Глава 76: «Дракон – символ императора…»
Павильон Сосновых Волн, второй этаж, комната разряда «Небо», кабинет «Снежная равнина».
Стол ломился от дымящихся блюд. Аромат был настолько густым, что его, казалось, можно было потрогать; он бесцеремонно лез в ноздри каждому присутствующему.
Пахло просто божественно!
Четверо людей в комнате хранили молчание. Слышен был лишь чистый перезвон палочек о тарелки. Все ели, не поднимая голов, словно изголодавшиеся за три жизни чудовища-таотэ.
Лу Юань не отставал: он загребал рис огромными порциями, закусывая золотистыми хрустящими мясными рулетиками, так что жир так и тек по подбородку.
Слова, сказанные Сун Янем чуть ранее, заставили его сердце екнуть, оставив неприятный осадок.
Но!
В мгновение ока Лу Юань все обдумал и успокоился.
Дело обстояло совсем не так!
Сун Янь, возможно, и не лгал – этот так называемый «список избранных» мог существовать на самом деле.
Лу Юань не понимал, как Сун Янь, будучи лишь учеником Небесного Достопочтенного, смог получить доступ к столь глубоко засекреченным данным.
Пусть он и ученик Небесного Достопочтенного Хэсюня…
Но – это явно не та информация, которой ему положено владеть.
Может, Сун Янь случайно подсмотрел список, когда помогал наставнику Хэсюню прибирать вещи?
Лу Юань не знал наверняка, да это и не имело значения. Он все еще был склонен верить Сун Яню.
У этого старшего брата-наставника, если не считать чрезмерной болтливости, в остальном недостатков не было!
К тому же, даже если такой список существовал, это не значило, что имена в нем нельзя изменить!
Лучший тому пример – Шэнь Шулань.
Когда Лу Юань передавал ей те сведения, он прямо упомянул о титуле Небесного Достопочтенного.
И Шэнь Шулань не стала возражать. Значит, все очевидно: она действительно метила на это место!
Но стоит помнить: до этого у нее, молодой наставницы с малым опытом, не было ни единого шанса.
В список, составленный десять лет назад, никак не могли внести шестнадцатилетнюю девчонку.
Следовательно, список точно можно переписать!
Железное доказательство тому – действия ее отца, Шэнь Цзичжоу.
Он приложил огромные усилия, чтобы перенести Великую церемонию Небесных наставников с даты «до» Великого Ритуала Ролянь на время «после» него.
Этот лишний месяц был дан Шэнь Шулань специально, чтобы она успела очистить больше земель, вскормивших зло, и накопила достаточно влияния.
Все ради борьбы за титул Небесного Достопочтенного!
Иначе в переносе этих событий не было бы никакого смысла.
Так что список все еще подлежит правке!
Это вовсе не окончательный приговор.
Конечно, Лу Юань верил, что Сун Янь его не обманывал.
Но…
Сун Янь думал, что Лу Юань видит лишь верхушку айсберга, в то время как сам он зрит в корень.
На самом же деле Сун Янь застрял где-то посередине, а вот Лу Юань видел всю картину целиком.
Ведь истоки всех тех великих потрясений, что сейчас закручивались в городе Фэнтянь, крылись в самом Лу Юане!
Лу Юань знал и понимал гораздо больше, чем Сун Янь.
Как только он это осознал, аппетит мгновенно вернулся.
Как говорится: «Человек властен над своей судьбой!»
Из всей четверки только Сун Янь с утра перекусил сухим пайком, остальные же трое не маковой росинки во рту не держали целые сутки.
Перед лицом изысканных яств лучшего ресторана Фэнтяня они были готовы проглотить собственные языки.
Не прошло и двадцати минут, как стол опустел.
Напоследок каждый опрокинул по бутылке апельсинового лимонада и с удовольствием рыгнул.
— Дэцюань, счет! — Крикнул Лу Юань.
Вошедший Дэцюань, увидев идеально чистые тарелки, просто лишился дара речи.
Видать, господа и впрямь проголодались!
Лу Юань уже потянулся за деньгами, но Сун Янь его перехватил, настаивая, что платит он.
Только они собрались поспорить о том, кто раскошелится…
Дэцюань поспешно подошел ближе, расплываясь в улыбке.
…
— Ох, молодой господин, ну как я могу взять с вас деньги! — Лу Юань решительно отмахнулся.
— Одно дело – родство, другое – дела. Считай как положено, иначе у вас отчетность не сойдется.
Стоящий рядом Сун Янь тут же выпятил грудь и громко поддакнул:
— Вот именно! — Он приосанился. — Неужто я такие гроши не оплачу? Живо давай, я, между прочим, из Обители Небесного Дракона!
Услышав это, Дэцюань мигом смекнул, как быть.
Раз платит не «племянник», церемониться не стоит.
Он бросил взгляд на счет и, извернувшись под немыслимым углом, пронес его мимо протянутой руки Лу Юаня.
Счет молниеносно оказался в руках у Сун Яня.
— Слушаюсь, господин. С вас триста восемьдесят!
Сун Янь, сжимая бумажку, застыл с каменным лицом.
— Что…
— Ладно… пойдет!
Скрепя сердце, Сун Янь отдал деньги, и компания направилась к выходу.
Увидев это, Дэцюань заволновался.
— Э? — Он всполошился. — Молодой господин, вы уже уходите? Посидели бы еще, скоро внизу в зале начнется представление «эржэньчжуань», самое что ни на есть настоящее…
— …Я принесу вам семечек, заварю лучшего чаю, будем смотреть со второго этажа – вид отсюда превосходный!
Те две дамы еще не приехали! Он только что послал Фуцюаня за ними, и если они явятся, а молодого господина и след простыл, с него же шкуру спустят!
Лу Юань, ничего не подозревая, шел к выходу, отмахиваясь на ходу.
…
— Некогда смотреть, есть еще дела.
Дэцюань занервничал еще сильнее, буквально семеня за Лу Юанем.
— А куда же вы тогда направитесь, молодой господин? Ночью… домой вернетесь?
Вопрос был бестактным, но не задать его он не мог!
Когда приедут хозяйки и не застанут гостя, а он не сможет сказать ни «бе», ни «ме» о том, куда тот делся – вот тогда ему точно конец.
Лу Юань не придал значения этим расспросам, решив, что это просто вежливый интерес.
Он бросил через плечо:
— Конечно вернусь. Думаю, часам к десяти вечера буду.
Слова Сун Яня не только не обескуражили Лу Юаня.
Напротив, они разожгли в нем азарт!
Изначально Лу Юань планировал на сегодня закончить: поесть, сходить в баню и завалиться спать у тётушки Цяоэр.
А все дела отложить на завтра.
Но теперь!
Сразу после бани – прямиком в старые кварталы Фэнтяня, разведать обстановку в том гиблом месте!
Завтра утром велит выкупить землю, и в ту же ночь пойдет на дело!
Около восьми вечера, бани «Источник Хуэйцуань».
Компания вышла на улицу бодрой походкой, от распаренных тел шел пар.
Лу Юань сложил руки в приветствии перед Сун Янем.
— Старший брат-наставник, на этом прощаемся. О жилье не беспокойся, нам есть где приклонить голову.
— У нас еще дела, так что не будем задерживаться.
Глядя на энергичного, рвущегося в бой Лу Юаня, Сун Янь лишь устало покачал головой.
Ну и ну.
Все его предостережения и попытки вразумить парня прошли впустую.
Этот младший не услышал ни единого слова.
Ну и черт с ним.
Чему быть, того не миновать, пусть идет своей дорогой.
Сун Янь лишь полюбопытствовал напоследок:
— Вы что, прямо сейчас за работу? Выходит, в Фэнтяне еще остались невычищенные земли?
В ответ Лу Юань лишь ухмыльнулся, промолчав.
Увидев это, Сун Янь только пожал плечами.
— Ладно, ладно, береги себя, младший брат. Мы из Обители Небесного Дракона остановились в «Северном Процветании», если что – ищи нас там.
— За прежние обиды прости, мы ведь все одной крови, не поминай лихом.
К этому старшему брату Лу Юань теперь питал искреннюю симпатию.
Еще бы…
Триста восемьдесят в «Павильоне Сосновых Волн», сорок шесть в «Источнике Хуэйцуань» – итого четыреста двадцать шесть юаней. Весь сегодняшний вечер оплатил господин Сун.
Особенно те триста восемьдесят в Павильоне!
Мать честная!!
Как тётушка Цяоэр вообще умудряется в этом ресторане торговать!!
Там что, мясо дракона подают?!
Осмелиться требовать триста восемьдесят!!
Хорошо, что Дэцюань оказался ушлым и сунул счет Сун Яню, а не Лу Юаню.
Иначе бы…
Иначе Лу Юань в жизни бы столько не наскреб!!
В карманах всего пара сотен оставалась, а ведь еще снаряжение всякое покупать!
Лу Юань тут же сложил ладони в прощальном жесте:
— Береги себя, старший брат-наставник.
Проводив Сун Яня взглядом, Лу Юань обернулся к стоящим рядом Сюй Эрсяо и Ван Чэнъаню.
— Ну что, спать не передумали?
Оба выглядели бодрячком и задорно хлопнули себя по груди.
— Какое там «спать»! Весь день продрыхали, наелись до отвала, в баньке отмылись – сил хоть отбавляй!
Лу Юань расплылся в улыбке.
— Тогда двинули?
— Двинули!
Гостиница «Северное Процветание», крупнейшая в городе Фэнтянь, когда-то была построена русскими купцами, а позже выкуплена торговой палатой Белого Оленя. Именно сюда направился Сун Янь после бани.
Обитель Небесного Дракона арендовала здесь отдельный флигель с внутренним двориком.
Стоило Сун Яню переступить порог, как в ушах зазвучал бесстрастный голос Небесного наставника Хэсюня:
— Вернулся?
…
— Сказал ему про список?
О «списке избранных» Сун Янь, конечно, знать не мог. Он услышал о нем от наставника лишь сегодня и был потрясен до глубины души.
Выходило, что будущие Небесные Достопочтенные были определены еще десять лет назад.
Все эти торжества, ритуалы – не более чем спектакль для толпы, пустая формальность.
Сун Янь вздрогнул от неожиданного голоса.
Оглядевшись, он увидел наставника: тот стоял по пояс голым среди снегов с деревянным мечом в руках.
Старик неспешно отрабатывал приемы, и от его тела поднимался густой пар.
— Сказал, сказал, — закивал Сун Янь.
Хэсюнь видел своего племянника насквозь – упрямец, который не остановится, пока не расшибет лоб о стену.
Днем у реки он прямо предупреждал, что это гиблое место опасно, но Лу Юань все равно полез туда.
Наставник не хотел больше вмешиваться, но, вспомнив о редчайшем таланте юноши и о том, что он единственный ученик его младшего брата, все же не смог остаться безучастным.
Потому Хэсюнь и решил доверить тайну Сун Яню.
Он надеялся, что, узнав о предопределенности «небесной воли», Лу Юань отступится.
— Только Лу Юаню, похоже, плевать. Перед тем как разойтись, он уже навострил лыжи к следующему проклятому месту, — Сун Янь развел руками.
Услышав это, Хэсюнь вздохнул и покачал головой, не прекращая движений мечом.
— Что ж, пусть идет. Я сделал что мог, совесть моя чиста…
Сун Янь не стал спорить. Он лишь выудил из кармана два измятых чека и протянул их наставнику.
— Учитель, сегодня ушло пятьсот юаней!
Хэсюнь замер:
— Что?!
Он резко обернулся, вытаращив глаза.
— Вы там что, мать вашу, мясо дракона жрали?!
Видя реакцию наставника, Сун Янь назидательно поднял палец вверх и забормотал:
— Учитель, негоже так говорить…
— …Дракон – символ императора!
Хэсюнь опешил:
— Ты что несешь?!
В следующую секунду он замахнулся деревянным мечом и взревел:
— Ах ты, щенок! Запорю!
Десятый час вечера. Снегопад в городе Фэнтянь наконец прекратился.
Снег лежал толстым слоем. В тишине старого квартала каждый шаг отдавался отчетливым хрустом.
На этот раз Лу Юань и его спутники шли пешком.
Тех трех резвых лошадок, на которых они приехали к тётушке Цяоэр, старик Хэсюнь умыкнул втихую.
Ну, то есть, когда Лу Юань и компания вылезали из повозки, они совсем забыли про своих коней. Хватились только сейчас!
Придется завтра идти забирать.
Все-таки три добрых скакуна бешеных денег стоят.
Около половины десятого они достигли цели.
В снежной ночи высились обветшалые ворота – вход в поместье Чуньмэн.
Краска на кирпичных столбах облупилась пластами, края которых почернели и загнулись, словно мертвая кожа.
Лу Юань поднял голову.
Надпись «Чуньмэн» на вывеске давно потускнела. Позолота осыпалась, обнажив под собой подгнившее темное дерево.
Соблюдая правила, Сюй Эрсяо присел в трех дюймах от порога.
Он достал три особые палочки благовоний для измерения иньской энергии – они имели характерный багровый оттенок.
По старинному канону нельзя входить в «нехорошее» место, не проведя разведку.
Хотя Лу Юань и так понимал, что к чему.
Система не выдавала красных предупреждений, а значит, внутри не было ничего, что могло бы его прикончить.
С тех пор как он достиг ранга Небесного наставника, мир вообще стал казаться куда чище. Раньше то и дело перед глазами что-то мелькало, а теперь – тишь да гладь.
Однако расслабляться не стоило: даже лев охотится на зайца в полную силу.
Взять хотя бы тех семерых тварей на речном дне. Система не зажгла красный свет только потому, что их сил не хватало, чтобы убить Лу Юаня.
Но если лезть туда в неподходящее время и без должной подготовки, можно огрести по полной.
Только благодаря мастерству Лу Юань тогда вышел сухим из воды.
Сюй Эрсяо уже достал огниво, но вдруг замер.
— Ой! — Он издал приглушенный возглас и тут же обернулся к Лу Юаню.
— Братец Лу! — В его голосе прорезалась тревога. — Глянь-ка сюда… Тут кто-то был!
Лу Юань нахмурился и вместе с Ван Чэнъанем быстро подошел ближе.
У самого порога из снега был намеренно сформирован крошечный холмик.
И в этот холмик были воткнуты три обгоревших корешка от благовоний.
Лу Юань присел и осторожно сдул свежий снег сверху.
Под ним лежал тонкий слой пепла.
Судя по толщине наметенного снега, кто-то жег здесь благовония еще до полудня.
Ну точно.
Лу Юань медленно выпрямился, размышляя.
Нынешний Фэнтянь – поистине логово затаившихся драконов и тигров. И это только начало.
Пока что подтянулись лишь те, кто живет неподалеку. В ближайшие две недели сюда съедутся даосы изо всех четырех провинций Застенья.
Хотя земли, вскормленные злом по методам покойного Вана, спрятаны в самых глухих углах, сейчас в Фэнтяне даосов столько, что они буквально на каждом шагу.
Печати на этих местах слабеют, скверна просачивается наружу – конечно, проходящие мимо мастера это почуяли.
Лу Юань-то думал переждать денек у тётушки Цяоэр, но теперь ясно: медлить нельзя ни минуты!
Взгляд его стал острым, тон – непреклонным.
Он посмотрел на Сюй Эрсяо:
— Зажигай.
Затем повернулся к Ван Чэнъаню, на спине которого висел тяжелый деревянный ящик.
— Открывай сундук, готовь инструменты. Сегодня мы с этим покончим!
Ждать завтрашней ночи нельзя. Раз кто-то уже поставил здесь измерительные свечи, значит, место на примете.
Если они еще не начали чистку, то лишь потому, что пошли за подмогой или снаряжением. Если прийти завтра – ловить будет нечего.
А может, там уже пусто.
Сюй Эрсяо не колебался. Чиркнуло огниво, вспыхнул огонек, и три багровые палочки задымились.
На кончиках заплясали призрачно-голубые искры.
Сначала дым поднимался ровной нитью.
Но едва он достиг уровня притолоки, как его резко дернуло в сторону, будто неведомая сила затянула его внутрь двора.
Дым разделился на три потока толщиной в палец и закружился кольцами.
Но самое жуткое – из этого дыма стали доноситься звуки.
Обрывистые удары гонга, заунывный плач хуциня и высокий, пронзительный голос актера-дань, тянущего тоскливую мелодию.
Звуки были едва слышными, словно доносились издалека сквозь пелену времени, но от них волосы на затылке вставали дыбом.
Лу Юань, однако, даже обрадовался.
Тварь все еще здесь!
— Братец Лу, это «три потока, стягивающие зло», — шепотом произнес Ван Чэнъань.
Магнитная стрелка на его медном компасе бешено дрожала.
Она металась по сектору «Кунь», издавая непрерывный треск, от которого сердце уходило в пятки.
Ван Чэнъань присмотрелся, и его зрачки сузились.
— Не так… Тень на циферблате двоится!
Лу Юань перехватил компас, а Ван Чэнъань тут же поднес огниво поближе.
В тусклом свете стало видно: под стрелкой лежала не одна тень, а три!
Одна четкая – в секторе «Кунь».
Вторая, призрачная – указывала на «Ли».
Третья, почти неразличимая – на «Дуй».
Три тени, три направления, переплетенные в жутком диссонансе.
— Тень зла опутывает разум, зеркало пленяет лик прекрасный, — вполголоса процитировал Лу Юань описание этого места из тетради.
— Ван состряпал здесь целый призрачный театр.
— Ставьте алтарь!
Стоило Лу Юаню отдать приказ, как Ван Чэнъань и Сюй Эрсяо принялись за дело. Вытащили складной столик, накрыли желтой тканью.
Курильница, священные таблички, свечи – всё одно за другим занимало свои места на алтаре.
Пока они возились, Лу Юань подошел к облезлым красным воротам.
Хм?
Печать?
Лу Юань присмотрелся.
Надо же, как тесен мир!
Печать Обители Бирюзовой Яшмы!
Только что их люди буянили в «Павильоне Сосновых Волн», и вот – снова их след.
Надпись на печати была дерзкой и прямолинейной: «Внутри лютый дух, усмирен Обителью Бирюзовой Яшмы. Посторонним вход воспрещен».
Такая бумага была не просто предупреждением, а негласным законом в мире даосов.
Она означала: «Это наша добыча, не лезьте».
Такое часто случается.
Мол, пришли на разведку, поняли, что не хватает инструментов или сил, и ушли за подмогой.
Обычно мастера из других храмов, видя такую метку, проявляют уважение и уходят.
Хоть и говорят, что в деле истребления нечисти нет первых и вторых, но перехватывать чужую работу – дурной тон.
Но – хрусть!
Лу Юань с безразличным видом сорвал печать и скомкал её.
Люди из Бирюзовой Яшмы совсем потеряли стыд.
У того «неписаного правила», о котором думал Лу Юань, было одно важное условие.
Такие печати имеют право клеить только местные храмы!
Все просто: если местный даос не справился с первого раза и ушел готовиться, а пришлый закончил его работу – поползут слухи.
— Глядите, — скажут люди, — наш-то храм никуда не годится, пришлось заезжим мастерам за него все делать.
Такие сплетни бьют по репутации и доходам. Поэтому все стараются соблюдать приличия.
Даже Обитель Боевой Чистоты не могла гарантировать, что её ученики решат любую задачу с наскока.
Но эта вольница касается только местных. Когда пришлые начинают клеить ярлыки на чужой земле – это уже наглость.
Конечно, по-человечески понятно: никому не хочется отдавать то, что нашел первым.
Вроде как увидел на дороге сто юаней, а кто-то другой их поднял. Обидно.
Будь на их месте Лу Юань, он бы оставил тут Сюй Эрсяо на караул, пока сам ходил бы за вещами.
Тогда и претензии предъявлять было бы проще.
А эти – налепили бумажку и смылись. Видать, слишком уверены в своем имени.
Шутка ли – храм самого Небесного Достопочтенного. Обычные даосы побоялись бы связываться.
Но…
На их беду им встретился Лу Юань.
А он хоть и чтил правила, но наглецов не жаловал.
— Братец Лу, алтарь готов! — Хором крикнули помощники.
Лу Юань оглянулся. Его взгляд был спокоен.
— Начинаем!
Они толкнули приоткрытые ворота, и те отозвались долгим, тоскливым скрипом.
Словно спящий зверь недовольно ворочался, потревоженный незваными гостями.
Двор оказался еще более запущенным, чем виделось снаружи. Крыша навеса зияла дырами, сквозь которые летели снежинки.
Пожухлая трава стояла по колено, среди неё валялся мусор. Осколки чайника лежали так, что каждый носик указывал на запад.
С десяток медных монет, подернутых зеленой патиной, выстроились странной дугой.
Но больше всего бросались в глаза три пары расшитых туфель. Одна – из красного атласа с уточками-мандаринками и пожелтевшими фальшивыми жемчужинами. Вторая – из нежно-зеленого шелка с лотосами. Третья – белая, как лунный свет, с крошечной веточкой сливы на носке.
Туфли стояли в ряд прямо перед театральной сценой, носками к подмосткам.
Подошвы были идеально чистыми, ни пылинки – будто их только что аккуратно поставили.
Сама сцена выглядела странно: среди общего разора она казалась почти нетронутой временем.
Краска на столбах с драконами облупилась, но сами фигуры были четкими – когти впивались в дерево, усы развевались на ветру.
Занавески «Выход генерала» и «Вход министра» побледнели, но ни одна нитка в вышивке не порвалась.
Лу Юань подошел ближе, и его зрачки сузились.
На ткани мельчайшим почерком были вышиты строки из пьес.
«Хмель драгоценной наложницы», «Прощай, моя наложница», «Пионовая беседка» – отрывки арий переплетались в жутком узоре.
Нитки были разных оттенков красного, и издалека казалось, будто занавес забрызган кровью.
— За кулисы, — коротко бросил Лу Юань.
Он обнажил деревянный меч и первым направился к правой стороне сцены.
Сюй Эрсяо крепче сжал персиковую линейку для поиска духов.
Ван Чэнъань зачерпнул горсть пепла, смешанного с серебряной пудрой, готовый в любой момент его рассыпать.
Нервы были натянуты до предела. Они пригнулись и почти бесшумно скользнули к синей шторе, ведущей за кулисы…
Вдруг!!
БАХ!!
Грохот разорвал тишину!
Звук шел не со сцены, а из-за спин охотников!!
Следом послышался шум падающих вещей и треск дерева.
Судя по всему, алтарь, который они оставили у входа, кто-то перевернул одним ударом!!
Не успели они опомниться, как из-за ворот донеслась пьяная ругань:
— Мать вашу!!
— А ну, выкатывайтесь оттуда!!
— Вы что, ослепли совсем?! Или у вас вместо глаз дырки?!
— Не видели, чья печать на дверях висит?! Обитель Бирюзовой Яшмы вам не шутки!!
Комментарии