После этого я обошёл ещё нескольких человек.
Если на 8-м этаже будет двигаться группа из более чем пяти человек, высока вероятность попасться на глаза Апостолу.
Поэтому до 7-го этажа мы могли идти большим составом, но дальше нас должно было остаться ровно пятеро.
Для этого требовалось правильно сформировать команду.
'Велика вероятность встретить и другие академии, начиная с 5-го этажа'.
Я примерно представлял, как они будут действовать.
В конце концов, в любой академии ключевые фигуры, прорывающие Дворец Магии, — это небольшая группа.
Так я потратил целый день на сбор людей.
Я предупредил, что если кто-то не хочет идти по личным причинам, то может отказаться.
— Сонбэ, вы меня слишком недооцениваете.
— Конечно, я иду с вами!
Все, кого я спросил, без исключения согласились пойти во Дворец Магии.
Чувство долга, заставляющее защищать мир от Дворца Магии.
Именно с таким чувством долга они и поступали в академию Зерион.
Среди студентов академии Зерион не нашлось бы никого, кто отказался бы от этого предложения.
— Я пойду.
Наконец, Несломленное Синее Пламя, Ив, также сообщила, что пойдёт с нами.
В этой критической ситуации, когда Апостол мог совершить свой скачок, чувствовалась её решимость остановить его во что бы то ни стало.
Это было так в духе Ив.
— Спасибо. Теперь о переднем крае можно не беспокоиться.
— Ханон Айрей.
Когда я поблагодарил Ив, она назвала моё имя.
Я с удивлением посмотрел на неё, а она, оглядевшись по сторонам, заговорила:
— Я хочу поговорить о третьей принцессе.
Услышав эти слова, я тут же остановился.
К счастью, вокруг никого не было.
Изабель и Шарин не стали мешать мне в наборе команды.
Беспокоило только то, что они жили в одной комнате, но сомневаюсь, что они станут ссориться и там.
— В чём дело?
— Когда я в последний раз помогала ей, размер её кошмара резко увеличился.
Я слегка нахмурился.
Мы с Ив до сих пор постоянно контролировали кошмар Айрис.
И благодаря этому контролю её состояние значительно улучшилось.
Но стоило мне отлучиться, как кошмар Айрис снова разросся.
В какой-то степени я этого ожидал.
Ведь Чхонхегон вместе со Злым Духом наверняка начал всерьёз готовить свой план.
Однако, судя по реакции Ив, размер кошмара был больше, чем я предполагал.
— Даже Меч Белого Сна не смог его подавить?
— …Меч Белого Сна сломался.
— Что?
На моём лице отразилось смятение.
Я никак не ожидал, что Меч Белого Сна может сломаться.
— Я проверила, когда сегодня вернулась в общежитие. Он был весь в трещинах и развалился.
Меч Белого Сна хранился у Ив.
Меч Белого Сна, очищающий кошмары.
Кошмар Айрис усугубился настолько, что даже он не выдержал.
У меня потемнело в глазах.
Что-то случилось, но было ясно, что с Айрис произошло нечто ещё.
'Айрис должна была вернуться сегодня вечером'.
Я слышал это непосредственно от Хании.
Значит, сегодня я смогу с ней встретиться.
— Спасибо. Я пойду в общежитие, чтобы увидеться с госпожой Айрис.
Нужно встретиться и поговорить с ней лично.
Я уже собирался уходить с этой мыслью, как вдруг…
— Ханон Айрей.
Ив снова окликнула меня.
— У меня очень нехорошее предчувствие. Будь осторожен.
— Я запомню. Ив, можно одолжить твой облик, чтобы войти?
— Валяй.
Интуиции героини побочной истории можно доверять.
Приняв к сведению слова Ив, я немедленно направился к женскому общежитию.
Вскоре показалось здание.
Я видел, как девушки собрались группами и о чём-то болтали.
— Говорят, госпожа Айрис только что вернулась.
— Она в последнее время выглядит очень уставшей, да?
— Она же встречалась с его превосходительством Чхонхегоном. Наверняка говорили о делах.
До меня доносились обрывки девичьих разговоров.
Как я и предполагал, Айрис только что вернулась.
Хоть я и бывал в женском общежитии уже не раз, врываться туда без спроса было нельзя.
Поэтому с помощью Покрова Забвения я принял облик Ив.
Хорошо, что я заранее предупредил её.
Не вызвав никаких подозрений у девушек, я благополучно вошёл в женское общежитие.
Вот и знакомый коридор, а через мгновение показалась комната Айрис.
Подойдя к двери, я поднял руку.
И дважды постучал.
Ответа сразу не последовало.
Обычно ответила бы Хания, но, похоже, её сейчас не было на месте.
— Госпожа Айрис, это Ханон.
Поэтому я вместо этого тихо назвал своё имя.
К счастью, коридор был пуст, так что никто не мог услышать.
— …Входи.
Через мгновение изнутри донёсся голос, разрешающий войти.
Я осторожно открыл дверь, и в комнату хлынул лунный свет.
Айрис отрешённо сидела в его лучах.
Её длинные, чёрные как смоль волосы бросались в глаза.
Проглядывавшие сквозь них рубиновые глаза, полные уныния, сияли так обольстительно, что напоминали о вампирах.
Айрис, чьё врождённое очарование было усилено силой Злого Духа, была настолько прекрасна, что можно было потерять рассудок.
— Госпожа Айрис.
— Ханон, давно не виделись.
В уголках глаз Айрис виднелись тени.
Она выглядела гораздо более измученной, чем я думал.
'Она такая же, как в день нашей первой встречи'.
Состояние Айрис ухудшилось до такой степени.
Все наши усилия в один миг пошли прахом.
Это было ужасно.
Теперь я понял, почему Ив так говорила.
— Вы в порядке?
— В порядке?
Айрис прикрыла рот длинными бледными пальцами и усмехнулась.
А затем медленно повернулась ко мне.
— Ханон, нет.
Айрис поправила саму себя.
— Кто ты?
Услышав эти слова, я застыл на месте.
Мои зрачки впервые дико задрожали.
Я и подумать не мог, что Айрис раскроет меня именно в этот момент.
— Тебе нравилось издеваться над моим кузеном, притворяясь им? — переспросила Айрис.
Я думал, что однажды меня раскроют.
Но это должно было случиться только после того, как её кошмар будет полностью устранён.
Я считал, что тогда раскрытие моей личности не будет иметь значения.
'Нет'.
Это было лишь откладыванием на потом проблемы, которая рано или поздно должна была случиться.
Я, как и сказала Айрис, обманывал её.
Чтобы избавить её от кошмара, я играл на её семейных чувствах ко мне.
— Я ходила к настоящему Ханону.
Настоящий Ханон.
Услышав это, я замер.
— Обычно он приходил по первому моему зову, но в последнее время он постоянно увиливал, и это показалось мне странным. Я хотела спросить, не случилось ли чего.
Айрис крепко сжала плед, накинутый на плечи.
— И я отнеслась к нему как обычно. Ведь ты всегда делился со мной своим теплом, когда мне было тяжело. Я тоже хотела отдать ему своё тепло.
В глазах Айрис отчётливо отразились события того дня.
— И меня отвергли. Поразительно холодно.
Настоящий Ханон не любит Айрис.
Ханон — один из тех, чью жизнь отнял Чхонхегон.
Тот, кто противостоял Чхонхегону, когда тот принёс в жертву его мать, и в итоге был скован запретом.
Таким был Ханон Айрей.
Кем же для такого Ханона была Айрис?
Естественно, он не мог радоваться Айрис, наделённой силой Злого Духа.
Не просто не радовался — он, должно быть, презирал её.
В тот день, когда Айрис подошла к Ханону, она увидела, как он безжалостно оттолкнул её, выказав своё презрение.
Это была рефлекторная реакция.
Увидев это, Айрис, должно быть, поняла.
Что кузен, стоящий перед ней, — это точно не тот человек, которого она знала.
В глазах Айрис мелькнуло смятение.
Юноша, который единственный вернул ей семейное тепло.
Естественная реакция на то, что этот юноша отверг её.
— …Я на мгновение обрадовалась, подумав, что у меня появился настоящий брат.
У меня перехватило дыхание.
Отец был императором и не мог дать ей той любви, которой она желала.
Мать в детстве страдала от болезни кошмаров и в конце концов умерла, так и не выбравшись из них.
Айрис всегда была одна.
Окружающие относились к ней как к высокопоставленной особе, и никто не дарил ей семейного тепла.
Дни, когда её заставляли быть императрицей и называли «последней злодейкой».
Ничего из этого Айрис не желала.
И вот однажды.
Перед ней появился юноша.
Юноша с таким же цветом волос и глаз, связанный с ней кровными узами.
Хоть и двоюродный брат, но единственный член семьи, который был готов сделать для неё всё.
Айрис постепенно начала на меня полагаться.
Она, жаждавшая семейного тепла, однажды спросила меня.
Ради чего я ей помогаю.
На это я ответил, что помогаю ради себя.
Я думал, что её стремление к семейному теплу с моей стороны может стать опасным в будущем.
Но было уже поздно что-то менять.
— А потом я встретилась с дедушкой по материнской линии и услышала о своём кузене.
Кошмар Айрис стал ещё гуще.
Я отчётливо чувствовал исходящую от неё ауру кошмара.
— О том, как мой кузен ко мне относится. И что означал тот взгляд, который он бросил на меня в тот день.
Жажда семейного тепла у Айрис давно стала очень сильной.
И когда она выплеснулась через меня, пути назад уже не было.
— В этом мире не было никого, кто считал бы меня семьёй.
Подсознательно я знал этот факт.
Я просто игнорировал его под предлогом того, что должен избавить Айрис от кошмара.
Возможно, в глубине души я лелеял слабую надежду, что Айрис оценит мои старания.
Как и в случае с Ханией, всё, что я делал для Айрис, было искренним.
Похоже, я предавался счастливым фантазиям о том, что она это поймёт и примет меня.
— С самого начала все только и думали, как бы меня использовать.
Однако я понял, насколько высокомерной была эта мысль.
Айрис нужно было не избавление от кошмара.
Она хотела семейного тепла.
Человека, которого она могла бы по-настоящему считать семьёй.
Айрис хотела только этого.
Я предал это желание Айрис.
— Говори.
Айрис поднялась со стула.
Из-под пледа показалось её хрупкое тело.
Признак того, что она всё это время плохо питалась.
— Ради чего ты был рядом со мной?
Исходящее от Айрис давление сковало меня.
Комната окрасилась в чёрный цвет её кошмара.
Это была настолько сильная жажда убийства, что даже у меня перехватило дыхание.
Если бы не Покров Забвения, лишивший меня страха, я бы не выдержал.
Красные глаза Айрис яростно сверкнули.
— Чего ты хотел добиться, помогая мне, раз уж так меня использовал?
Она с тоской взывала ко мне.
Айрис уже подошла ко мне вплотную.
Вскоре её голова опустилась мне на грудь.
— Ради чего, почему…
Плечи Айрис задрожали.
Она рыдала от горя, слёзы катились из её глаз.
— Почему.
Жажда убийства, которую она источала, была направлена не на меня.
Это была лишь обида на этот жестокий мир, который только и делал, что использовал её.
— Почему…
Жизнь, в которой ей с самого рождения было суждено быть использованной Чхонхегоном.
Реальность, в которой даже единственный член семьи, встреченный в этой жизни, оказался подделкой.
Столкнувшись с этой реальностью, Айрис плакала как ребёнок.
Кошмар поглощал её.
Я чувствовал, даже не видя, как шкала кошмара бешено скачет и колеблется.
Чёрный кошмар бушевал.
Кошмар плохой концовки разевал свою пасть.
Там была лишь непроглядная тьма.
Что я должен сказать в ответ на это?
Я не мог ничего сказать.
Ведь для неё я был преступником, который её обманул.
Но должен ли я стоять сложа руки?
'Нет'.
Я крепко сжал кулаки.
Если я сейчас оставлю Айрис, всё станет ещё более необратимым.
Кошмар зависит от её душевного состояния.
В таком состоянии Айрис непременно будет поглощена кошмаром.
— Госпожа Айрис.
Мои глаза наполнились силой.
— Не говорите как ребёнок.
В такой ситуации лучше надавить.
Комментарии