]
Наступил день. Ци Ся и Юй Няньань провели вместе уже немало времени.
Но тревога не покидала его.
Ведь были вещи, в которых он сомневался раньше, и даже увидев их своими глазами, он не мог развеять опасения.
Связана ли Юй Няньань с «Небесной Овцой»… или нет?
Он достал из шкафа в спальне свою порванную рубашку.
На груди этой рубашки красовалась вышивка – мультяшный ягнёнок, пришитый рукой Юй Няньань.
— Что случилось, Ся?
— Ань, почему ты тогда вышила мне именно этого ягнёнка? — Прямо спросил Ци Ся.
Юй Няньань посмотрела на него как на дурака.
— Ся, как думаешь, может быть… я пришила тебе ягнёнка просто потому, что твоя одежда порвалась?
— Я не об этом, — покачал головой Ци Ся. — Почему именно «Овца»?
— Потому что дома нашлась только такая заплатка… — обиженно протянула Юй Няньань. — Тебе не нравится «Овца»? Ну да, овца, наверное, слишком по-девчоночьи. В следующий раз вышью тебе маленького динозавра.
Услышав слова Юй Няньань, Ци Ся почувствовал, как мрак в его сердце рассеивается.
И правда, почему он не верит Юй Няньань, но готов верить какому-то «Тигру»?
С Земляным Тигром он виделся всего раз, перекинулся парой фраз.
А Юй Няньань была с ним целых семь лет.
— Ань, я же не ребенок, — покачал головой Ци Ся. — И вообще, если одежда порвется, не надо её штопать, просто купим новую.
— Угу… — кивнула Юй Няньань. — Я ведь просто хотела сэкономить, понимаешь?
При упоминании денег лицо Ци Ся снова помрачнело.
Он молча достал из кармана помятый лотерейный билет.
Сегодня был последний день получения выигрыша.
— Ань, я должен перед тобой извиниться, — сказал Ци Ся.
— За что?
— Я уже выманил деньги у того подонка, — произнес он. — Мы могли бы жить на них припеваючи… но в итоге я провалился.
Юй Няньань слегка опешила.
— «Выманил»?
— Да, у меня не было выбора. — Ци Ся покачал головой. — Я хотел, чтобы этот ублюдок получил по заслугам, поэтому пришлось стать «мошенником».
Юй Няньань глубоко вздохнула и сказала:
— Ся, ты придумал те тайные пароли, потому что собирался пойти на мошенничество? Боялся, что полиция найдет меня?
— Да.
Ци Ся однажды сказал Юй Няньань: если я спрошу «Ты кормила вчера рыбок?»
Она обязательно должна ответить: «Кормила, дала совсем немного».
Любой другой ответ будет неверным.
— Ся, почему ты не понимаешь? — Юй Няньань разочарованно опустила голову. — Я не хочу никому мстить. Я просто хочу спокойно жить с тобой. Быть рядом с тобой – это важнее всего на свете.
— Я…
Ответ Юй Няньань точь-в-точь совпадал с тем, что думал сам Ци Ся.
— Потому я и прошу прощения. Во-первых, я не послушал тебя, а во-вторых, не смог обеспечить тебе хорошую жизнь, — с досадой сказал Ци Ся. — И то, и другое причиняет мне невыносимую боль.
Помолчав немного, Юй Няньань произнесла:
— Ся, а мне разве не больно? Я не хочу, чтобы ты ради меня становился мошенником. Я бы всю оставшуюся жизнь страдала из-за этого…
— Не волнуйся, — Ци Ся похлопал её по плечу. — Хоть это и моя первая афера, но полиция меня, скорее всего, не найдет. Я всё сделал чисто.
— Ся, что бы ни случилось дальше, мне достаточно того, что мы с тобой сможем жить счастливо, — глаза Юй Няньань светились. — Всё остальное меня не волнует.
— Я понял, — отозвался Ци Ся.
— Хоть в этом мире много дорог, и у каждого она своя, я не хочу, чтобы ты ступал на этот путь.
Ци Ся кивнул, поднес лотерейный билет к глазам, посмотрел на него и разорвал в клочья.
Возможно, как говорится в книгах, судьба человека предопределена с рождения.
Если бы Ци Ся забрал эти два миллиона, он потерял бы Юй Няньань.
И если это правда так, пусть лучше эта лотерея навсегда обратится в прах.
Они вышли на крышу, купаясь в теплых лучах полуденного солнца ранней осени.
Прижавшись друг к другу, они смотрели в небо и предавались воспоминаниям.
От момента их встречи до влюбленности – стоило Ци Ся вспомнить какую-то картину, как Юй Няньань тут же описывала все детали того момента.
Каждая сцена, которую она описывала, до мельчайших подробностей совпадала с памятью Ци Ся.
Похоже, она всегда хранила его в своем сердце.
Они болтали до тех пор, пока не появился закат, окрасив далекий горизонт.
— Ся, знаешь? — Тихо сказала Юй Няньань. — Было бы здорово, если бы время остановилось прямо сейчас.
— Да, — кивнул Ци Ся. — Если бы можно было навсегда остаться в…
Не договорив, Ци Ся слегка опешил.
Он посмотрел на темно-красное небо и далекое грязно-желтое солнце, и слова застряли у него в горле.
Хотя это был всего лишь закат, он необъяснимо напоминал «Землю Конца».
«Остаться в этом моменте…?»
Время могло бы остановиться в любой момент… но почему именно сейчас?
Если бы Ци Ся не был в «Земле Конца», вечные сумерки показались бы ему прекраснейшим пейзажем.
Но он видел ту пустынную землю, подобную аду, и это красное небо, это грязно-желтое солнце неизбежно вызывали у него ассоциации с гнилью и кровью.
«Гнилью…?»
Подумав о «гнили», Ци Ся нахмурился.
Кажется, он пробыл в «Земле Конца» слишком долго, раз теперь даже в реальном мире чувствует запах разложения.
Когда солнце полностью скрылось за горизонтом, Юй Няньань уже спала, положив голову ему на плечо.
Ци Ся протянул руку, ощущая холодный ночной ветер, наклонился, подхватил Юй Няньань на руки и вернулся в квартиру.
Он положил её на диван, затем достал несколько одеял и соорудил на полу простую постель.
Устроив Юй Няньань, Ци Ся сел рядом, глядя на её спящее лицо, и на губах его медленно проступила умиротворенная улыбка.
Он попробовал лечь, устроился рядом с Юй Няньань и осторожно обнял её.
Он очень, очень давно не ложился спать вот так. Чувство расслабления заставило каждую пору на его теле раскрыться, кровь свободно заструилась по жилам.
Как давно он не испытывал этого?
Наверное, лет семь.
Ци Ся не помнил, как уснул, чувствуя лишь, как всё накопившееся в голове напряжение медленно уходит.
Ему снова снился сон.
Ему снился тот длинный коридор, по обеим сторонам которого медленно выходили «Знаки зодиака». Они смотрели на него, и в их взглядах не было ни почтения, ни презрения – казалось, каждому есть что сказать.
Когда же закончится этот путь?
— Тук-тук-тук… — раздался над ухом тихий голос.
Ци Ся медленно открыл глаза. За окном стояла непроглядная тьма, а рядом сидела Юй Няньань и смотрела на него без какого-либо выражения на лице.
— Ань? — Опешил Ци Ся. — Что случилось?
Юй Няньань не ответила. Она лишь пристально смотрела ему в глаза и медленно произнесла:
— Тук-тук-тук.
Комментарии