Хун Юань отнюдь не был тем закаленным героем, чья воля крепка, как сталь или камень, и кто способен сохранять невозмутимость, даже если прямо перед ним рухнет гора Тайшань.
Оказавшись в совершенно чужом мире, в новом теле и с чужой судьбой после того, как просто закрыл и открыл глаза, он был ошеломлен и охвачен паникой.
Словно иглы впились в спину, словно на раскаленных углях сидишь, словно ком в горле застрял…
Страх и ужас тяжелым грузом легли на сердце, но он лишь с трудом подавил их – не кричать же во весь голос, это было бы слишком по-дилетантски.
Особенно учитывая, что он с самого начала оказался в этой таинственной и непостижимой Обители Зеленого Стеркулия. Мозг Хун Юаня, напитанный бесчисленными фильмами, романами и хоррор-играми, не мог не рисовать пугающие картины, от которых становилось лишь тревожнее.
По крайней мере, осознание того, что его тело претерпело странные положительные изменения, немного умерило его беспокойство.
Не было времени разбираться с этим «бонусом после перемещения». Хун Юань сузил глаза и заметил, как со дна каменной беседки, окутанной молочно-белым туманом, внезапно показалась голова.
А следом и вся верхняя часть тела.
Казалось, дно этой беседки посреди озера соединено с каким-то тайным проходом. Оттуда выбралась прекрасная девушка в простом белом платье, с аккуратно уложенными волосами и цитрой в руках. Она подняла лицо и воровато оглядела берег. Хотя она знала, что густой туман скрывает всё вокруг и на расстоянии трех-четырех чжанов не разглядеть даже собственных пальцев, вид у нее всё равно был виноватый.
Она выдохнула, наклонилась, чтобы стряхнуть пыль с подола, положила цитру на деревянный стол и опустилась на коврик для медитации. Почувствовав, что сидит недостаточно удобно, она снова поправила складки юбки и подтянула криво лежащую подушку. Лишь тогда она слегка кивнула, и ее тонкие, как нефрит, пальцы зависли над струнами.
Хун Юань не знал, как реагировать. Он сохранял бесстрастное лицо, пока до его ушей доносилось ворчание окружающих:
— Эта проклятая дымка просто раздражает, мешает увидеть лицо феи. Истинная досада.
Стоящие рядом люди закивали в знак согласия.
Ха! Если бы вы действительно могли разглядеть ее, боюсь, все ваши иллюзии рассыпались бы в прах.
Хотя, конечно, не факт. Белоснежное платье девушки делало ее облик невероятно притягательным – посреди тумана она казалась божественным созданием, готовым в любой миг воспарить в небеса.
Дзынь! Дзынь-дзынь!
Вновь раздались чистые звуки. Сквозь туман они доносились до двора, словно весенний ветерок или журчание ручья.
Хун Юань сосредоточил взгляд.
Белоснежное платье девушки, ее холодный, отстраненный вид и покачивающиеся заколки в волосах, отражающие последние отблески заката, делали ее недосягаемой. Ее руки плавно двигались в широких рукавах, а длинные тонкие пальцы порхали по струнам, словно эльфы, рождая при каждом касании пленительные ноты.
Сначала мелодия была мягкой и нежной, подобно признанию влюбленных, переплетенных в сладкой неге, рождающей мечты. Но затем внезапно раздался высокий, пронзительный аккорд.
Музыка резко взмыла вверх, превращаясь в парящего в небесах бессмертного журавля, который в мгновение ока пронзил облака и устремился к небесным чертогам.
Словно влюбленные были навеки разлучены: один остался в мире смертных, а другой вознесся на небеса. Отныне их пути разошлись, и спустя тысячи лет им больше не суждено было встретиться. От этих звуков невольно наворачивались слезы.
Музыка стала эфирной и пустой, далекой, словно доносящейся из самих небесных дворцов, где пируют святые и бессмертные.
У Хун Юаня возникло ощущение, будто он слушает «Волшебника страны Оз».
Мир изменился, но эстетика осталась прежней – эта мелодия была несомненно прекрасной.
Остальные слушатели были настолько очарованы, что их души, казалось, улетели за девять небес вслед за мелодией.
Особенно когда туман начал медленно редеть. Люди вытягивали шеи, чтобы разглядеть девушку в белом. И хотя с расстояния в семь-восемь чжанов всё было неясно, именно эта дымка позволяла дорисовать в воображении божественную красоту.
Расстояние между берегом и беседкой казалось непреодолимой пропастью между миром смертных и обителью бессмертных. Люди лишь затаив дыхание любовались образом феи и внимали музыке.
Когда мелодия стала тише и потянулись последние замирающие звуки, внезапно раздался звонкий, сладкий голос:
— Двенадцать яшмовых башен, фальшивые журавли, в туманных галереях спрятаны наряды. Служанка держит талисман, управляя светом луны, пуста печь алхимика, из которой извергается туман, и аромат исходит от шелковых чулок…
Из тихой галереи донеслись шаги. Показались огоньки фонарей, которые несли красивые служанки. Возглавляла их особенно очаровательная девушка: хотя она и носила прическу служанки, на ней было роскошное платье, а в руках она держала изящный фонарь. Подойдя к большой курильнице, она с улыбкой произнесла:
— Мое имя Сяочань, я распорядительница лампад у Бессмертных дев. Приветствую вас, бессмертные ростки!
Она грациозно поклонилась, привлекая к себе внимание почти всех присутствующих.
Лишь Хун Юань заметил, как туман на воде начал сгущаться, поднялись волны, и каменная беседка беззвучно скрылась из виду вместе с Феей Чудесного Созвучия.
Хун Юань лишь мельком взглянул на это, не подав виду.
Если бы его слух и зрение не обострились, он бы, пожалуй, искренне поверил, что это настоящее царство бессмертных.
Конечно, сейчас Хун Юань не готов был полностью отрицать это.
В конце концов, он слишком мало знал об этом мире. Воспоминания прежнего владельца за десяток лет сводились к книгам да учебе, он даже из уезда толком не выезжал – его знания были крайне ограниченны.
Можно было лишь сказать, что у Хун Юаня зародились сомнения в этой «Обители Зеленого Стеркулия», и он начал подозревать, что это чей-то искусный обман.
Он не стал действовать опрометчиво, сохраняя молчание и наблюдая за Сяочань и ее спутницами.
Если эта обитель реальна – это внушало благоговение. Но если это подделка – то проявленные богатство и влияние пугали еще больше.
Как тут не быть осторожным?
Ян Ле, юноша с орлиным носом и другие «старички» привычно поклонились:
— Приветствуем Бессмертную деву-служанку Сяочань.
Остальные, увидев это, поспешно последовали их примеру. Хун Юань тоже.
— М-м, не нужно церемоний! — После того как все поклонились, девушка-служанка Сяочань слегка кивнула и улыбнулась. Ее глаза, подобные осенним водам, обвели собравшихся, словно излучая чары. Те, на кого падал ее взгляд, чувствовали, как их кости теряют твердость, и не могли отвести глаз.
Сяочань улыбнулась, оглядывая каждого, и на ее лице появилось выражение удовлетворения:
— В этой партии ростков даже больше, чем в прошлый раз. Надеюсь, многие из вас останутся…
Она взмахнула рукавом и указала на одну из служанок:
— Го'эр, отведи тех, кто уже принят, не заставляй Бессмертных дев ждать.
— Слушаюсь! — Го'эр кивнула Ян Ле, юноше с орлиным носом и остальным, и повела их в галерею.
Когда во дворе осталось около десяти человек, кто-то, не дожидаясь слов Сяочань, нетерпеливо спросил:
— Бессмертная дева-служанка Сяочань, что нам делать дальше?
Сяочань улыбнулась:
— Не спешите. Раз вас отобрали для входа в обитель, большинство из вас смогут остаться. Нужно лишь проверить ваш потенциал, и если пройдете – всё будет хорошо!
— Что такое потенциал?
— А что будет, если мы не пройдем проверку?
Сяочань взмахнула рукой, пресекая шум, и ее лицо стало серьезным:
— Поиск бессмертия и истинного пути – разве это легкое дело? Древние императоры и вельможи тратили бесконечные богатства и силы, но всё было тщетно. Только наша Обитель Зеленого Стеркулия и наши Бессмертные девы милосердны к людям, они открывают врата и призывают бессмертные ростки…
— Но даже если Бессмертные девы даруют путь, ступить на него непросто. Сначала смотрят на природный дар, затем на потенциал. Ваш природный дар неплох, но вот этот потенциал…
Сяочань сделала паузу и добавила с улыбкой:
— Впрочем, даже если в этот раз вы не войдете в обитель, не стоит отчаиваться. В будущем, возможно, еще представится шанс. К тому же, наша обитель не отпустит вас с пустыми руками – каждому будет вручено пять лянов небесной судьбы в качестве подарка!
Пять лянов небесной судьбы!
Под «небесной судьбой» она имеет в виду серебро?
Лицо Хун Юаня дернулось. Сяочань, держа фонарь, прошлась между людьми и внезапно оказалась прямо перед ним. Она подняла головку и уставилась на него, ее глаза вспыхнули ярким блеском.
— Бессмертная дева-служанка Сяочань, со мной что-то не так? — Хун Юань коснулся своего лица и слегка улыбнулся, изображая смиренного благородного мужа, хотя в душе стал вдвойне настороженным.
На щеках Сяочань проступил румянец. Ей показалось, что он улыбается необычайно ослепительно, и она поспешно ответила:
— Нет! Просто о господине Хун я была наслышана давно. Не ожидала, что увижу вас сегодня… Вы… вы еще красивее, чем о вас говорят!
Хун Юань блеснул глазами:
— О, девушка Сяочань знает меня? Какая честь для меня!
Он умело заменил «Бессмертную деву-служанку» на «девушку», сокращая дистанцию, а его мысли лихорадочно работали.
В уезде Цинсюй у Хун Юаня действительно была некоторая известность: он был способным учеником Академии Цинсюй, к тому же обладал привлекательной внешностью. Имея и талант, и лицо, трудно было оставаться незамеченным.
Конечно, после того как власти отменили экзамены, эта слава развеялась, словно утренний туман.
Но то, что Сяочань знала о нем, означало одно: эта Обитель Зеленого Стеркулия, даже если не находится в уезде Цинсюй, расположена совсем недалеко.
Сяочань не обиделась на обращение «девушка», а лишь сладко улыбнулась:
— Я, конечно, слышала ваше имя. К тому же, именно у меня вы подписали «Договор Небожителей и Смертных».
— Договор Небожителей и Смертных? — Лицо Хун Юаня застыло, по спине пробежал холодок. — Что это за вещь? Когда я его подписывал? Девушка Сяочань, не шутите со мной.
— Разве я стану шутить с господином? Раз подписан договор, значит, вы человек нашей обители, телом и душой принадлежите ей. Даже если потенциал подкачает, вас не выгонят. Помимо господина Хун, в саду есть еще один человек, подписавший этот договор…
Сяочань поманила одну из служанок. Та поднесла шелковый свиток, Сяочань развернула его и извлекла золотой лист, тонкий, как крыло цикады, и развернула его перед Хун Юанем.
Хун Юань пробежал глазами по содержанию – по сути, это был кабальный договор. Когда взгляд упал на подпись внизу золотого листа, там красовалось имя «Хун Юань».
Но это была не его подпись.
Однако, вглядываясь в два иероглифа, он чувствовал, что почерк ему подозрительно знаком. В воображении возник образ добродушного, улыбающегося толстяка.
Лицо Хун Юаня потемнело, как грозовая туча.
Сяочань указала на красную печать рядом с подписью и улыбнулась:
— В тот день, когда господин был пьян, ваш друг, господин Хуан, привел вас сюда и подписал договор за вас. Вы тогда тоже были согласны, и этот отпечаток был поставлен лично вами.
«Если ты говоришь об этом так искренне, разве я могу не поверить? И разве я тогда буду человеком?»
Хун Юань не стал спорить. В этом мире, напоминающем феодальную эпоху, такой контракт мало чем отличался от договора о рабстве. Это означало, что если его сейчас прикончат в Обители Зеленого Стеркулия, даже чиновники не станут задавать лишних вопросов.
Если бы не отмена экзаменов и статус учащегося, другая сторона, быть может, и проявила бы хоть каплю сдержанности, но…
«Толстяк Хуан, ты и впрямь был хорошим другом для прежнего хозяина тела. Неудивительно, что в академии за спиной тебя называли хорьком!»
Хун Юань лишь поражался близорукости прежнего владельца тела: неудивительно, что тот страдал от подобных суждений, ведь обладал столь скверным вкусом в выборе друзей.
Заметив, как Сяочань болтает с Хун Юанем, остальные начали откровенно завидовать. Один из них – широкоплечий детина с густыми бровями и квадратным лицом, даже более рослый и мощный, чем Ян Ле, – бросил на Хун Юаня косой взгляд и, сложив ладони перед Сяочань, произнес:
— Бессмертная дева-служанка Сяочань, я Ван Ай. Осмелюсь спросить: как здесь проходит проверка на физическую силу?
Сяочань, услышав это, вернулась к остальным служанкам и с улыбкой ответила:
— Проверка на физическую силу – дело первостепенной важности. Бессмертные ростки, следуйте за мной во Дворец Восходящей Зари, в Пруд Вознесения. Там вы очиститесь от мирской пыли и сбросите оковы смертной плоти!
Сказав это, Сяочань повела служанок вперед, указывая путь.
— Посторонись! — Ван Ай, грубо толкнув мощным телом двоих преградивших путь людей так, что те пошатнулись, не останавливаясь, махнул могучим плечом и врезался в Хун Юаня.
Хун Юань ловко увернулся, встав в сторону.
Не задев его, Ван Ай лишь фыркнул, не оборачиваясь, и, широко шагая, первым устремился за Сяочань и остальными.
Искусственные горы, ручьи, извилистые тропы. Пройдя еще через один двор и миновав два длинных коридора, они почувствовали жар, от которого даже холодный ночной воздух стал теплым.
Перед глазами возникла вывеска с надписью «Дворец Восходящей Зари».
Двери были распахнуты.
Внутри красовались парчовые занавеси, курильницы наполняли воздух ароматами, а в центре располагался теплый бассейн. Клубящийся пар окутывал помещение, и повсюду, словно в сказочной обители, ожидали прекрасные служанки.
Бассейн был невелик: около четырех-пяти чжанов в длину и меньше чжана в ширину. Ширмы делили его на семь более мелких купален.
Хорошенькие служанки порхали между ними, рассыпая по воде лепестки цветов, а некоторые держали в руках белоснежные нефритовые чаши, вливая в воду густой отвар.
— Бессмертная дева-служанка Сяочань! — Ван Ай остановился перед ней и уставился на купальню.
Сяочань взглянула на него и, хлопнув в ладоши, подозвала служанок. Лицо ее оставалось невозмутимым:
— Все как обычно. Разведите всех по местам в Пруд Вознесения для очищения от смертной плоти… Ну и для проверки физической силы.
— Слушаемся! — Ответили служанки и, забрав новых кандидатов, повели их к купальням. Одна из девушек подошла к Ван Аю и отвела его в сторону.
Сяочань же, быстро перебирая ногами, подбежала к Хун Юаню и проговорила:
— Юный господин Хун, вашу проверку проведу я сама.
Сказав это, она потапила его к пустой купальне и, протянув нежные белые ручки, принялась развязывать его халат. Хун Юань «в ужасе» отпрянул:
— Девушка Сяочань, что вы делаете? Мужчина и женщина не должны касаться друг друга, прошу вас, будьте благоразумны.
Увидев его испуг, Сяочань лишь звонко рассмеялась:
— Это же Пруд Вознесения. Если не снять одежду, как же вы погрузитесь целиком и сбросите оковы смертной плоти?
Ее ручки вцепились в одежду еще настойчивее.
— Не подходи ко мне!
Хун Юань, словно увидев ядовитого зверя, «дрожал от страха».
Он отчаянно «отбивался», но был всего лишь «слабым, как травинка» ученым. И пусть он был на голову выше Сяочань, и пусть казалось, что она разрыдается от одного его удара, – это была лишь видимость. Она ведь была «девой-служанкой из бессмертной обители», и в ее нежных руках таилась огромная сила. Не успел он опомниться, как она уже раздела его догола.
Глоть!
Сяочань сглотнула слюну, не в силах оторвать взгляда от его тела. Лицо ее вспыхнуло, по щекам разлился румянец:
— Юный господин, я думала, вы лишь утонченный ученый, но… но неужели вы настолько крепки?
Хун Юань тоже замер, глядя на себя.
Опустив взгляд, он увидел, что тело, которое из-за постоянного сидения за книгами раньше было худощавым и слабым, изменилось до неузнаваемости.
Теперь оно походило на закаленную в печи сталь: плечи расправились, спина стала прямой, живот подтянутым – ни грамма лишнего жира, лишь отчетливые кубики пресса, вздымающиеся при дыхании. Мышцы, словно натянутые тетивы, пылали мощью.
Сердце Хун Юаня радостно екнуло.
Значит, его дар «попаданца» – не только обостренные чувства, но и полная трансформация тела.
Он протянул руку и притянул Сяочань к себе. Девушка была миниатюрной – на вид килограммов сорок пять, – но Хун Юаня хватило лишь легкого усилия, чтобы поднять ее одной рукой.
— Ах! Юный господин, не надо так! — Сяочань тихо вскрикнула, чувствуя, как тело наливается слабостью, а руки бессильно упираются в его стальную грудь, от прикосновения к которой, казалось, вот-вот сломаются пальцы.
Конечно, это было лишь потому, что Сяочань боялась применить бессмертную силу и навредить ему. В противном случае, перед ее мощью Хун Юань, простой смертный, не устоял бы.
— Юный господин, сначала в Пруд Вознесения, не будем откладывать дело. Позже… позже, когда будет время, я буду служить вам, — Сяочань ничуть не испугалась и прошептала это мягко.
Хун Юань опустил ее на пол.
Едва освободившись, она надула щеки и легонько толкнула его:
— Юный господин, вы такой плохой!
С громким всплеском Хун Юань полетел в воду.
Верно, разве может простой смертный тягаться с Бессмертной девой? Стоит ей разозлиться, как сразу всё встает на свои места!
Сяочань у бассейна сбросила свои одежды, оставшись в тонкой нижней рубашке, и прыгнула в воду, обдавая Хун Юаня теплыми брызгами.
— Я помогу вам очиститься, юный господин!
Она начала тереть его тело своими нежными ручками, глаза ее блестели, на губах играла улыбка, а пропитавшаяся водой ткань прилипла к телу, обнажая всё, что нужно было скрыть.
Хун Юань, будучи человеком благородным, разумеется, понимал, что на «непристойное» смотреть не стоит. Он тут же хмыкнул и закрыл глаза – кто бы не выдержал такое испытание?
— А! — Вдруг вскрикнула Сяочань, залившись краской. — Юный господин, не лапайте меня так!
Хм? Хун Юань резко открыл глаза. Посмотрел на нее, потом на воду, скрытую лепестками, и почувствовал острую боль:
— Девушка Сяочань, не стоит валить с больной головы на здоровую.
В этот момент из-за соседних ширм послышались звонкие голоса служанок:
— Физическая сила – выше среднего.
— Средняя, пойдет.
— Высший сорт!
Не успел шум стихнуть, как из ближайшей купальни раздался пренебрежительный смешок:
— Низший. Этот… господин… в общем, кто бы вы ни были, можете уходить. Ваша связь с нашей обителью прервалась. Ой, нет, постойте, у вас есть «связь» ровно на пять монет, заберите их и уходите скорее, не теряйте время на дорогу домой.
— А! — Рядом раздался полный отчаяния вопль.
«…»
Хун Юань посмотрел на Сяочань: «Это со мной что-то не так или с вами? Что вообще проверяют эта ваша „физическая сила“?»
— Совершенно посредственно… — выпалила Сяочань.
«Да ты врешь!»
Хун Юань резко встал, подняв волну, от которой Сяочань опрокинулась и нахлебалась воды, начав отчаянно кашлять. Хун Юаня это лишь раздражало: «Ты хоть понимаешь, о чем я спрашиваю? Или мелешь чушь, лишь бы ответить?»
В ушах звенело, а в этот момент прозвучал еще более громкий возглас:
— Господин Ван Ай, высший сорт… Я никогда не видела столь великого человека…
— Ха-ха!
Хун Юань усмехнулся. Он наконец-то понял: эта «Обитель Зеленого Стеркулия», все эти «бессмертные девы» – полная чушь. А если они и впрямь небожители, то это просто чертовщина какая-то!
Комментарии