— Похоже, дела принимают скверный оборот, — серьезно произнес капитан Хуэй, и взгляд его, казалось, пронзал саму суть вещей. — Аномалии обрели разум!
— Возможно, это касается лишь тех, что обитают внутри Мира Призраков, — лицо Чу Шэна тоже не предвещало ничего хорошего, но в сердце еще теплилась слабая надежда. — Твари из Мира Призраков не могут выбраться наружу, так что их разумность не должна стать большой проблемой…
Он замолчал, не в силах продолжать. Как бы ему ни хотелось верить в лучшее, в глубине души Чу Шэн прекрасно понимал: неважно, в Мире Призраков это происходит или нет, обретение аномалиями интеллекта – весть определенно дурная.
— Эх… — выдохнул он.
* * *
— Мать твою, что это еще за дрянь? Выглядит тошнотворно! — Чжу Цин, не забивая себе голову лишними размышлениями, замахнулся и с силой пнул Столкновение Свадьбы и Похорон.
— Как жестоко… Как я ненавижу-у-у!
— А-а-а-а-а!!
Наполовину плачущее, наполовину смеющееся лицо Столкновения Свадьбы и Похорон исказилось злобой. Тварь полоснула по летящей ноге Чжу Цина десятисантиметровыми черными когтями левой руки, а правую руку, с такими же длинными, но алыми, как кровь, ногтями, вскинула вверх. В воздухе промелькнул багровый росчерк, и на лице Чжу Цина внезапно проступили пять кровавых рубцов.
Однако Чжу Цин, словно не почувствовав боли, довел удар до конца. Его нога врезалась в тело монстра, отшвырнув того на добрых тридцать метров. В тот же миг из-за его спины вырвались пять ослепительно ярких золотых лучей и устремились вслед за отлетающим противником.
Ань Си, ухватившись за Чжу Цина, оттолкнулась ногой и запрыгнула ему на плечо, сверху вниз взирая на поверженного врага. Невероятно острые лучи Сияния Копья Металла Гэн не подвели: все пять поразили цель, оставив в теле Столкновения Свадьбы и Похорон сквозные раны. Бледная сила Металла Гэн вгрызлась в края ран, заставляя монстра сочиться густой черной аурой.
— Вай-би ва-би!
Мясник, издавая дикие вопли, бросился вперед. Нож для забоя свиней в его правой руке засиял багрянцем, став в несколько раз ярче, чем в момент появления.
— Ненавижу-у… коварных мужчин… — запело Столкновение Свадьбы и Похорон. Несмотря на пять ран от силы Металла Гэн и мощный пинок Чжу Цина, существо поднялось как ни в чем не бывало. Оно стояло на самых кончиках пальцев, а его речь напоминала заунывное и мелодичное оперное пение.
Но Мясник уже был рядом. С диким криком он метнул в монстра зажатую в левой руке кошачью голову. В полете голова превратилась в исполненного злобы Призрачного кота. Издав истошный вопль и окутавшись черной аурой, кот вцепился в Столкновение Свадьбы и Похорон.
Завидев это, тварь полоснула по коту алыми когтями, вспыхнувшими кровавым светом.
— О-о-о-у-у-у!
Жуткий, полный боли вой Призрачного кота заставил выживших в автобусе невольно вздрогнуть от ужаса.
— Это и есть мир за пределами поезда?!
— Какой кошмар!
— От одного этого вопля сердце в пятки уходит!
— Что это за тварь такая?! Почему аномалии настолько сильны?!
В душах тех, кто надеялся бросить вызов судьбе или верил, что вне поезда будет лучше, вмиг зародилось горькое раскаяние.
Там же, впереди, Мясник, не обращая внимания на предсмертные крики Призрачного кота, продолжал свой безумный натиск. Столкновение Свадьбы и Похорон раздавило призрачного зверя и уставилось на Мясника тусклым взором, который, казалось, пронзал его насквозь, выискивая за спиной Чу Шэна.
— Ты и есть мой муженек…
— Ва-га-га!!
Нож для забоя свиней вспыхнул яростным красным светом, в котором проступили призрачные очертания кота, собаки, кабана, петуха и Цзянши. Столкновение Свадьбы и Похорон вытянуло руки вперед, и безумный смех Мясника оборвался – его горло начало деформироваться, словно сжатое невидимой хваткой.
Несмотря на то что голос его затих, Мясник не остановился. Нож для забоя свиней обрушился вниз, а пять парящих над ним призрачных фигур превратились в пять режущих ударов.
Не ожидавшее такой атаки Столкновение Свадьбы и Похорон отлетело назад.
Первый удар оставил на груди три глубокие борозды, похожие на кошачьи царапины. Второй – рваную рану на плече, будто от укуса бешеного пса. Третий – отпечатки свиных зубов на обнаженной руке. Четвертый удар вырвал из груди кусок плоти размером с чашу, обнажив черно-красное сердце, также носящее следы чьего-то клева. Пятый же удар превратился в четыре дыры на шее, из которых заструилась черная аура, впитываясь обратно через раны.
Это были не просто удары ножа, а атаки пяти разных сущностей: кошачьи когти, собачьи зубы, свиной оскал, птичий клюв и кровожадность Цзянши. Пять воплощений, пять атак, пять ран!
— Ва-га-га-га!
Увидев раны на теле врага, Мясник снова зашелся в диком крике, хотя невидимая хватка все еще сжимала его горло. От этого звука левая рука Столкновения Свадьбы и Похорон дрогнула, невольно разжавшись, но в следующий миг она вцепилась в Мясника еще яростнее.
Способность Мясника такова: каждый укушенный заражается трупным ядом и попадает под его контроль. Даже если Столкновение Свадьбы и Похорон – аномалия, и даже если Мясник не кусал его лично, избежать контроля невозможно. Кто сказал, что Мясник обязан кусать сам?
Мясник продолжал вопить в руках врага, а Столкновение Свадьбы и Похорон держало его на весу за горло, хотя руки монстра заметно дрожали, словно сопротивляясь некоему незыблемому правилу. С каждым выкриком Мясника эта дрожь усиливалась, хотя ее амплитуда была уже не так велика, как в самом начале.
Чжу Цин и Ань Си, стоявшие позади, поняли: это их шанс.
— Сейчас! — Выкрикнула девушка.
Взмахнув копьем из Черной Кости, Ань Си оттолкнулась от плеча Чжу Цина и взмыла высоко в воздух, обрушиваясь на Столкновение Свадьбы и Похорон сверху вниз. Раздался глухой удар. Зажатое в левой руке копье из Черной Кости прочертило золотую дугу силы Металла Гэн, и монстр кубарем полетел прочь.
На его теле зияла новая рана, через которую виднелись белые кости и раздутые внутренности, источающие черную ауру. Это был чистый «истинный урон» с эффектом кровотечения!
Чжу Цин сделал стремительный выпад, обрушивая град ударов на отлетевшую тварь. Каждое попадание шипов на его перчатках «Черное Лезвие» вырывало из тела монстра клочья черной ауры и брызги призрачной крови.
— Ненавижу-у… печаль моя бездонна… — раздался голос Столкновения Свадьбы и Похорон из-под кулаков Чжу Цина, по-прежнему мелодичный и скорбный.
— Все еще жива?! — Ань Си нахмурилась и крикнула:
— Чжу Цин, в сторону!
Тот, не прекращая атаки, оглянулся на нее, и его зрачки мгновенно сузились. Чжу Цин тут же отпрыгнул и откатился в сторону. Ань Си начала превращаться в полутигра, ее лицо исказилось звериной свирепостью, а сила Металла Гэн в копье из Черной Кости достигла своего апогея.
Теперь эта энергия была не бледной, а чистой, ослепительно-золотой. Она удлиняла оружие, вырываясь из острия и вытягиваясь вдоль древка. Перед глазами всех присутствующих предстало тридцатиметровое чистое золотое копье, ядром которого служило копье из Черной Кости.
— Умри! — Выкрикнула Ань Си.
Чжу Цин едва успел убраться с пути, как гигантское золотое копье вонзилось прямо в воронку, образовавшуюся в земле после его ударов по монстру.
Комментарии