В этот момент Лу Сюнь уже в тысячный раз мысленно проклинал эту чертову игру.
Обещали же мгновенный уровень по одному клику, так зачем же добавлять пытки?
Поначалу было даже приятно: тепло, влажно, уютно и сытно.
Но ближе к концу появилось чувство, будто его тело вот—вот взорвется!
Не влезало!
К счастью, когда напряжение достигло критической точки, в сердце меча наконец—то сконденсировался маленький клинок.
Лу Сюнь прислушался к ощущениям внутри себя и испытал некоторое разочарование.
В конце концов, раньше он орудовал внушительной дубиной, так что роскошный длинный меч он бы еще принял. Но что это за световая зубочистка в сердце меча? Тонкая, короткая, словно игла.
«Действительно, терпение и труд все перетрут – даже железный пестик в иголку», – подумал Лу Сюнь.
«Значит… суть искусства взращивания меча в том, чтобы выносить в своем сердце меча маленький клинок? Любопытно». — Лу Сюнь пока не осознавал, насколько сильно он сузил свой Путь.
Хотя его запас опыта сократился с более чем десяти тысяч до скромных 650 единиц, он ничуть не жалел.
Навык Оранжевого Ранга! Верховная техника Континента Тяньчэнь!
Пусть пока неясно, в чем именно сила этого искусства взращивания меча, но оно определенно должно быть невероятно крутым.
Надо будет расспросить маленькую лоли и вторую старшую сестру, чтобы поскорее привыкнуть к этому клинку внутри.
Лу Сюнь глубоко выдохнул, напряженное тело расслабилось, и он медленно открыл глаза.
Обычно в романах пишут что—то вроде: «в его глазах мелькнул холодный блеск, подобный острому мечу», но ничего такого не произошло.
Если не считать чрезмерной красоты, он выглядел вполне обычно, почти так же, как и до этого.
Мао Наньбэй тут же подскочила к Лу Сюню. Две маленькие ручки начали быстро ощупывать его с ног до головы, после чего она с тревогой и заботой спросила:
— Младший брат—ученик, чувствуешь что—нибудь не то?
Она действительно испугалась. Учитель еще не вернулся в орден, а она из—за своей халатности уже сломала младшего брата—ученика. Вот уж грех на душу!
К тому же младший брат—ученик так вкусно готовит, я не могу его потерять!
Лу Сюнь встретил взгляд Мао Наньбэй и покачал головой:
— Нет, а что—то не так, четвертая старшая сестра?
— Вот и хорошо, вот и славно! Ты и правда везучий! — Она с облегчением выдохнула и похлопала Лу Сюня по плечу.
Закончив осмотр, она добавила так, словно у нее гора с плеч свалилась:
— Младший брат—ученик, ты сейчас опрометчиво начал культивацию и, должно быть, потерпел неудачу? Хорошо еще, что не получил откат!
— Я же тебе говорила: искусство взращивания меча – это высшая техника, требующая медленного постижения. Пока ты полностью не поймешь суть, ни в коем случае не тренируйся, иначе быть беде!
Она указала на два золотых бубенчика на своем запястье:
— И смотри, у тебя ведь нет подобного «духовного артефакта», связанного с жизнью. Даже если будешь тренироваться, никакого результата не добьешься.
Сначала Лу Сюнь слушал спокойно, но чем дальше, тем больше чувствовал неладное.
Связанный с жизнью артефакт?
Значит, мне нужен подходящий меч?
В голове у него все смешалось. Он подобрал слова и произнес:
— Четвертая старшая сестра, мне показалось, что у меня получилось, но послушав тебя… кажется, я все—таки провалился.
Конец. Неужели десять с лишним тысяч опыта улетели в трубу?
Но система же пометила навык как доступный для улучшения!
Чертова система! Принудительное обновление, серьезно?
\*\*\*
Очевидно, что Мао Наньбэй вся, от макушки до пят, излучала ауру ненадежности, поэтому она схватила Лу Сюня и потащила его в малую бамбуковую рощу.
В роще, сидя на огромном камне, вторая старшая сестра слушала рассказ Мао Наньбэй и Лу Сюня, и ее лицо вновь стало серьезным.
И она, и Мао Наньбэй в глубине души отказывались в это верить.
Вторая старшая сестра тоже практиковала искусство взращивания меча, а Мао Наньбэй использовала клинок, поэтому ее техника считалась Искусством Взращивания Клинка.
Обе прекрасно знали, что войти в эти врата непросто, как и постичь суть техник.
Но Лу Сюнь действительно практиковал искусство взращивания меча, это факт. Вот только… похоже, он свернул куда—то не туда!
Теперь предстояло выяснить, насколько сильно он отклонился от курса и можно ли это исправить.
Вторая старшая сестра легко взмахнула широким рукавом даосского халата. Лу Сюня подхватил поток воздуха, и он завис перед ней в позе лотоса.
Раньше он видел в основном спину второй старшей сестры, изредка – профиль. Теперь же он впервые оказался лицом к лицу с ней, да еще так близко.
Как бы сказать… лицо второй старшей сестры полностью соответствовало тому ощущению, которое исходило от нее самой, – худоба.
Это не была некрасивая болезненная худоба. Напротив, вторая старшая сестра производила уникальное впечатление, напоминая зимнюю сливу на снегу.
Ее брови были тонкими, губы – тоже, лицо узкое. Казалось, это предел: будь брови еще тоньше, губы уже, а лицо худее – красота исчезла бы. Но сейчас все было идеально сбалансировано.
И все же Лу Сюню казалось, что вторая старшая сестра слишком худая. Если бы щеки были хоть на капельку округлее, она стала бы еще прекраснее.
Сама ее внешность и аура создавали дистанцию, от нее веяло холодом, но Лу Сюнь смог разглядеть в ее глазах искры заботы.
Заметив, что Лу Сюнь ее разглядывает, она, слегка заикаясь, произнесла:
— З—закрой… закрой глаза, у—успокой… успокой ум!
Вторая старшая сестра выглядела слегка раздраженной.
Лу Сюнь послушно закрыл глаза и успокоил мысли.
Божественное Сознание второй старшей сестры начало исследовать его состояние. В теле Лу Сюня не обнаружилось никаких странностей.
Однако сердце меча находится рядом с Морем Ци, а Море Ци – самое таинственное место практика. Даже обладатели высокой культивации не могут свободно осматривать чужие Моря Ци. Скрытое за ним сердце меча тоже было трудно прощупать Божественным Сознанием.
Раз с телом и уровнем сил все в порядке, нужно выяснить, какие изменения произошли с сердцем меча Лу Сюня.
Поскольку Божественное Сознание не могло проникнуть внутрь, вторая старшая сестра достала свой меч – ту самую деревянную заколку, что была у нее в волосах!
Правой рукой она сделала жест в воздухе, и деревянная заколка подлетела, зависнув между ней и Лу Сюнем, превращаясь в деревянный меч.
Когда заколка покинула прическу, длинные волосы второй старшей сестры рассыпались по плечам, развеваясь на ветру, что придало ее холодному лицу немного мягкости и женственности.
Жаль, что Лу Сюнь сидел с закрытыми глазами и не мог этого видеть.
Ее белые длинные пальцы сложили меч—мантру, и деревянный меч издал тихий звон.
Очевидно, этот клинок обладал немалой духовностью.
И в этот самый момент маленький меч внутри сердца меча Лу Сюня тоже завибрировал, словно приняв вызов!
«Сокрытие меча в сердце?» – подумала вторая старшая сестра.
Она была почти уверена: Лу Сюнь действительно освоил искусство взращивания меча и даже вошел в начальную стадию.
Просто у него не было связанного с жизнью меча, поэтому возникли отклонения.
Вот только по логике… такого результата быть не должно.
Разве можно использовать человеческое тело для закалки меча?
Разве что… младший брат—ученик действительно обладает той легендарной конституцией!
Ранее, едва взглянув на половину энергии меча на пике Принятия, он тут же сконденсировал сердце меча. И Шэнь Янь, и вторая старшая сестра уже тогда начали подозревать нечто подобное.
А теперь, когда он спрятал меч в сердце и взращивает его собственным телом, это практически неопровержимое доказательство!
Вторая старшая сестра не сдержалась и выпалила:
— П—прирожденный… прирожденный меч—зародыш!
Комментарии