Неделя пролетела в летнем зное и мирной суете.
Тело Линь И, которое раньше было просто «здоровым и спортивным», незаметно менялось.
Время за этой обыденной, почти пустяковой маскировкой и тщательной подготовкой неумолимо скользило к той точке, которой суждено было перевернуть всё.
Плотность костей понемногу росла, давая телу более надежную опору; скорость нервных реакций заметно увеличилась, а чувства стали острее.
Мышцы в рамках соразмерного телосложения стали плотнее и пластичнее, скрывая в себе сдержанную взрывную мощь.
Если раньше по физическим данным он был просто любящим спорт школьником, то теперь мог сравниться с профессиональным атлетом.
Внешне он оставался тем же солнечным и симпатичным юношей, но внутри уже напоминал кусок закаленной стали, с которой сбили окалину и которая лишь ждала момента, чтобы испробовать крови.
Занавес этого спектакля, где ставкой была жизнь, а сценой – целый мир, готов был подняться.
«24 июля 2027 года, суббота» – день, который в его прошлой жизни стал 1 января Новой Эры.
Утреннее солнце, уже дышащее жаром, пробивалось сквозь щели в шторах.
Линь И открыл глаза; в них не было и тени сонной дымки – лишь спокойствие ледяного озера.
— Сяо И, вставай скорее! Сегодня твой важный день! — Донесся из-за двери радостный и хлопотливый голос матери, Чжоу Цзинхуа.
— Иду, мам, — отозвался он ровным голосом, быстро поднялся и принялся одеваться.
Юноша в зеркале выглядел еще совсем молодым. Линь И чуть подправил изгиб губ, придавая улыбке то выражение, которое подобало восемнадцатилетнему парню.
…
На светодиодном табло у входа в зал Фуцзинь башни Великого Счастья уже горела праздничная красная надпись: «Горячо поздравляем Линь И с успешным поступлением!».
Едва пробило одиннадцать, как начали прибывать первые гости.
— Сяо И! Поздравляю, поздравляю! — Чжоу Цзяньцзюнь, коренастый, крепкий мужчина с волевым лицом, с силой хлопнул племянника по плечу. Хватка у отставного военного была нешуточная.
— Ах, как вырос-то, совсем красавцем стал! — Нахваливала его тетя, статная женщина с мягкой улыбкой, придерживая Линь И за руку.
Двоюродный брат Чжоу Цзеюй, паренек, только перешедший в среднюю школу, в восторге крутился рядом:
— Брат И, ну ты крут!
Сестренка Чжоу Мэнмэн, ученица начальных классов с волосами, завязанными в хвостики, с завистью спросила, задрав голову:
— Братик, а когда пойдешь в университет, можно будет совсем не учиться?
Глядя на искреннюю улыбку дяди, Линь И вдруг вспомнил картину из прошлого:
Тяжелый запах крови вперемешку с гнилью, узкая лестница, и дядя, размахивающий пожарным топором с зазубренным лезвием. С ревом он закрывает его и сестренку собой, топор с глухим свистом опускается, вгрызаясь в шею разъедающего волка Бездны!
А сам дядя не успевает увернуться, и тварь в предсмертном рывке отрывает ему половину уха, заливая кровью всё лицо.
— Совсем наоборот, в университете нужно учиться еще усерднее… — Линь И не стал говорить лишнего, лишь взъерошил волосы сестренке и, глядя на её разочарованную мордашку, весело рассмеялся:
— Дядя, тетя, проходите скорее внутрь.
— Хорошо-хорошо, не отвлекайся, — улыбнулся дядя.
Едва семья дяди ушла, как раздался чуть напыщенный голос:
— О, Сяо И, молодец, ничего не скажешь. Университет Плюща! Прославил наш род Линь, глядишь, и мне, твоему старшему дяде, когда-нибудь твоя помощь понадобится.
Линь И поднял глаза: это пришли дядя Линь Жуйхэн с женой Лю Мэй и сыном Линь Жанем.
На лице дяди застыла натянутая улыбка, в которой чувствовалась странная дистанция; тетя неловко потянула его за рукав.
А двоюродный брат Линь Жань застенчиво жался сзади и, избегая взгляда, буркнул:
— Привет, брат И.
Глядя на эту семейку, Линь И испытывал сложные чувства.
Он лучше всех знал, что именно этот вечно недовольный дядя, чьи речи всегда отдавали сарказмом, через полгода после начала конца света и краха порядка, волею случая займет должность завхоза в крупном убежище «Палаш».
И узнав, что семья Линь И выживает в маленьком убежище и терпит нужду, этот самый дядя, рискуя собой, уговорит конвой передать им еду и лекарства, а также передаст весточку, что постарается выхлопотать для них место в «Палаше».
Именно благодаря тому переезду и уверенности в безопасности родителей, Линь И смог со спокойным сердцем отправиться в свои странствия и приключения.
— Дядя, тетя, вы пришли! Проходите же! — Улыбка Линь И не дрогнула, он сделал вид, что не заметил подколки, и радушно поприветствовал их, мельком взглянув на брата:
— Жань-Жань, заходи тоже, присаживайся.
Вслед за родственниками потянулись одноклассники, которых он пригласил специально.
Староста класса Чжоу Юйсянь, подтянутый и статный, с искренней улыбкой протянул подарочную коробку.
— Линь И, поздравляю.
— Спасибо, староста, проходи внутрь.
Голос Линь И был ровным, и только он сам знал, как на миг напряглись его пальцы на коробке.
В прошлой жизни после начала конца света последней новостью о старосте стал короткий некролог:
«Прикрывая эвакуацию жителей убежища „Южное озеро“, весь отряд охраны во главе с командиром Чжоу Юйсянем пал смертью храбрых».
— Брат И, сегодня мы должны как следует выпить! — Лучший друг Чэнь Юй обхватил его за плечи; рядом с ним стояла высокая и эффектная Су Сяо.
Красивые глаза Су Сяо с сонной искоркой оглядели Линь И, она кивнула в знак приветствия.
Линь И со смехом в шутку ударил Чэнь Юя кулаком:
— И не надейся меня споить!
Глядя на друга и его девушку, он мысленно добавил:
«Ну… про этих двоих и вспомнить-то особо нечего. В начале конца света были на свидании, накрыло первой же волной. Умерли в один день, как в сказке».
— Линь И… поздравляю тебя.
Красавица класса Е Цинъюй заговорила тихим голосом, на ее бледных щеках проступил едва заметный румянец. Она протянула изящно упакованный сверток, на миг задержала взгляд на его лице и тут же отвернулась.
— Спасибо.
Линь И принял подарок, случайно коснувшись её прохладных пальцев.
«Цинъюй… эх, ну что уж теперь…», – вздохнул он про себя.
Поскольку училась она неважно и сидела прямо перед ним, то часто оборачивалась за советом. Школьные шутники начали их сводить. Линь И тогда по уши ушел в учебу и не обращал внимания, а Е Цинъюй не спорила, так и пошли слухи, что они пара.
А потом… она погибла.
В памяти Линь И невольно всплыла та сцена.
Пронзительный вой сирены в тусклом коридоре убежища.
Бутылка воды, укатившаяся в угол, рассыпанное галетное печенье и Е Цинъюй, лежащая в луже крови. В руках она всё еще сжимала пакет с едой, который так и не успела отдать…
Как дальнюю родственницу руководства, её устроили в хозблок, где пайки были побольше, и она экономила их, чтобы тайно подкармливать его.
Она даже не успела закричать, когда на нее напал скрытный зверь теневого клинка.
Некоторые слова она так и унесла с собой в могилу.
Улыбка Линь И оставалась безупречной, став даже немного теплее:
— Спасибо за подарок, Е Цинъюй, проходи, пожалуйста.
Гости прибывали один за другим.
Линь И, как и положено счастливому юноше, с азартом и радостью встречал каждого, провожая к столам.
Отец, Линь Жуймин, с раскрасневшимся лицом приветствовал знакомых рабочих и старших родственников.
А мать, Чжоу Цзинхуа, хлопотала вместе с пришедшими пораньше женщинами, проверяя готовность блюд, и светилась от гордости.
Посмотрев на занятых и довольных родителей, Линь И перевел взгляд на живые, знакомые лица гостей…
Те, кто в прошлой жизни исчез или сгинул, сейчас сидели здесь, в маленьком банкетном зале, наполняя его шумом, смехом и поздравлениями.
Он помолчал секунду, а затем снова ослепительно улыбнулся.
Время в этой суете и тепле незаметно утекало прочь.
Комментарии