Надо же, личный ученик одной из Шести сект и четырех школ в сопровождении нескольких охранников не смог поймать обычного с виду преследователя? Дин Сунъянь, ранее возлагавший на Жэнь Юяна огромные надежды, почувствовал, как в душе поднимается волна глубокого разочарования и досады.
Однако внешне он никак этого не показал и лишь вежливо сложил ладони перед грудью:
— В любом случае, огромное спасибо тебе, брат Юян. Если бы не ты, я бы даже не заметил, что за мной следят.
Жэнь Юян смущенно ответил:
— Тот человек был не один, их целая банда. Я этого не учел, поэтому в суматохе на оживленной улице меня от них отрезали, и они оторвались.
Банда? Это тянется за моим предшественником или я сам успел нажить врагов за эти несколько дней? Дин Сунъянь невольно опешил.
— Я их спугнул, так что в ближайшее время они вряд ли посмеют снова пойти за тобой, — Жэнь Юян покосился на стену, ограждавшую переулок Чэнъюй сбоку. — Тот Юй Ваньсюн из поместья Чжэнь тоже держится поодаль – видимо, не хочет, чтобы я о нем проведал. Хм, похоже, они прислали другого почтенного наставника. Серьезно же они за тебя взялись.
Не дав Дин Сунъяню возможности вновь рассыпаться в благодарностях, Жэнь Юян ободряюще добавил:
— Сегодня хорошенько отдохни, а завтра я еще осмотрюсь.
Договорив, он махнул рукой и повернулся, чтобы уйти. Дин Сунъяню оставалось лишь крикнуть слова благодарности ему в спину.
Он пошел по темному, но отнюдь не тихому переулку, обмениваясь кивками с пожилым соседом, который сидел у раскрытых ворот и спасался от вечерней духоты. Подойдя к своему дому, Дин Сунъянь толкнул приоткрытую калитку и увидел во дворе Дин Даню. Брат, обнажив до пояса крепкое смуглое тело, размахивал на небольшом пятачке земли грубым железным шестом. Никаких изысканных приемов – простые, но размашистые и мощные удары: замах, выпад, подсечка, рубящее движение. Свист ветра стоял нешуточный.
В главном доме мать, Лю Юйцзао, и младшая сестра, Дин Цинъянь, сидели при свете масляной лампы и шили подошвы для обуви, изредка переговариваясь вполголоса. Отец, Дин Шэнъи, сидел на табурете и, полуприкрыв глаза, покачивал головой, напевая под нос арии из уличных представлений.
Теплый, слегка желтоватый свет лился из окон наружу – то ровный и тихий, то колышущийся от сквозняка, словно разливающаяся вода, привлекая кружащих без устали ночных бабочек и комаров.
Дин Сунъянь медленно выдохнул и с улыбкой поздоровался с домашними.
…
Перед сном Дин Сунъянь открыл деревянный сундук, где хранилась его одежда. Там были спрятаны заработанные рассказыванием историй пять лянов серебра и триста медных монет. При этом все пять лянов принесла одна лишь девица Сяоцин – по нынешнему курсу каждый лян серебра стоил восемьсот медных монет.
И дело было вовсе не в том, что другие слушатели скупились. Дин Сунъянь выступал всего четыре дня, и то по одному разу в день. Заработать более трехсот монет за это время – среди его коллег на рынке у Храма Данкана он уже считался выдающимся мастером.
Просто на их фоне щедрость Сяоцин казалась поистине невероятной.
«Мой отец, работая канцеляристом в управе, получает всего два ляна серебра в месяц… Ну, если не считать неофициальных доходов…», – во внутреннем кармане за рукавом у Дин Сунъяня все еще лежали четыре цяня серебра, которые ему дали родители. Все эти дни на еду в полдень и расходы он тратил те пятьдесят монет, что дала сестра, и часть заработка от рассказов.
Убрав тяжелый серебряный слиток в двадцать пять лянов, полученный от Сюя Чанъаня, в сундук с одеждой, он вытащил четыре серебряных слитка поменьше.
Подумав немного, он взял и пятый, чтобы вышло ровно пять лянов.
Когда он вернулся в главный дом, Дин Даню как раз задвигал засов на дверях.
— Брат, это от Сюя Чанъаня, в знак благодарности за то, что мы помогли ему вчера, — Дин Сунъянь протянул ему пять серебряных слитков.
На лице Дин Даню отразился неподдельный восторг:
— А этот Сюй-старший умеет вести дела!
— Отнесу-ка я их матушке.
— Оставь себе, — Дин Сунъянь невольно перенял любимую присказку Жэнь Юяна. — Жизнь коротка, не обделяй себя. Возьми эти деньги и каждый день в полдень хорошенько ешь и пей.
Он надеялся, что Дин Даню поймет: в мире есть много других радостей, и вкусная еда с добрым вином смогут вытеснить из его души тягу к убийствам.
Конечно, главное – чтобы он не вздумал смешивать эти три вещи воедино.
Дин Даню немного помолчал, а затем произнес:
— Ладно. Второй брат, ты умнее меня, так что я послушаюсь. Пожалуй, пока приберегу их.
— И на что же ты их копишь? — С улыбкой спросил Дин Сунъянь.
Дин Даню шумно сглотнул слюну:
— Коплю, чтобы сходить в квартал Бэйли.
— … — Дин Сунъянь на мгновение оцепенел.
Ну надо же, Даню, а по тебе и не скажешь! Оказывается, и у тебя есть подобные слабости.
Махнув рукой, он вернулся в западный флигель и прикрыл за собой деревянную дверь.
Как обычно, он приспособил большой деревянный сундук вместо стола, разложил бумагу, тушечницу и приготовился записывать историю Сюя Шилиня.
Книгу «Тайные хроники Гор и Морей» он уже давно перепрятал под матрас.
— Второй брат, ты снова жжешь масло по ночам? — Донесся из-за ширмы удивленный и одновременно сочувствующий голос Дин Цинъянь. — Раньше ты никогда не был таким прилежным…
Тут она осеклась, видимо, испугавшись, что ее слова напомнят брату о его недуге с потерей памяти.
— Если бы тебе каждый день давали по одному-два ляна серебра только за то, чтобы послушать твои истории, ты бы тоже стала прилежной, — небрежно отмахнулся Дин Сунъянь.
Деньги, конечно, были важны, но еще важнее было то, что заказчица могла сама явиться за продолжением. А самое главное – он совершенно не умел драться и не смог бы ей противостоять.
— И кто же это? — Полюбопытствовала Дин Цинъянь.
— Одна приезжая барышня. Щедрая – просто на диво! Если история ей нравится, она непременно осыпает серебром. За эти несколько дней уже выложила не один десяток лянов, — честно ответил Дин Сунъянь, присаживаясь на маленький деревянный ящик.
— Какая щедрость, — Дин Цинъянь невольно позавидовала. — А она красивая?
— Очень красивая, — Дин Сунъянь не стал кривить душой.
Но про себя мысленно добавил:
«Вот только я боюсь змей».
К тому же в его сердце все еще оставались неразрешенные тревоги.
Они поболтали еще немного, и вскоре Дин Цинъянь уснула. Дин Сунъянь принялся за сочинение.
В этой главе нужно было описать детство Сюя Шилиня. Передать то щемящее чувство, когда все соседи на улице знают, что его настоящих родителей нет рядом, а сам мальчик даже не догадывается об этом. Нужно было показать, чем звезда Военной Погибели отличается от обычных людей. Дин Сунъянь изо всех сил напрягал память, по крупицам собирая сюжетные ходы и черпая вдохновение из истории о Гарри Поттере – благо, дядя и тетя Сюя Шилиня относились к нему со всей душой.
Едва он дописал один лист и отложил его в сторону, как белая, словно нефрит, изящная женская рука протянулась и забрала бумагу.
— Барышня Сяоцин пришла? — Дин Сунъянь уже привык к ее внезапным появлениям и ничуть не испугался.
— Угу, пиши дальше, — Сяоцин, одетая сегодня в свежее зеленое платье, присела на край постели и принялась увлеченно читать черновик, не желая отвлекаться на разговоры.
Видя это, Дин Сунъянь не стал ее беспокоить и сосредоточился на работе.
Пока он писал, ему в голову пришла одна мысль:
«Судя по сегодняшнему поведению Жэнь Юяна, действительно ли он ученик Секты Истинного Духа? Тот ли это самый Жэнь Юян, чье имя значится в „Рейтинге Молодых Талантов Чжилань“?»
Раньше Дин Сунъянь не сомневался в этом, ведь того принимали в поместье Чжэнь с почетом, а значит, его личность была подтверждена самим старым господином Чжэнем. Однако, вспоминая уловки мошенников из прошлой жизни, он знал: многие умеют втираться в доверие к высокопоставленным особам ради создания ложного авторитета.
Конечно, необычные собачьи уши Жэнь Юяна косвенно подтверждали его незаурядное происхождение.
Но что, если он просто полукровка из племени цюаньжунов?
— Из тех историй, что Дин Сунъянь слышал за последние дни, следовало, что цюаньжуны внешне похожи на собак и вполне способны иметь потомство от людей.
— Барышня Сяоцин, ты когда-нибудь слышала о человеке по имени Жэнь Юян? — Осторожно спросил он.
Сяоцин, читавшая как раз новую страницу, резко подняла голову:
— Слышала.
— А что ты хочешь узнать?
Дин Сунъянь тщательно взвесил слова:
— Сегодня я встретил человека, который назвался Жэнь Юяном, но…
Он в подробностях описал недавнее поведение юноши, умолчав лишь о его колких замечаниях по поводу «Списка Нефритовых Деревьев Боевого Мира» – все-таки он обещал держать это в секрете. Про преследователей он тоже упомянул вскользь, рассказав лишь о том одном, которого Жэнь Юян упустил.
Выслушав его, Сяоцин не сдержала улыбки:
— Это настоящий Жэнь Юян, тот самый, из Секты Истинного Духа. Никакой самозванец не смог бы так точно передать его суть.
— И в чем же его суть? — Удивился Дин Сунъянь.
Сяоцин весело рассмеялась:
— Суть Жэнь Юяна в том, что настоящий он выглядит куда фальшивее любого самозванца.
— Ну а то, что он упустил того соглядатая и не раскрыл заказчика – вполне в его духе. Он для своих людей скорее обуза. Если бы его там не было, его охранники давно бы всех переловили.
— А? — Дин Сунъянь слегка растерялся.
Что это за характеристика такая?
Сяоцин замялась:
— Просто его метод совершенствования не совсем подходит для подобных дел.
Не стала вдаваться в подробности… Дин Сунъянь задумался.
Похоже, среди именитых фракций названия их главных учений не были тайной, и о них можно было говорить открыто. Но вот особенности, сильные и слабые стороны каждого метода обсуждались исключительно за закрытыми дверями внутри самой школы. Выдавать такие секреты чужакам считалось кровной обидой.
Между тем настроение Сяоцин, кажется, заметно улучшилось, и она весело произнесла:
— Надо же, Секта Истинного Духа прислала именно Жэнь Юяна! Теперь второй дядя не посмеет ворчать, что я попусту шатаюсь по ночам. Я ведь раздобыла важные сведения!
— Барышня Сяоцин, а вы… — Дин Сунъянь на мгновение замялся, не зная, как спросить.
— Наша цель в префектуре Динцзян примерно та же, что и у Секты Истинного Духа, — со смехом обронила Сяоцин, не желая вдаваться в подробности.
Тоже как-то связано с поместьем Чжэнь? Хорошо, что я не упомянул, что за мной следят и люди из поместья Чжэнь, иначе кто знает, как бы отреагировала Сяоцин… Дин Сунъянь благоразумно решил закрыть эту тему, в то время как Сяоцин мечтательно пробормотала себе под нос:
— Пожалуй, завтра я тоже попробую помочь тебе поймать того шпиона и разузнать, кто за ним стоит.
Прошло еще немало времени. Дин Сунъянь наконец дописал до момента, когда Сюй Шилинь узнает правду о своих родителях и отправляется к даосскому храму на поиски Сюя Сяня, но тот отказывается принять его.
Он отложил кисть, разминая затекшее запястье, и, наблюдая, как Сяоцин перебирает исписанные листы, как бы невзначай спросил:
— Позавчера я слышал, как кто-то упоминал книгу «Тайные хроники Гор и Морей». Неужели этот трактат хранится только у великих сект и в императорских архивах?
— Да, частично, — Сяоцин сейчас куда больше волновала семейная драма Сюя Шилиня.
— А у кого есть полный список? — Дин Сунъянь не решился прямо спрашивать про Секту Рассветного Света, чтобы не вызывать подозрений.
Сяоцин, растроганная сценой встречи Сюя Шилиня и Сюя Сяня, шмыгнула носом и ответила:
— Ни у кого нет полного списка. В прежние времена, когда все спешно покидали Куньлуньский императорский дворец, главы «Императорских комментариев к Хроникам Гор и Морей» были высечены на нефритовых плитах в разных залах. Каждый из присутствовавших успел запомнить лишь малую часть, да и то многие записали с ошибками.
— Если бы позже люди смогли отбросить разногласия, сравнить свои записи, восполнить пробелы и исправить ошибки, то, пожалуй, удалось бы собрать полные «Тайные хроники Гор и Морей». Но увы, бескорыстных людей слишком мало.
— То, что сейчас ходит по миру – лишь обрывки, утекшие после упадка некоторых сект, они полны лакун. К тому же ни одна школа не позволит держать у себя подобные рукописи тайно.
Дин Сунъянь замер от удивления:
«За эти пару дней я просмотрел обычные издания „Книги Гор и Морей“ в книжных лавках и сравнил их со списком, что хранится у меня».
«Если сопоставить это с выводами Чэнь Юйляня, то мой экземпляр „Тайных хроник Гор и Морей“, кажется… очень похож на полный…»
«По крайней мере, он ближе всего к полному тексту…»
Комментарии