысяч. Финансовое положение наконец-то выправилось.
После обеда дел почти не осталось – в основном он занимался передачей текущих документов коллегам.
Сразу после службы Чжуан Ян поспешил домой. Он помнил, как сильно «умотал» жену прошлой ночью.
Сяоми лежала на диване и смотрела телевизор. Когда муж вошёл, она вспомнила всё: и своё безумство, и те бесстыдные слова, которые он заставлял её выкрикивать. Лицо её вмиг стало пунцовым, и она побоялась даже поднять на него глаза.
— Чего ты стесняешься? Мы же муж и жена, чай не первый день знакомы, — с усмешкой подколол её Чжуан Ян.
— Фу, какой противный! Тоже мне, «старые супруги». Мне вообще-то всего двадцать четыре! — Капризно проворчала она.
— Ладно-ладно, ты у меня всё ещё юная красавица. Лежи отдыхай, а я пойду на кухню – буду жену восстанавливать, — смеясь, Чжуан Ян скрылся за дверью кухни. Сяоми провожала его взглядом, чувствуя, как сердце переполняет счастье. О такой жизни она всегда и мечтала.
— Кстати, милая, мне сегодня премию выплатили. Угадай, сколько? — Чжуан Ян высунулся из кухни, вспомнив о деньгах.
— Ну… тысяч двенадцать? — Предположила Сяоми.
— Как ты догадалась? — Чжуан Ян картинно изобразил шок.
Видя его реакцию, Сяоми решила, что попала в точку. — Это же элементарно! Пять тысяч зарплата, пять за орден и две за похвалу. Итого – двенадцать.
— Какая ты у меня умная, — похвалил он.
— А то!
— Ха-ха! Но ты ошиблась. Пришло двадцать одна тысяча, а не двенадцать, — довольно сообщил Чжуан Ян.
— Какой ты невыносимый! — Сяоми притворно обиделась. — Но откуда так много?
— В участке премию накинули. Ладно, я готовить.
В четверг вечером Чжуан Ян повёз жену и Сяосяо в город за покупками – нужно было выбрать подарок тёще на день рождения.
Обойдя три ювелирных магазина, он остановил выбор на паре золотых серёг весом в шестнадцать граммов. Отдал девять тысяч восемьсот юаней – широкой души жест. Прошлый раз на дне рождения тестя он знатно напортачил, так что теперь нужно было реабилитироваться. Говорят, дорог не подарок, а внимание, но дорогой подарок внимание только подчёркивает.
Заодно набрали подарков остальным родственникам. Сяоми уговорила мужа купить новый костюм за тысячу юаней. Как говорится, одежда красит человека: в костюме Чжуан Ян сразу приобрел вид сурового гендиректора – неудивительно, что Сяоми когда-то на него на свидании запала.
После такого шопинга денег на карте поубавилось почти вдвое. Чжуан Ян не переживал – с его способностями заработать будет несложно, а вот Сяоми чуть ли не до слёз жалела каждую потраченную копейку.
В пятницу Чжуан Ян взял отгул у Лю Вэньтао, а в школе у Сяоми как раз начались каникулы.
Рано утром, наскоро позавтракав и собрав вещи, семья отправилась в путь.
— Мама, мама, мы скоро увидим бабушку, да? — Восторженно допытывалась Сяосяо с заднего сиденья.
— Да, скоро. Ты ведь любишь бабушку? — Улыбнулась Сяоми.
— Конечно! Она самая добрая и готовит всякие вкусности! — Девочка активно закивала.
Машина миновала выезд из уезда и направилась в сторону волости Синфу.
Ван Сяоми выросла в деревне семьи Ван. Её родители всю жизнь занимались табаком. Труд это был тяжелый, но прибыльный – в хороший год выходило до семидесяти-восьмидесяти тысяч юаней.
Она уехала из деревни, отучилась в университете и вернулась в уезд У работать учителем, где её и сосватали за Чжуан Яна.
Пока Чжуан Ян был в пути…
В доме Сяоми в деревне семьи Ван все стояли на ушах.
— Мам, сестрёнка уже выехала? — Крикнул со двора Ван Дачжи, который вовсю ощипывал курицу. Он был крупным, грубоватым мужчиной, чья кожа почернела от постоянной работы в поле.
Мать Сяоми, сухощавая женщина, чьё лицо было изрезано морщинами так сильно, что в ней сложно было узнать шестидесятилетнюю, чистила побеги бамбука.
— Выехали. Сяоми звонила утром, сказала, в восемь тронутся. Скоро должны быть, — при упоминании дочери лицо матери осветилось улыбкой.
— Мам, сестрёнка говорит, что муж её за ум взялся, орден получил и награды. Думаешь, правда? Что-то не верится, чтоб такой, как он, и вдруг отличился, — Ван Дачжи, честно говоря, сомневался. Горбатого могила исправит.
— Сяоми, в отличие от тебя, врать не станет! Значит, правда, — мать недовольно на него прикрикнула.
— Да я не о том. Сестрёнка-то не обманет, я к тому – не наплел ли ей муж с три короба? Заслуга второго класса – это тебе не шутки, — оправдывался Дачжи.
Комментарии