Урожая с тридцати му обычно хватало на прокорм более чем десяти человек. Оставшиеся деньги можно было отложить на покупку секретной техники внутренней энергии.
Методики эти различались по качеству. Техника высшего качества стоила от одной до двух тысяч лянов, обычная – семьсот-восемьсот. Сюй Чуань, разумеется, метил в высшее качество, чтобы заложить своим детям крепкий фундамент для боевого пути.
О более редких техниках врожденного предела можно было не помышлять, пока в семье Сюй не появится хотя бы один мастер Сяньтянь.
— Чтобы сам чжубу лично приехал решать дела в такую глушь? Редкость. Неужели в управе опять грызня? — Размышлял Сюй Чуань, направляясь к окраине деревни точно к назначенному времени.
В это время в деревне Дунси простые люди были поглощены заботами после жатвы, а зажиточные хозяева из-за жары предпочитали не высовывать носа из дома.
У деревенских ворот Сюй Чуань увидел двух стражников в черных форменных халатах и мужчину в синем одеянии ученого. Он тут же поспешил навстречу и, уточнив их чины, заявил о желании выкупить наделы покойного дяди Юя.
— Ты хочешь купить сразу пятьдесят му? — Изумился чиновник.
— Именно так. Позвольте узнать, господин, каков ваш ранг и вправе ли вы принимать такие решения? Если нет, я готов немедленно отправиться в уездную управу.
— Я – чжубу уезда Цинцзян, Ян Чжао. Моя цель здесь – как раз уладить вопрос с имуществом погибшей семьи Юй.
— Приветствую вас, господин чжубу, — Сюй Чуань почтительно сложил руки. Гадание не обмануло.
Ян Чжао смерил его взглядом. Перед ним стоял человек в грубой домотканой безрукавке – типичный деревенский житель. Пятьдесят му для простолюдина были огромным капиталом.
— Ты уверен, что сможешь заплатить? Не вздумай шутить с чиновником, последствия будут тебе не по силам. — Голос Ян Чжао звучал сурово, чувствовалось, что он не в духе.
— Как я смею! — Смиренно отозвался Сюй Чуань.
Ян Чжао немного подумал и произнес:
— В таком случае, по десять лянов за му. Что скажешь?
— Согласен.
Сюй Чуань ответил без колебаний и достал пачку банкнот.
Августовский зной был невыносим. Ян Чжао мельком взглянул на деньги, вытер пот со лба, и его настроение заметно улучшилось: едва войдя в деревню, он уже наполовину выполнил поручение помощника судьи. Хотя он знал, что помощник судьи специально третирует его, нового чжубу, отдавая такие распоряжения, но вышестоящий чин имел над ним полную власть. Провали он задание сегодня – по возвращении его бы ждали крупные неприятности.
— Как твое имя?
— Сюй Чуань.
— Проверьте его, — приказал чжубу.
Высокий стражник открыл поземельный кадастр, а круглолицый принялся листать списки жителей.
— Нашел. Сюй Чуань, уроженец деревни Дунси, двадцать шесть лет. Женат, двое сыновей. — Круглолицый стражник указал на запись в книге.
— Господин, у меня тоже данные сошлись: Сюй Чуань, владеет десятью му рисовых полей и десятью му лесных угодий. — Высокий стражник подтвердил информацию.
— Что ж, ты местный, а значит, имеешь первоочередное право на покупку. — Ян Чжао принял пятьсот лянов серебром, внес изменения в реестр и велел Сюй Чуаню расписаться и поставить оттиск пальца. — Вот твоя грамота на владение. Отныне пятьдесят му Юй Хоу принадлежат тебе.
— Благодарю вас, господин чжубу.
Сюй Чуань бережно спрятал документ за пазуху и уже собирался уходить, но Ян Чжао неожиданно окликнул его:
— Постой, Сюй Чуань. Раз уж мы так удачно встретились, ты, как местный, должен знать, где именно расположены земли Юй Хоу?
«Хочет, чтобы я стал проводником? Что ж, с чиновниками лучше не спорить», – подумал Сюй Чуань и вслух предложил проводить господ к полям.
Благодаря его помощи, Ян Чжао всего за полдня управился со всеми делами. Оставшиеся тридцать му пашни и тридцать му леса также нашли своих новых хозяев.
— Ну, на этом всё. Можешь быть свободен, — сказал Ян Чжао. — Я, Ян Чжао, помню оказанную услугу. Будут проблемы – ищи меня в управе Цинцзяна.
— Пустяки, господин чжубу, не стоит об этом и беспокоиться.
— Раз я сказал запомнить – запомни. Я человек справедливый. Но предупреждаю сразу: если нарушишь законы Великой Вэй или совершишь злодеяние – не приходи. Если посмеешь явиться, я первый брошу тебя в темницу.
— Я запомнил, господин.
Провожая их взглядом, Сюй Чуань размышлял: «Откуда у простого чжубу такая спесь? Видимо, за ним стоит кто-то очень влиятельный».
Купить пятьдесят му земли и вдобавок заручиться благосклонностью чиновника – день выдался крайне удачным. Вернувшись домой, он всё рассказал Бай Цзин.
— Пятьдесят му? Муж, ты же собирался купить всего двадцать или тридцать?
— Такова судьба, — таинственно произнес Сюй Чуань и показал грамоту. Бай Цзин просияла:
— Как замечательно! Теперь нам долго не придется беспокоиться о еде, а излишки можно будет продать.
— Спрячь ее в наше тайное место.
Днем Сюй Чуань отправился на гумно проверить урожай. Зерно должно было просохнуть идеально перед обмолотом и очисткой. Затем он обошел свои лесные угодья.
Груши Лазурного Нефрита были главной ценностью, до сбора оставалось чуть больше месяца. Чтобы защитить сад от воров, Сюй Чуань еще в самом начале высадил по периметру густые заросли терновника. Это растение быстро разрасталось, а его колючки при попадании в кожу вызывали онемение. Терновые лозы, обвивающие бамбуковые шесты, за несколько лет превратились в пятиметровую стену толщиной в фут. Единственный вход закрывался дверью с нехитрыми ловушками.
Каждый вечер, совершив последний обход, Сюй Чуань запирал ворота и взводил механизмы. В ночной лесной тьме любой, кто попытался бы пробраться внутрь силой, с большой вероятностью попался бы в капкан.
Прошел еще месяц.
Рис был полностью обработан и убран в амбары. Сюй Чуань начал заниматься новыми землями. Весь урожай с них за вычетом налогов теперь принадлежал его семье.
Однажды вечером к полю прибежал запыхавшийся Чэнь Элгоу:
— Брат Чуань! Скорее! Сноха рожает!
Сюй Чуань, не говоря ни слова, бросился к дому. Чэнь Элгоу, едва переводя дух, заковылял следом.
Еще не добежав до крыльца, Сюй Чуань услышал вскрики Бай Цзин. У входа его перехватила Сюй Янь, жена Элгоу, которая помогала при родах:
— Брат, повитуха уже внутри, тебе нельзя входить! Мужчине при родах быть – к беде. Ступай лучше воды согрей, да побольше.
Сюй Чуань хотел было хоть глазком взглянуть на жену, но спорить не стал. Он помчался на кухню разводить огонь. Для Бай Цзин это были не первые роды, но для женщины каждый раз – как хождение по краю могилы. Не бывает такого, чтобы к этому можно было привыкнуть. Сердце Сюй Чуаня сжалось от тревоги.
Прибежавший Элгоу жадно выпил ковш воды и, заметив беспокойство друга, подбодрил его:
— Брат Чуань, не переживай. Твоя жена всегда была крепкой здоровьем, всё пройдет гладко. Вот, я принес из дома Пилюлю Ци и Крови на всякий случай.
Чэнь Элгоу протянул маленький фарфоровый пузырек.
— Спасибо за заботу, — Сюй Чуань принял дар. У него и у самого были припасены травы для восстановления сил, но они не шли ни в какое сравнение с настоящей пилюлей. Ему стало чуть спокойнее. — А где Шитоу и А-Юань?
— Они у нас, с моим малым вовсю возятся.
Сюй Чуань кивнул и серьезно посмотрел на друга:
— Элгоу, я твою доброту не забуду. Если что понадобится – только скажи.
— Вообще-то, есть одно дельце… Но сейчас не время, роды важнее.
— Хорошо, — отозвался Сюй Чуань, хотя все его мысли были сейчас в той комнате. Рождение ребенка заслоняло собой всё остальное на свете.
Комментарии