Окрестности академии «Зерион».
Увидев Никиту, с которой мы договорились встретиться в следующем году, я удивлённо приподнял бровь.
Я не ожидал, что она появится именно сейчас.
‘Это совпадение?’
Такая мысль промелькнула, но, взглянув на лицо Никиты, я понял, что нет.
Она пришла, чтобы встретиться со мной.
— Никита, как ты…
— …Я услышала, что хубэ-ним в опасности.
Новость о том, что мы с Изабель переместились на 9-й этаж Дворца Магии, недавно разлетелась повсюду.
Очевидно, Никита тоже её услышала.
Сказав это, Никита бросила быстрый взгляд на Серон, стоявшую рядом со мной.
Она ещё не знает, какие у нас с Серон отношения.
Поэтому перед Серон она назвала меня «хубэ-ним».
Если станет известно, что Никита жива, это создаст для неё проблемы.
Но то, что она так поспешно пришла, означало, что она очень за меня волновалась.
— Да уж. Если бы я услышал, что Никита переместилась на 9-й этаж, я бы тоже, наверное, примчался сломя голову.
Когда кто-то о тебе беспокоится, это очень приятно.
Когда я выразил свою благодарность, Никита мягко улыбнулась.
— Опять переусердствовал.
Никита крепко сжала воротник моей одежды и вздохнула.
Наверное, потому, что я часто показывал ей, как перенапрягаюсь.
Похоже, она была уверена, что я снова переусердствовал.
— Хубэ-ним совсем не меняется.
— Говорят, если человек внезапно меняется, он скоро умрёт. Естественно, я должен жить, не меняясь.
С губ Никиты снова сорвался смешок.
Похоже, ей очень нравится наш разговор.
Улыбка красавицы — лучшая награда.
Чувство гордости наполнило моё сердце.
И тут я вдруг понял, что совсем забыл о стоявшей рядом Серон.
Мы так давно не виделись с Никитой, что я совершенно о ней не подумал.
— Серон, Никита-сонбэ…
Я повернулся к Серон, чтобы представить ей Никиту.
Серон стояла, опустив голову и крепко сжав кулаки.
— Серон?
Стоило мне назвать её имя, как она вздрогнула.
Затем она резко подняла голову, лучезарно улыбнулась и хлопнула меня по спине.
— Отлично, картофельный принц! Никита-сонбэ в порядке, так что теперь не о чем беспокоиться!
Похоже, она совсем не слышала нашего разговора.
— Вы ведь только что встретились. Я в порядке, так что сходите пообедайте вдвоём!
Сказав это, Серон резко развернулась и убежала.
Я опешил от её внезапного поступка и не успел её остановить.
‘Что это с ней вдруг?’
Эта мысль промелькнула в голове, и я снова посмотрел на Никиту.
Никита смотрела вслед убегающей Серон.
— Эта девушка… любит хубэ-нима.
Только тогда я полностью понял поведение Серон.
Я, а точнее, Викамон, любил Никиту.
Хоть я и не признавался, все знали, что он испытывает к ней чувства.
Серон же активно проявляет ко мне свою симпатию.
И как для неё, должно быть, выглядело моё воссоединение с Никитой, которую все считали мёртвой…
Стоило лишь немного подумать, и всё становилось ясно.
— Хубэ-ним, прости. Я вам помешала.
На лице Никиты появилось виноватое выражение.
— Хубэ-ним, ты тоже её любишь?
Люблю ли я?
Услышав вопрос, я промолчал.
Я потерял способность любить из-за Покрова Забвения.
Сколько бы меня ни любили, моё сердце давно остановилось.
‘То, что я сейчас делаю…’
Я лишь отвечаю взаимностью, используя модели поведения, усвоенные из различных источников в прошлом.
Это было лучшее, на что я был способен сейчас.
— Не знаю.
Но это не значит, что я не хочу любить.
Я был благодарен за чувства, которые проявляли ко мне Серон и Шарин, и хотел им ответить.
— Поэтому я продолжаю стараться вернуть их.
Поэтому я буду делать всё, что в моих силах.
Я по своей натуре простой и прямолинейный парень.
Даже в этом я буду стараться изо всех сил.
— Пока однажды не смогу ответить на все чувства, обращённые ко мне. Я должен.
Никита посмотрела на меня.
Хоть она и была миниатюрной, сила в её глазах сияла ярче, чем прежде.
— Я бы хотела спросить о многом, но сегодня воздержусь. Я случайно вам помешала.
На губах Никиты появилась искренняя улыбка.
— Знаешь, мне нравится, что хубэ-ним такой. Такой замечательный человек, который может отдавать всего себя кому-то.
Раньше я часто хвалил её, а теперь хвалят меня.
— Вы так хорошо делаете комплименты. У кого-то научились?
— Я научилась у одного близкого хубэ. Он очень хорошо умел хвалить. Благодаря ему моя самооценка сильно выросла.
Мы так хорошо понимаем друг друга.
Не зря я целый семестр усердно помогал Никите.
— Только не забывай об этом.
Никита легонько толкнула меня в плечо, словно запечатлевая свои слова.
— Что я тоже помогу тебе вернуть твои чувства. Так же, как хубэ-ним вернул мне мою жизнь.
В груди что-то затрепетало.
— Так что скорее догоняй её.
Никита заметила моё нетерпение догнать Серон и подтолкнула меня.
— Никита, не волнуйтесь. Я не собираюсь умирать, пока не окончу академию.
— Раз хубэ-ним смог выбраться с 9-го этажа Дворца Магии, я верю. Но всё же…
Никита молча смотрела на то место, где исчезла Серон.
— Я уступаю только до конца этого года. Потом — всё.
Что это ещё значит?
Никита, не собираясь ничего объяснять, лишь загадочно улыбнулась.
— На этот раз действительно увидимся в следующем году.
Никита помахала мне рукой.
На её лице было написано разочарование, но я не мог больше оставлять Серон одну.
— Да, увидимся в следующем году.
Попрощавшись с Никитой, я бросился догонять Серон.
Выйдя на улицу, я увидел спешащих людей.
Но Серон среди них не было.
— Простите, вы не видели рыжеволосую девушку?
Я шёл, расспрашивая прохожих, как вдруг с неба начали падать первые капли дождя.
Ш-ш-ш-ш…
И вскоре дождь хлынул как из ведра.
Только что было солнечно, и тут в такой момент дождь. Неужели у небес на меня зуб?
Я ещё быстрее зашагал в поисках Серон.
Пробежав ещё немного, я увидел, как люди прячутся от дождя.
И посреди улицы я заметил одиноко стоящую девушку.
Её тщательно уложенные рыжие волосы намокли и поникли.
Одежда тоже промокла, и осенняя погода отбирала у неё тепло.
— Серон!
Стоило мне позвать её, как она вздрогнула и обернулась.
Затем она смутилась и прикрыла лицо.
Наверное, потому что от дождя потёк макияж.
— Зачем, зачем ты пришёл!
От её крика я остановился.
— Как это зачем? Я ведь сегодня пришёл на свидание с тобой.
Сегодня я вышел ради свидания с Серон.
Другой цели не было.
Серон тоже это знает.
Поэтому она, должно быть, знала, что я приду за ней.
Но Серон не могла встретиться со мной взглядом.
Дождь полил ещё сильнее.
— Серон.
— …
Услышав моё обращение, плечи Серон снова дрогнули.
Она крепко прикусила губу и низко опустила голову.
— Никита-сонбэ… Никита-сонбэ ведь нравилась тебе, картофельный принц.
Как я и думал, Серон переживала из-за прошлого.
— Ты ведь снова встретился с ней. Значит, я тебе больше не нужна.
Сегодня её самооценка была особенно низкой.
Может, из-за утренней стычки с Шарин?
Нет.
У Серон всегда была низкая самооценка.
Многочисленные несчастья, обрушивавшиеся на неё, жестоко мучили Серон, и неудивительно, что её самооценка падала.
Её язвительное поведение по отношению к другим было лишь проявлением этой низкой самооценки.
Она нападала первой, прежде чем её успеют унизить, чтобы защитить свою хрупкую самооценку.
И сегодня эта низкая самооценка достигла своего пика.
Человек, который нравился тому, кто нравится ей.
Появление Никиты довело низкую самооценку Серон до предела.
И в итоге она отступила.
Она знала, что отступить менее болезненно, чем сражаться.
Тело Серон мелко дрожало.
Не от холода.
Она дрожала от страха услышать мои слова.
Даже брошенный на улице щенок не выглядел бы так жалко.
— Верно.
Услышав мой ответ, лицо Серон рухнуло.
Викамон любил Никиту.
Это неоспоримый факт.
Последствия этого могут ощущаться и сейчас.
Я действительно относился к Никите лучше, чем к другим.
Но это было лишь фактом из прошлого.
— Серон, я ведь тебе уже говорил.
Я как-то дал Серон одно обещание.
— Помочь мне однажды вернуть мои чувства.
В тот день, когда я окончу академию «Зерион».
Я просил Серон помочь мне вернуть чувства, утраченные из-за Покрова Забвения.
— Это обещание больше не в силе?
Серон замерла.
Её взгляд медленно поднялся ко мне.
Серон посмотрела мне в лицо.
Я и сам не знаю, какое у меня было выражение.
Но глаза Серон определённо жалобно дрожали.
— Конечно, в силе!
— крикнула Серон.
Даже дрожа всем телом, она сдерживала эмоции и продолжала говорить.
— Это наше с тобой обещание. Я обязательно помогу тебе их вернуть.
Это были искренние слова Серон.
— Серон, я попросил об этом именно тебя.
Я видел, как её алые глаза широко распахнулись.
— Не кого-то другого, а тебя.
Я попросил об этом не кого-то другого, а именно Серон.
Как я уже говорил, если кто-то меня полюбит, я отвечу на это со всей серьёзностью.
Будет ли в конце отказ или согласие, я не знаю, но я считаю это проявлением уважения к чувствам другого человека.
Сейчас, потеряв способность любить, я могу сделать только это.
Прямо и честно сказать то, что я думаю.
Чтобы, когда я верну любовь, она смогла понять мой ответ лучше всех.
Это было лучшее, что я мог сделать.
По щекам Серон покатились слёзы.
Были ли это действительно слёзы или капли дождя, я не знал.
— …Знаешь, я думала, что для меня рядом с тобой, картофельный принц, может не найтись места.
Люди, окружающие меня, обладают ослепительными талантами.
Серон в последнее время отчаянно старается, но в мире существует такое понятие, как талант.
Преодолеть разрыв в талантах — непростая задача.
Я знаю это лучше, чем кто-либо другой.
Ведь я и сам всего лишь третьесортный злодей, Викамон Нифльхейм, у которого из талантов разве что выносливость.
Тяжело угнаться за гениями.
Даже я едва успеваю, используя все возможные удачные стечения обстоятельств и изнуряя своё тело.
Для Серон, у которой, в отличие от меня, не было никаких предварительных знаний, это было гораздо сложнее.
— Все такие ослепительные, красивые и крутые… Я думала, что в твоих глазах я ничего не стою.
Ценность человека определяется не этим.
Серон очень меня утешала.
Хоть мы и постоянно шутили и препирались, эти мелочи были для меня важны.
— Но теперь это всё неважно.
Серон покачала головой и посмотрела на меня.
В её глазах читалась твёрдая решимость.
— Картофельный принц, ты мне нравишься. Я от тебя без ума.
Она сделала искреннее признание.
— Поэтому, если для меня нет места, я его создам. Если другие ослепительны, я буду ещё ослепительнее.
Серон подошла ко мне.
— Ты единственный, кого я так жажду.
Дождь утихал.
— Сегодня мой самый удачный день.
Серон протянула мне руку.
— И тот день тоже был для меня самым удачным.
Я взял её протянутую руку.
— Н-не хотите ли потанцевать?
Раньше под лунным светом, а сегодня, когда прекратился дождь, под самым ярким солнцем.
Серон пригласила меня на танец.
— С удовольствием.
Пустая из-за внезапного дождя улица.
Мы так и двигались в объятиях друг друга.
Вальс в промокшей насквозь одежде, без роскошного зала и яркого освещения.
Но она, улыбающаяся под лучами солнца, пробивающимися сквозь облака…
Была, несомненно, ослепительнее всех на свете.
Комментарии