Глава 16: «Пять лет спустя.»
Золотой ворон поднялся на востоке, утренняя заря едва забрезжила.
Двор семьи Сюй.
Братья Сюй Минвэй и Сюй Минъюань сошлись в учебном поединке. Сюй Чуань, Ли Эр, Чжао Даню и остальные наблюдали за ними со стороны.
Сюй Минъюань расставил ноги, занимая позиции Восьми триграмм, а руки скрестил перед собой, напоминая обвившего колонну дракона-цзяо. Это была начальная стойка «Кулака Дракона-Цзяо» – «Дракон, спящий в бездне».
— Брат, берегись!
— Нападай в полную силу.
Сюй Минвэй стоял невозмутимо и собранно.
Пролетали зимы и лета.
С тех пор как Сюй Минъюань начал тренировки, минуло пять лет. Сюй Минвэю исполнилось пятнадцать. Он уже сравнялся ростом с отцом, а через год-другой наверняка перерастет его.
Сюй Минъюань был на голову ниже, но эти пять лет тренировок в зной и стужу закалили его и умерили его непоседливый нрав. В его глазах светилась сдержанная сила – он стал настоящим воином.
Он не забросил чтение и письмо, хотя и уделял им меньше времени, чем боевым искусствам. Что же до торговли, то он выезжал с Чэнь Элгоу лишь раз в год, после сбора урожая.
Теперь они возили товар в уезд Цинцзян, и слава о фруктах и овощах семьи Сюй из деревни Дунси постепенно крепла.
За эти пять лет земельные владения обеих семей значительно расширились. Семья Сюй приобретала земли напрямую: теперь у них было сто двадцать му рисовых полей, шестьдесят му пашни и восемьдесят му горных лесов.
В этих восьмидесяти му леса находился водоем под названием пруд Бихань. Вода в нем сверху была ледяной, но никогда не замерзала. Если же нырнуть глубже чем на сто метров, вода постепенно теплела – удивительное явление.
Даже воин, прыгнув в этот пруд, мог замерзнуть насмерть всего за четверть часа. Погрузиться же на глубину было невероятно трудно. Именно из-за этой странности Сюй Чуань приложил все силы, чтобы завладеть этим участком.
Сюй Чуань и сам спускался в пруд Бихань, но быстро возвращался на поверхность. По мере того как его мастерство росло под влиянием таланта судьбы, его внутренняя энергия становилась всё более бурной. Хоть он и оставался мастером второго класса, мощь его крови была куда внушительнее, чем у многих мастеров первого класса.
Сюй Минвэй также достиг уровня мастера второго класса, открыв двести восемьдесят шесть акупунктурных точек – на двадцать больше, чем отец. Он был уже совсем близок к первому классу. Подобных гениев, достигающих такого уровня к шестнадцати годам, могли вырастить разве что в кланах окружного города, где верховодят гроссмейстеры.
Сюй Минвэй обладал талантом «Врождённая Божественная Сила» и к тому же был юн – его тело еще не окончательно сформировалось, что облегчало открытие точек. Добавьте к этому ежедневное усердие и пять лет питания целебными яошанями – вот секрет его успеха.
С тех пор как Сюй Чуань получил «Искусство Созидания Пяти Стихий Врожденного Предела», он решил, что каждый член семьи, практикующий боевые искусства, должен ежедневно получать лечебное питание. Обладатели врожденных талантов могли обойтись и без этого, но для обычных людей поддержка организма была обязательной, иначе тренировки могли привести к истощению жизненных сил.
Лекарства и питание стоили немалых денег, но, к счастью, доходы семьи Сюй позволяли такие траты. Несколько лет назад они получили двенадцать тысяч лянов от Медведя-старшего. Лазурная Нефритовая Груша приносила три тысячи лянов в год, а овощи и фрукты, чей оборот вырос с восьмисот лянов, теперь давали больше двух тысяч. Доходы от лесного хозяйства были примерно такими же.
Семья Сюй стала богатейшей в деревне Дунси, если не считать клан Сюй. По чистой же прибыли после всех расходов они наверняка были первыми. Однако об этом знали только Сюй Чуань, Бай Цзин и Чжоу Мин. Даже сыновья имели лишь смутное представление о достатке семьи.
Сюи вели себя в деревне крайне скромно. Все домочадцы были приветливы с соседями и никогда не проявляли заносчивости. Чжоу Мин, Чжао Даню и остальные вели себя так же.
За эти пять лет слуги обзавелись женами и успели нарожать детей – в каждой семье подрастало по одному-два малыша. Обретя семьи, они окончательно пустили корни в деревне Дунси и почувствовали себя здесь своими. Теперь они трудились не только ради собственного пропитания, но и ради будущего своих детей.
Сюй Минъюань и Сюй Минвэй продолжали поединок. Ладони Минъюаня, сложенные когтями, мелькали в яростных выпадах, а сила, рождавшаяся в пояснице, придавала его движениям мощь разъяренного дракона. Это был прием «Яростный дракон разделяет воды».
Ли Эр, стоя в стороне, довольно кивал:
— Второй молодой господин владеет «Кулаком Дракона-Цзяо» не хуже меня. Пожалуй, через полгода он меня превзойдет.
Чжао Даню покосился на самодовольного Ли Эра и съязвил:
— И не стыдно тебе сравнивать себя со вторым молодым господином? Сколько лет тебе, а сколько ему? Когда он будет в твоем возрасте, то уже наверняка станет мастером первого класса.
Ли Эр смутился. Его талант и впрямь был посредственным, возразить было нечего. Впрочем, он происходил из знатного рода, и его кругозор был куда шире, чем у Даню. Он сам обучал Сюй Минъюаня и понимал, что даже с учетом ежедневного питания скорость его развития была поразительной. Сам Ли Эр в юности получал куда более ценные снадобья, но достиг того же уровня лишь к восемнадцати годам. Виной тому была и его лень, а после женитьбы он и вовсе забросил практику, из-за чего до сих пор оставался лишь воином третьего ранга.
Ли Эр когда-то думал, что за спиной его клана жизнь будет гладкой, но судьба распорядилась иначе. Если Минъюаня он еще мог понять, то Сюй Минвэй оставался для него загадкой. Этот пятнадцатилетний юноша казался ему непостижимым – в нем уже чувствовалась стать истинного мастера.
«Неужели старший молодой господин втайне уже стал мастером второго класса? – …размышлял Ли Эр. – …В уездных кланах такие таланты – редкость. В моем роду Ли таких гениев рождалось по одному-два на поколение. Если оба брата так одарены, неужели у Сюев есть наследие древней родословной?»
Он слышал, что в окружных городах великие семьи обязаны своим могуществом именно силе крови.
Перед напором брата Сюй Минвэй оставался спокоен. Он скрестил руки, принимая удар на блок, а затем резким вращательным движением ладони отбросил Минъюаня назад. Тот отлетел, кувыркнулся в воздухе и, приземлившись на одно колено, проскользил еще пару метров.
— «Встречная чешуя разрезает волну»! — Минъюань пригнулся к самой земле и в скользящем шаге нанес апперкот снизу вверх. Этот прием метил в нижний уровень.
Сюй Минвэй усмехнулся, приподнял полу халата и начал отступать короткими шагами. Разгадав маневр противника, он замер на одной ноге, словно врос в землю, и резко ударил другой, как слон хоботом, прямо в кулак брата.
Минъюань покатился кубарем, выглядя довольно жалко, в то время как Сюй Минвэй, поглотив инерцию удара, остался стоять непоколебимо, медленно опуская ногу.
— Хорош! — В один голос закричали Чжао Даню, Сунь Фугуй и Цянь Юцай.
Глядя на скорчившегося от боли Минъюаня, Сюй Чуань рассмеялся:
— А-Юань, с твоими жалкими навыками только перед Шитоу и позориться. Чжао Даню, сразись с Шитоу. Не сдерживайся.
— Слушаюсь, глава семьи, — Даню поклонился хозяину, а затем повернулся к юноше. — Старший молодой господин, прошу наставлений.
Чжао Даню когда-то был учеником в школе боевых искусств и часто участвовал в драках. Его боевой опыт был куда богаче, чем у Минъюаня; он не слепо следовал учебнику, а действовал по ситуации, стараясь бить в уязвимые места, жестко и решительно.
Однако даже так он не смог нанести Сюй Минвэю ни единого удара. На людях юноша использовал лишь силу воина третьего ранга, но его зоркость и техника боя превосходили Даню. Последние два года он каждые два-три дня уходил в лесную чащу сражаться с хищниками. Время от времени он приносил домой их туши.
Одни только шкуры волков и лисиц стоили немало. Однажды он принес шкурку белой лисицы – целую, без единого изъяна. Эти звери быстры как ветер, их трудно поймать даже мастеру первого класса. Такая шкура в Цинцзяне стоила больше тысячи лянов. Сюй Чуань разрешил сыну самому распорядиться добычей, и тот, не раздумывая, заказал меховую накидку для матери. Бай Цзин была так тронута, что почти не надевала её, берегла.
Вскоре Даню начал выдыхаться.
— Сунь Фугуй, Цянь Юцай, — скомандовал Сюй Чуань. — Вдвоем, нападайте вместе с Даню.
— Есть! — У парней и самих уже руки чесались. Услышав приказ, они стремительно ворвались в схватку.
Против троих воинов, каждый из которых пробил более двадцати точек, Сюй Минвэй наконец почувствовал давление. Ему пришлось чуть больше вложиться в силу своей внутренней энергии.
Комментарии