Как только Ли Фэйфэй появилась с перчатками, взгляд Чэн Ши тут же приклеился к ним.
Сомнений не было – это был жертвенный артефакт. Причем из тех, что можно использовать сразу!
— Кхм-кхм.
Чэн Ши уже расплылся в довольной улыбке и собирался было согласиться, но тут рядом сухо кашлянул капитан Хуэй.
Чэн Ши обернулся и увидел, как тот едва заметно качнул головой.
Он нахмурился, не понимая, к чему эти жесты.
— Послушайте, — заговорил капитан Хуэй, обращаясь к чужакам. — Особые свойства этих плодов священной девы сохраняются всего два-три дня.
— Я дам вам пятьдесят цзиней свежих плодов вдобавок к тем семнадцати, что у него, а сверху накину еще сто цзиней риса. И всё это – в обмен на ваш товар. Как вам предложение?
Чэн Ши сдвинул брови еще сильнее. Сделка была почти у него в кармане, и тут вмешался собственный капитан, да еще и выложил всю правду. В груди у Чэн Ши закипало раздражение.
Однако, помня, что капитан Хуэй всегда относился к нему неплохо, да и вообще был лидером группы, Чэн Ши сдержал гнев.
Но если потом не последует нормальных объяснений – пеняйте на себя.
Ли Фэйфэй, Чжоу Ци и Вэй Хаожань опешили. Они переводили взгляд с Чэн Ши на капитана Хуэя и обратно.
Ли Фэйфэй помолчала немного и кивнула:
— Идет.
— Но нашему каравану сейчас очень нужна вода. Мы возьмем еще одну бочку.
— Согласен, — подтвердил капитан Хуэй.
Чэн Ши молча наблюдал, как оформляется обмен.
Чжоу Ци и Ли Фэйфэй передали перчатки и оружие капитану Хуэю, после чего, нагруженные провизией, удалились.
Вэй Хаожань же поспешил отодвинуть свой лоток подальше от Чэн Ши.
Капитан Хуэй, держа в руках мечи и перчатки, кивнул Чэн Ши, увлекая его за собой в сторонку.
Когда они отошли, Ань Си, провожая их взглядом, недоуменно спросила:
— С чего это капитан вдруг решил вмешаться?
— Чэн Ши сейчас, небось, просто в ярости.
— Кто его знает, — качнул головой Чжу Цин. — Но мы с капитаном не первый день, он просто так в чужие дела не лезет. Раз ушли шептаться – значит, капитан объяснит ему всё как есть.
— Ладно, пусть сами разбираются.
Он посмотрел на Вэй Хаожаня, который всё еще с опаской поглядывал им в спины, и предложил:
— Ну что, те материалы пополам?
Ань Си тут же переключилась на остатки сверхъестественного добра на лотке парня и кивнула:
— Ладно, делим поровну.
Тем временем Чэн Ши, едва сдерживая злость, сверлил капитана Хуэя своими алыми глазами.
Капитан довел его до безлюдного места, остановился и, убедившись, что их никто не подслушает, заговорил первым.
— Не смотри на меня так. Я же не собираюсь тебя обделять.
Видя, как Чэн Ши буквально искрит от обиды, капитан Хуэй лишь вздохнул.
Он протянул все выменянные вещи Чэн Ши и продолжил:
— У плодов священной девы цена не так велика. То, что ты смог их так лихо развести – это твоя заслуга, признаю.
— Но если не говорить о сроках годности – это может стоить кому-то жизни. В этом мире караваны постоянно пересекаются, а у нашего слишком приметные черты.
— Проверни ты эту сделку сейчас, и при следующей встрече с другими группами слава о нас пойдет дурная. Нам просто перестанут верить.
Он сделал паузу и многозначительно посмотрел на Чэн Ши:
— Если только ты не собирался вырезать весь их караван под корень.
— В ином случае лучше обойтись без обмана.
— На этот раз я виноват, что не предупредил тебя заранее. Все лишние припасы, что ушли в оплату, я беру на себя. Весь товар твой. Но впредь – без таких фокусов.
Чэн Ши принял груду оружия и перчатки-артефакт. Гнев в его глазах поутих, сменившись странным выражением.
— Надо же, а ты, оказывается, святоша.
Теперь в его глазах капитан Хуэй превратился чуть ли не в мать Терезу.
Лживый святоша учит: «Ты не должен так поступать, принеси себя в жертву».
Истинный святоша говорит: «Тебе не стоит так делать, давай лучше я пожертвую собой».
Никто не хочет сам становиться таким, но иметь подобного человека рядом – подарок судьбы.
По крайней мере, это настоящий человек чести, а не ханжа.
— Да не мели чепухи! Если бы я не увидел это своими глазами и если бы не цена моей Последовательности, стал бы я за тебя платить?! — Капитан Хуэй явно вышел из себя и начал ворчать.
Чэн Ши промолчал, а затем полюбопытствовал:
— И какая же у тебя цена?
Ему было искренне интересно. До этого он знал только цену Чжу Цина – потеря болевой чувствительности при превращении.
Цена Ань Си – превращение в «доску».
А его собственная цена и вовсе ограничилась сменой цвета волос.
В его представлении расплата за Последовательность была чем-то не слишком обременительным.
Ань Си и он сам вообще не страдали, а Чжу Цин даже получил выгоду.
Ведь не чувствовать боли в разгар сражения, когда ты огромный великан – это же только на руку, делает тебя бесстрашным.
Услышав вопрос, капитан Хуэй помрачнел. После долгого молчания он выдавил:
— Я не хочу об этом говорить.
С этими словами он развернулся и ушел, не оглядываясь.
Чэн Ши проводил его взглядом, строя в уме догадки, но развивать тему не стал. Он направился к своему пикапу, прижимая к себе добычу.
«В накладе не остался!»
Пусть ресурсов ушло много, лично он потратил лишь те семнадцать цзиней помидорок. Пока его личные затраты не росли, проблем не было.
Он быстро провел ревизию. На этот раз ему досталось четырнадцать клинков.
Три из них были прямыми мечами типа цзянь, девять – саблями и катанами разных видов.
Остальные три предмета были более экзотичными: две палки и некое подобие тесака, которые можно было соединить в нечто вроде алебарды.
Еще когда он только заприметил их на лотке, у него возникла идея выменять всё разом.
Ведь он – мастер слияния артефактов, своего рода местный торговец магическим снаряжением.
Иметь запас оружия для последующей продажи – вполне логичный ход.
В крайнем случае можно вплавить в них сверхъестественные материалы и сорвать куш при встрече с другим караваном.
Как ни крути – выгода налицо.
С этими мыслями Чэн Ши переключил внимание на единственный настоящий артефакт в этой куче.
«Черные перчатки.»
«Ранг артефакта: 9813-е место.»
«Способность первая: Увеличивают силу на 5%.»
«Способность вторая: Всегда идеально облегают руки владельца.»
«Артефакт: Сверхъестественный предмет. Любое использование имеет свою цену!»
«Цена использования: Эти перчатки родились в одном мрачном доме. До конца света они были свидетелями безумств своих прежних хозяев. Познав на себе порочную повседневность, они пристрастились к „вкусу молока“. Как только перчатки касаются крови, в течение 12 часов они обязаны ощутить присутствие „молочно-белой жидкости“. Если условие не будет выполнено – артефакт поглотит владельца.»
Комментарии