Цзян И изначально не хотел связываться с Лу Сюанем. Иметь дело с азартным игроком — всё равно что вляпаться в навоз: и противно, и хлопотно.
Но тут его осенило. Он вспомнил о шансе на наставничество, связанном со старейшиной Школы Чжаою.
'Указания Небесной Книги иногда требуют собственного осмысления. Если каждый раз добавлять условие [Без последствий], время вычисления удваивается.
Использовать этого пустоголового господина Лу в качестве пробного камня — не такая уж плохая идея'.
Цзян И с мягким выражением лица посмотрел на Лу Сюаня, но окончательного решения ещё не принял.
Однако тот уже терял терпение. Он сбросил маску вежливости и, нахмурившись, сказал:
— Мой дедушка — главный управляющий Саньхэ! Даже если я займу у тебя денег, неужели я не верну? К чему эти промедления!
Цзян И, держа руки в рукавах, приподнял бровь и с улыбкой ответил:
— Господин Лу, вы не так поняли. Я просто думал, куда бы потратить те несколько десятков тысяч монет, которые я, возможно, выиграю, прикоснувшись к вашей удаче.
— Я ведь в Саньхэ впервые, многих развлекательных мест не знаю.
Лу Сюань на мгновение опешил, а затем гордо выпрямился.
'Простолюдин, а понимает, что нужно держаться за потомков кланов. Сообразительный!'
— В этом ты обратился по адресу! Некоторые, кто строит из себя знатоков, только и могут, что отвести тебя на улицу красных фонарей.
Лу Сюань тут же оживился и заговорил без умолку:
— Честно говоря, там сброд всякий, многие под покровом ночи просто выманивают деньги.
— Я знаю одно хорошее место. Его держат несколько сестёр, ушедших из Секты Радости. Они арендовали целое здание, вход туда только по рекомендации.
— У них там много комнат, каждая — отдельный мир: то дворцовые покои, то девичья спальня, то хижина в поле. Чего только нет!
Цзян И про себя вздохнул: «Действительно, на дьявольском пути каждый талант находит своё применение».
Если он сам был прирождённым талантом в Дао, с глубоким пониманием и быстрой реакцией, то Лу Сюаня можно было бы назвать «талантом в разврате»!
— Слова господина Лу поистине открывают глаза.
Цзян И умело польстил, что ещё больше раззадорило Лу Сюаня. Тот серьёзно сказал:
— Ты не смотри свысока на Секту Радости, это не просто бордель, у них есть настоящие техники совершенствования.
— Попробуешь раз — и поймёшь, разница с обычными женщинами — как между небом и землёй.
— Они практикуют «Искусство десятицветной драгоценной вазы, исполняющей желания»… это нечто!
— Говорят, на внутреннем пике Секты Радости всё ещё круче. Они могут создавать тысячи иллюзий, воздействуя на божественную мысль, так что даже высшие культиваторы сходят с ума от удовольствия.
'Значит, Секта Радости практикует воду Гуй. Неудивительно, что они находятся на самом краю северного хребта, видимо, чтобы избежать [Проявления сияния солнца]'.
Пропустив мимо ушей пикантные подробности, Цзян И задумался: 'Врата Цяньцзи практикуют огонь Дин, Секта Радости — воду Гуй. Интересно, что практикует Секта Демонических Марионеток? Почему всё инь?'
Отбросив посторонние мысли, он вместе с Лу Сюанем вошёл в «Павильон боёв». На этот раз их никто не остановил.
— Господин Лу, делайте ставки. Выигрыш — пополам, проигрыш — за мой счёт.
Сказал Цзян И с улыбкой.
Он уже отказался от идеи заработать на десяти победах подряд, но раз уж Лу Сюань сам подвернулся, то пусть послужит ему прикрытием.
— Вот это по-мужски! Я ценю такую решительность!
Лу Сюань, услышав это, обрадовался и подумал:
'Этот простолюдин по фамилии Цзян такой щедрый? Если втянуть его, сначала поиграть в «Павильоне боёв», а потом отправиться в «Фениксовый терем»…
Через несколько дней этот неопытный юнец забудет обо всём и забросит свою практику'.
И Лу Сюань, улыбаясь, сказал:
— Брат Цзян, что интересного, если я один буду ставить? Давай вместе?
'Использовать вино, женщин, богатство и гнев, чтобы развратить даосское сердце и затянуть в ловушку — старый, как мир, приём'.
Лу Сюань был простаком, и его хитрость была видна насквозь.
К тому же, Цзян И в прошлой жизни не раз сталкивался с подобными искушениями.
— Отлично.
Цзян И, опустив глаза, с улыбкой ответил:
— Давайте так: я буду выбирать, на кого ставить, а вы, господин Лу, будете делать ставки. Как вам?
Лу Сюань про себя усмехнулся. Пусть Цзян И проиграет несколько раз, и тогда он поймёт, что бои — это не просто угадывание, как в кости.
Однако…
Через час…
Лу Сюань, разинув рот, смотрел, как слуги один за другим приносят подносы с красными монетами.
Четыре ставки подряд по выбору Цзян И — и все выиграли. Исходные тридцать тысяч монет за мгновение увеличились в несколько раз.
— Брат Цзян, у тебя глаз-алмаз!
Лу Сюань пожалел, что половину этих денег придётся отдать Цзян И.
Тот ведь впервые в «Павильоне боёв», ставил вслепую — и выигрывал. Явно просто везло.
— Я же говорил, это всё благодаря вам, господин Лу. Ваша удача передалась и мне.
Цзян И говорил ровным тоном, даже не следя за боями, а лишь прикрыв глаза, словно дремал.
— Ещё будем ставить?
У Лу Сюаня пересохло во рту.
Если так пойдёт и дальше, то сегодня можно выиграть несколько сотен тысяч и уйти с полными карманами.
Даже для потомка клана это были огромные деньги, на которые можно было бы кутить в «Фениксовом тереме» много дней!
— Я вижу, господин Лу в азарте. Почему бы не сыграть ещё несколько раз?
Цзян И про себя размышлял. Шанс на наставничество от Школы Чжаою, указанный Небесной Книгой, гласил: [Десять выигрышных ставок подряд привлекут внимание и дадут шанс на испытание].
Комментарии