— Твоя очере… — Сян Тянью попытался огрызнуться, занося топор над головой для одиннадцатого удара.
Ян Дин применил Форму размашистого меча, нанося серию молниеносных колющих ударов по кистям противника, сжимавшим рукоять.
Суть этой формы заключалась в высокочастотных выпадах острием – в идеале меч должен рассыпаться мириадами искр, ослепляя врага в атаке и создавая непроницаемую стену в обороне.
Сян Тянью хотел было отступить, но не успел: либо лишиться пальцев, либо бросать оружие.
Лязг!
Боевой топор рухнул на землю.
Сян Тянью среагировал быстро, нырнув вниз, чтобы поднять его.
Но Ян Дин оказался быстрее.
Плашмя меч с силой обрушился на затылок Тянью, впечатывая того лицом в землю.
Ян Дин сдержал мощь удара на уровне начальной стадии первого ранга, но даже восемьсот цзиней силы заставили Сян Тянью «хлебнуть лиха».
Тот закатался по земле, завывая от боли и выкрикивая ругательства.
Резко, словно выброшенная на берег рыба, он попытался вскочить для контратаки, но тут же получил еще один удар мечом по макушке, который вернул его в горизонтальное положение.
— А-а, ты, мать твою…
Он съежился на земле, закрывая голову руками и лишь исподлобья зыркая на противника. Зрелище было жалкое – вылитая старая черепаха в панцире.
— Достаточно! Остановись! — Прокричал куратор. — Ян Дин победил!
— Хорошо, куратор.
Ян Дин ответил, не сводя глаз с Сян Тянью.
Даже в тренировочном бою он не собирался подставляться под чужое коварство.
Будь это схватка не на жизнь, а на смерть, Сян Тянью уже получил бы десяток колотых ран и превратился бы в кровавое месиво.
Ян Дин твердо решил стать самым опасным игроком в этой империи.
И действительно: Сян Тянью не сдался. Он попытался откатиться в сторону, надеясь разорвать дистанцию и вскочить на ноги.
Стоило ему начать подниматься, как меч Ян Дина снова опустился сверху.
Сян Тянью пришлось катиться дальше. Ян Дин преследовал его по пятам, нанося удар за ударом, словно дрессировщик, измывающийся над обезьяной.
Как бы тот ни вертелся, Ян Дин следовал за ним как тень.
В какой-то момент пятый удар пришелся прямо по лицу Тянью – кровь из носа брызнула на плитку.
После пятого раза Сян Тянью окончательно «поплыл» и перестал сопротивляться.
— Куратор же сказал остановиться! — Прохрипел он. — Какого хрена ты продолжаешь?!
— А ты хотел исподтишка напасть, — парировал Ян Дин. — Мне что, стоять и ждать?
Стиль боя Ян Дина был не столько калечащим, сколько запредельно унизительным.
Зрители стояли как вкопанные. «Вот он, законный муж, воспитанный гениальной девчонкой!», – читалось в их глазах.
Уделать настоящего пробужденного с такой легкостью…
Мао Цзянь с гордостью ткнул пальцем в сторону победителя, обращаясь к Хуан Бинбин:
— Это мой лучший бро!
— Хм, ну бро и бро, тебе-то что? — Хмыкнула та. — У него жена красавица, а у тебя что?
— Скоро выйдет финал за первое место, он за меня отомстит! Размажет тебя по плацу, змея подколодная!
Хуан Бинбин проигнорировала выпад. Она не сводила глаз с Ян Дина, и в её взгляде читался неподдельный интерес.
— А твой дружок-то с огоньком…
Пришедший в себя инструктор по ближнему бою подбежал и схватил Ян Дина за руку.
— Хватит! Его тетка – инспектор по дисциплине, она покруче твоей жены будет. Полегче на поворотах.
Куратор тоже пребывал в смятении. Боевой задор Ян Дина и Тянью ему импонировал – без такой искры настоящим мастером не стать.
Но пугало его то, что у обоих за спиной стояли «крыши», и если на его уроке с кем-то что-то случится, отвечать придется головой.
Он достал три мясных талона и спросил:
— Хуан Бинбин, ты будешь драться?
Прежде чем она успела ответить, Ян Дин усмехнулся:
— Она за одну пилюлю с людей по полторы тысячи трясет. Неужели думаете, что она упустит такие талоны?
Хуан Бинбин игриво подмигнула ему:
— Что, хочешь отомстить за своего дружка?
Ян Дин кивнул:
— Именно. Талоны можешь забирать, но с условием: дай нам разок приложить тебя копьем.
— Ой, ну я же девочка, а ты – мужчина.
— А я как раз люблю бить девочек.
Бинбин кокетливо рассмеялась:
— И как это ты, такой дерзкий, в альфонсы-то подался? У тебя хоть «копье» – то есть?
Парни в классе, поголовно люди женатые, мгновенно считали подтекст и разразились хохотом.
Но при этом многие прониклись уважением к Ян Дину за то, что тот заступился за друга. На него стали смотреть совсем иначе.
— Ну и стерва же ты, — бросил Ян Дин.
Куратор окончательно вышел из себя:
— Хватит! Кончайте этот флирт! Я и инструктор вообще-то здесь стоим!
Хуан Бинбин убрала свои короткие копья:
— Куратор, мне не нужны эти талоны.
Куратор с облегчением выдохнул. Он видел: эта девица тоже не из простых.
— Хорошо. Официально объявляю: победителем сегодняшнего теста становится Ян Дин! Награда – три талона в столовую ранга «Цзя». Аплодисменты!
Раздались бурные овации.
Студенты невольно восхищались: обычный человек, без пробуждения, демонстрирует такой темп роста. Значит, если они поднажмут, у них тоже есть шанс.
Сян Тянью поднялся с земли. В голове всё еще гудело, а лицо распухло, как свиное рыло.
Все эти аплодисменты должны были принадлежать ему.
Заметив, что куратор и инструктор делают пометки в оценочном листе, он подошел и спросил:
— Куратор, разве это не случайный спарринг? Зачем записи?
— Спарринг случайный, но отчет в школу я подать обязан. Иначе с чего бы я из своего кармана три талона доставал? Они пять тысяч стоят, между прочим.
— И на что влияет этот отчет?
— Когда полезем в пещеры, понадобится командир отряда. Шесть тысяч человек в классах «Цзи» и «Дин» – кто-то должен ими руководить.
— Командир? Вы раньше об этом не говорили!
— Изначально мы с инструктором прочили на это место тебя. Но теперь расклад изменился.
Куратор «сыпал соль на рану», чем окончательно вывел Тянью из себя.
— А какие привилегии у командира? — Подал голос Мао Цзянь.
— За успешное выполнение миссии командир может получить досрочный перевод в класс ранга «И».
Услышав это, Сян Тянью заскрежетал зубами и, ткнув пальцем в сторону Ян Дина, проорал:
— Сегодня я просто расслабился! На следующей неделе я не проиграю! Командиром класса Б-2 буду я!
— Командиром можешь быть кем угодно, но против меня ты больше никогда не выиграешь, — отозвался Ян Дин, в котором больше не осталось и следа от той «трусливой овечки» с прошлого экзамена.
— Посмотрим!
Ян Дин протянул один талон Хуан Бинбин:
— Теперь вы с моим братом в расчете.
Та взяла талон и игриво приобняла его за руку:
— Брат Дин, ты такой крутой! Может, сделаешь меня своей сестренкой?
Ян Дин грубо стряхнул её руку:
— Терпеть не могу шлюховатых.
Мао Цзянь был тронут до глубины души. Рыночная цена талона переваливала за тысячу – не дешевле той злосчастной пилюли.
— Ян, ну ты даешь… Если я когда-нибудь поднимусь, я тебя никогда не забуду!
— Я просто не вынесу, если тебя опять мать будет костерить как пса смердящего.
От этих слов Мао Цзянь расчувствовался еще больше.
Только что он переживал не из-за разбитой головы, а из-за того, что придется просить у матери денег и выслушивать проклятья.
Он не хотел быть «маминым сынком», но как бы ни старался, у него ничего не выходило, и приходилось зависеть от её подачек.
— Ты мне теперь как родной брат. Только ты меня понимаешь.
Инструктор по ближнему бою принялся разбирать ошибки студентов, допущенные в схватках.
А куратор отправился с оценочным листом к главе группы.
В офисе как раз бездельничали Е Жоу и Фан Цзин, обсуждая планы на обед.
— Поздравляю, инструктор Е, — мимоходом бросил вошедший куратор.
Е Жоу, решив, что он прознал о её беременности, невольно глянула на свой живот:
— Неужели уже заметно?
Куратор опешил:
— Я про то, что твой муж занял первое место в сегодняшнем тесте. У парня большое будущее.
— Быть не может! — В один голос воскликнули Е Жоу и Фан Цзин.
Комментарии