Пока два капитана общались, Чу Шэн и остальные тоже не теряли времени. В двух группах в общей сложности набралось почти два десятка пользователей способностей последовательности – идеальный момент для обмена ресурсами.
Чу Шэн тут же предложил:
— Как насчет того, чтобы устроить небольшую ярмарку? Обменяемся тем, что имеем.
На этот раз у него не было дурных намерений. Хоть он и не считал себя праведником, у него были свои принципы. К тому же эти люди так и лучились честностью, так что подвоха можно было не ждать.
Обладатели сил с поезда переглянулись и кивнули. Один из них, стоявший ранее за спиной Сюй Айго, ответил:
— Хорошая идея. Нам нужно вернуться на поезд за товарами. Начнем через полчаса, идет?
— Идет! — Не раздумывая согласился Чу Шэн.
Группы разошлись. Когда они остались одни, Ань Си взглянула на растерянную А-Синь и сказала:
— Способность А-Синь – это огромная удача для всех нас.
— И какая же в этом удача? — Старик Ли уселся прямо на землю, не заботясь о чистоте одежды. — С чего вдруг эта девчушка пробудилась так внезапно?!
Чжу Цин разделял его недоумение – ни он, ни старик Ли не заметили момента трансформации А-Синь.
Ань Си не собиралась пускаться в долгие объяснения, а лишь кратко бросила:
— Название её последовательности – «Убежище».
— Убежище? — Чу Шэн нахмурился, пытаясь уловить суть. Разве «убежище», — это не абстрактное понятие? Опека старших над младшими, защита сильными слабых и всё в таком духе. Но вспомнив, насколько его собственная сила попирает законы логики, он не стал придираться:
— И что она умеет?
Ань Си глубоко вздохнула и посмотрела на отрешенную подругу:
— Её способность довольно проста. Раз в день она может очертить зону, которая в течение шести часов будет невидима для жизненной энергии аномалий. Только что А-Синь накрыла этим полем деревню и место, где стоит поезд. Именно поэтому здесь так много людей, но до сих пор не случилось ни одного нападения.
Теперь всё встало на свои места!
Чу Шэн наконец понял, почему капитан Хуэй говорил, что в деревне они смогут вздохнуть свободно. Шесть часов гарантированного покоя в сутки.
— Вот это дело! А почему А-Синь молчит? — Чжу Цин радостно хлопнул в ладоши.
Старик Ли, который с самого начала почуял неладное, промолчал, но на вопрос Чжу Цина его уши дернулись, а взгляд стал задумчивым – он пристально посмотрел на уши А-Синь.
Ань Си не ответила. Подхватив А-Синь под руку, она увела её прочь.
Чжу Цин, не понимая, почему его игнорируют, вопросительно посмотрел на Чу Шэна.
Парень лишь покачал головой:
— Её цена – слух.
Бросив эту фразу, он тоже ушел. Чжу Цин замер, пораженный новостью, а старик Ли лишь тяжело вздохнул. Цена системы бывает причудливой и жестокой, но плата А-Синь всё же была милосерднее той, что выпала на его долю. Ссутулившись, старик побрел к своей машине.
…
Чу Шэн извлек из грузового отсека Призрачной Костяной Машины партию оружия, купленную ранее, и приступил к слиянию. Первым делом он решил изготовить Жертвенный артефакт, который обещал той женщине.
Он взял собачий клык и кошачий коготь. Клык принадлежал самой женщине, а коготь был частью материалов, собранных Ань Си. Основой послужил обычный нож.
Вспыхнуло белое сияние, и артефакт успешно сформировался. Во время процесса Чу Шэн вновь сосредоточился на своих ощущениях, как и при создании Костяной Машины. Он смог отчетливо воспринять потоки внутри сияния.
Однако на этот раз отдача была слабее. Его ментальный предел увеличился, но лишь на крохотную долю – даже не на сотую часть от той энергии, что он затратил на само слияние. Чу Шэн испытал легкое разочарование, но быстро взял себя в руки – в конце концов, любой прогресс лучше застоя.
Он бегло просмотрел информацию о новом предмете и отложил его. Ничего особенного: повышенная прочность, острота и пара специфических свойств. Клинок теперь мог заражать врагов бешенством и наносил огромный урон Призрачным котам. Что касается бешенства, эффект был слабым: раненый противник в течение трех дней начинал считать себя собакой и страдал от невыносимой жажды в течение пяти суток. Для Чу Шэна это было бесполезно.
Теперь, когда его ментальные силы окрепли, он больше не был ограничен тремя слияниями в день. Он достал выменянный железный обруч и, поразмыслив, поднялся в свою жилую комнату в машине, где отыскал чистый лист бумаги. Затем он вытащил клинок Кошачьей Смерти, сделал небольшой надрез на ладони и кровью вывел на листе четыре крупных иероглифа: «Контракт господина и слуги».
Удовлетворенно кивнув, он осмотрел результат. Чистый лист обладал огромным потенциалом, но надпись задавала ему четкое направление. Чу Шэн уже давно понял: для успешного слияния нужен вектор. Если два материала обладают схожей направленностью, результат будет соответствовать их общей сути.
Именно поэтому он не стал вплавлять эту бумагу в Костяную Машину – их сущности конфликтовали. Изначально он просто хотел поэкспериментировать с железным обручем как инструментом подчинения, но внезапно вспомнил про бумагу. Раньше обычные чернила на ней не держались, но, как оказалось, кровь ложилась идеально.
Теперь, когда на листе красовались слова о контракте, его ценность многократно возросла. Объединение договора и железного обруча, символа неволи, обещало стать идеальным союзом.
Чу Шэн сложил их вместе и начал процесс, выбрав бумагу в качестве основы. Белое сияние окутало предметы. Вглядываясь в потоки энергии, он увидел, как железный обруч превратился в серебристую жидкость и начал впитываться в бумагу строчка за строчкой. Жидкость превращалась в символы, которых Чу Шэн никогда не видел, но на интуитивном уровне он чувствовал их пугающую гармонию.
Серебристые знаки заполнили весь лист, и сияние начало меркнуть. Когда свет окончательно погас, Чу Шэн увидел, что бумага преобразилась. Незнакомые руны исчезли, уступив место четким буквам на понятном языке. Вместо слов, написанных кровью, теперь красовалось название:
«Контрактный Договор.»
Одновременно в его сознании всплыло системное уведомление:
[Договор Железного Обруча]
[Рейтинг артефакта: 6412-е место]
…
Комментарии