]
— Что ты сказала…? — Ци Ся медленно поднялся, выглядя совершенно выведенным из равновесия. — Не неси чушь… Это у других остаточные мысли – мусор, а мои «остаточные мысли» – это всё, что у меня есть…!
— Эй… лжец, успокойся… — Цяо Цзяцзинь потянул Ци Ся за руку. — Что на тебя нашло?
Линь Цинь тоже это заметила. Ци Ся вел себя странно.
Его эмоции были нестабильны.
Его психологическое состояние постоянно балансировало между болью, подавленностью и тревогой.
— Мою жену зовут Юй Няньань, — сказал Ци Ся тётке. — Когда я вернулся домой в этот раз, она исчезла.
Тётушка Тун, услышав это, немного подумала и спросила:
— Дитя, что значит «исчезла»?
— Следы её существования были стерты, — ответил Ци Ся. — Этот метод действительно очень похож на действия твоей извращенной «Матери-Богини». Если ты можешь чувствовать её, не могла бы ты позволить мне поговорить с ней напрямую? У меня есть много вопросов, которые я хочу прояснить.
Тётушка Тун слегка покачала головой:
— Дитя, хотя твоя ситуация и печальна, но даже я не могу говорить с «Матерью-Богиней», как же я помогу тебе установить связь? К тому же… я впервые слышу о ситуации, когда «следы существования стерты».
— Что…? — нахмурился Ци Ся.
— Обычно, когда «обладатель Эха» возвращается в день перед своей смертью, это является очень явным «Божественным даром». Они могут провести один день, наслаждаясь божественным опытом с силой «Матери-Богини». Не ожидала, что ты вместо этого почувствовал боль. — Тётушка Тун многозначительно посмотрела на Ци Ся. — Дитя, у тебя сохранилась память, значит, ты тоже получил «Божественный дар». Так может быть… тем, кто стер следы существования твоей жены, был ты сам?
Ци Ся уже собирался что-то сказать, но его глаза медленно расширились.
Объем информации в этих словах был настолько велик, что Ци Ся на мгновение не мог среагировать.
Значит, «Эхо» – это не только способность, действующая в «Земле Конца»?
Они даже могут вернуться в реальный мир с «Эхом» и прожить там один день?
Но это всё равно не объясняет, почему Юй Няньань исчезла.
— Даже если моё «Эхо» действительно заключается в «стирании человека», как я мог стереть свою жену? Я до сих пор не могу поверить, что она исчезла! — Сквозь зубы процедил Ци Ся. — Я ни за что не отсеку свои «остаточные мысли».
— А может быть, существует такая вероятность… — Тётушка Тун подняла голову и уставилась на Ци Ся, её взгляд был необычайно глубоким. — Дитя, может быть, у тебя вообще никогда не было жены?
— Ты! — Ци Ся мгновенно взорвался гневом. — Что за бред ты несешь? Уж есть у меня жена или нет, неужели я сам не знаю? Какое право ты имеешь говорить, что её не существует?!
Линь Цинь и Цяо Цзяцзинь поспешно встали и схватили Ци Ся.
— Ци Ся… ты… — Линь Цинь никак не могла подобрать слова.
Он действительно был очень странным.
Когда нормальные люди говорят о своих жёнах, они чаще всего испытывают гордость, тоску или нежность.
Но редко кто ведет себя так, как Ци Ся.
Стоило лишь упомянуть имя «Юй Няньань», как он мгновенно становился чувствительным, уязвимым и агрессивным.
Вдвоем они усадили Ци Ся, заметив, что его тело бьет мелкая дрожь.
Тётушка Тун, глядя на Ци Ся, ещё немного подумала и сказала:
— Дитя, а как насчет того, чтобы спросить других?
— Спросить других? — Опешил Ци Ся.
— Когда вернешься в реальный мир, спроси ваших с женой общих друзей. — Тётушка Тун подняла чашку и сделала маленький глоток чая. — Если они тоже помнят твою жену, значит, с её исчезновением действительно кто-то что-то сделал. Возможно, «Матерь-Богиня», а возможно, «Эхо». Но если они не помнят твою жену, тогда это может означать лишь…
— Хватит! — Прервал её Ци Ся. — Я, разумеется, вернусь и всё выясню.
Сказать-то он сказал, но при этом не мог вспомнить, были ли у него с Юй Няньань «общие друзья».
Были ли у Юй Няньань… подруги?
— Нет… — Губы Ци Ся слегка шевельнулись, и ещё более жуткая мысль закружилась в его голове. — А у меня… есть друзья?
Тётушка Тун проигнорировала этот инцидент, добавила ещё пару фраз о величии «Матери-Богини» и объявила занятие оконченным.
Когда люди медленно покидали класс, Ци Ся всё ещё сидел на месте, не двигаясь.
— Ци Ся… ты в порядке? — Линь Цинь легонько похлопала его по плечу.
Ци Ся обернулся:
— Я… в порядке, просто многое не могу понять.
— Чего бояться? — Внезапно вмешался Хань Имо. — Разве здесь нет всезнающей тётки?
Ци Ся вздохнул и спросил:
— Хань Имо, ты правда веришь в то, что говорит эта тётка?
— Ну как сказать… — Хань Имо потер подбородок, немного размышляя. — Ци Ся, обычно в ситуациях, подобных нашей… я имею в виду, когда внезапно попадаешь в мир, похожий на иное измерение, всегда есть «старшие», которые ведут и направляют. Если делать то, что говорят старшие, в конце концов должен быть хороший финал. Мне кажется, эта тётка играет именно такую роль.
Если догадка Ци Ся верна, Хань Имо пытался объяснить происходящее, используя штампы из романов.
— В прошлый раз ты умер рано и, возможно, не знаешь… — Ци Ся покачал головой. — Мы бродили по «Земле Конца» четыре дня, и не было никаких проводников или наставников. И не только у нас – даже у местных «Знаков зодиака» всё так же. Они тоже постоянно двигаются на ощупь. Все здесь рискуют жизнями в полном тумане, и именно это я считаю самым страшным.
— А…? — Хань Имо немного запнулся, а затем снова задумался, бормоча себе под нос. — Может быть, это потому, что на этот раз «главный герой» – я…?
— Что?
— В прошлый раз, так как «я» не появился, вы и не получили руководства… — Хань Имо подбирал слова, пытаясь сделать свою точку зрения более понятной. — Я имею в виду, на этот раз появился «главный герой», поэтому и «руководство» пришло следом.
Ци Ся покачал головой и молча встал.
Он и не знал, что мысли писателей могут быть такими странными.
— Хань Имо, хотя я мало что знаю об этом месте, но я знаю, что больше половины из того, что говорит эта тётка – ложь. Я советую тебе не следовать по её стопам, иначе сойдешь с ума.
Сказав это, он медленно вышел из класса.
Трое переглянулись и последовали за ним.
Небо уже близилось к сумеркам, первый день подходил к концу.
Хорошая новость заключалась в том, что Ци Ся узнал много информации, которой не получил в прошлый раз, и стал ещё на шаг ближе к призрачному «побегу».
Плохая новость – за один день они потеряли троих товарищей: Тянь-тянь, офицера Ли и адвоката Чжан.
Когда четвёрка вернулась в класс, доктор Чжао сидел внутри и ел консервы. Учителя Сяо нигде не было видно.
Увидев Ци Ся и Цяо Цзяцзиня, он смущенно изменился в лице и не стал здороваться.
Хань Имо и Линь Цинь, ничего не понимая, просто нашли место и сели.
Ци Ся и Цяо Цзяцзинь принесли им еды, и все четверо уселись в круг.
Вскоре с улицы вошла Юнь Яо. Осмотрев присутствующих, она сказала:
— Ци Ся… хоть это и звучит немного неуместно… но сегодня вечером будет «приветственная встреча». Вы будете участвовать?
Комментарии