В безмолвных горных лесах лишь изредка перекликались птицы.
Солнце медленно поднималось над горизонтом, и, не успел глаз моргнуть, уже стояло в зените.
В каменной пещере Ло Цинчэнь всё ещё отрабатывал «Шаги Наподобие Скалы».
Согнув колени, он замер в оборонительной стойке, сомкнув руки перед грудью – само тело его сделалось твёрдым, как утёс, ни единой дрожи.
Одежда насквозь промокла и прилипла к коже. Мышцы по всему телу непрерывно подёргивались мелкой дрожью – боль перешла в онемение.
Взгляд уже начал расплываться, и чудилось, будто плоть ему больше не принадлежит.
Но он продолжал стоять, стиснув зубы до скрежета.
Лишь когда в глазах вот-вот должно было помутиться, он, обессилев, осел на землю.
— Х-ха…
— Х-ха…
Грудь его тяжело вздымалась, дыхание вырывалось хриплыми толчками – такое чувство, будто он только что заглянул в обитель смерти.
«Шаги Наподобие Скалы» дались с таким трудом… интересно, насколько сложен «Кулак Охватывающей Горы»?
Дрожащими руками он открыл книгу и взглянул на описание другого метода совершенствования – «Кулака Охватывающей Горы».
Немного передохнув, он поднялся и, превозмогая ломоту, начал медленно, удар за ударом, разучивать новое искусство.
Всего лишь после двух повторений по всему телу разлилась острая боль, будто мириады тонких игл одновременно впились в плоть – он зашипел сквозь стиснутые зубы.
Но остановиться не посмел. Стиснув зубы, он начал третий круг.
Он понимал: это закалка плоти.
Мало-помалу движения становились привычными – он уже мог воспроизводить их точно, не заглядывая в книги с рисунками.
Один круг, второй, третий…
Снаружи свет померк – день незаметно перетёк в вечер.
Солнце, ещё недавно стоявшее в вышине, уже клонилось к горизонту.
Ещё один день промелькнул, словно мгновение.
Доведя до конца последний цикл, он наконец потерял силы и рухнул на пол – точь-в-точь рыба, выброшенная на берег, хватая ртом воздух.
Кожа его покраснела, словно обожжённая огнём, всё тело было мокрым – будто его только что вытащили из воды.
Боль не отступала: казалось, мириады муравьёв заползли под кожу и непрерывно грызут его изнутри.
Лишь когда солнце почти село, к нему понемногу вернулись силы.
В этот миг он заметил, что за первой отметкой, обозначающей запас крови, появилась новая строка: «Закалка Плоти: 1/100».
Неужели это ход его совершенствования?
Он только сегодня начал тренировку – значит, сейчас он лишь на начальном этапе, «Закалке Плоти». Число же, видимо, указывает на прогресс: нужно довести его до 100/100, чтобы продвинуться на следующую стадию – «Укрепление Костей»!
Но… результат целого дня изнурительных трудов – всего лишь жалкая единица?
Если так пойдёт дальше, боюсь…
Нет!
Он хлопнул себя по лбу – чуть не забыл о самом главном: «Лекарственной ванне»!
Методы совершенствования Секты Укрощения Демонов не ограничиваются одними лишь тренировками – их необходимо подкреплять целительными ваннами.
Даже его «Учитель» прибегает к ним, а уж он-то, новичок с самым слабым телом, и подавно не может без них обойтись.
Без ванны невозможно даже продвинуться в «Закалке Плоти», не то что достичь «Укрепления Костей».
— В книге сказано: основные ингредиенты для ванн – это кровь и демонические камни…
Он нахмурился.
Крови у него достаточно, а вот демонические камни и прочие составляющие…
— Ах да!
В голове мелькнула внезапная догадка.
Каждый раз после омовения «Учитель» выливал остатки из бочки.
Чжан Дашань рассказывал, что в бочке остаётся немного лекарственной смеси, но она уже почти бесполезна – самую ценную кровь Учитель уже впитал.
Чжану Дашаню, у которого своей крови было в обрез, приходилось всё это выбрасывать, словно мусор.
Все считали оставшееся лишь отходами, непригодными ни к чему.
Но Цинчэнь, который не испытывал недостатка в крови, мог бы попробовать использовать эти отходы заново, чтобы помочь себе в совершенствовании!
При этой мысли он воспрянул духом, тотчас вскочил и направился к выходу из пещеры.
Прошлой ночью его «Учитель» наверняка выкачал всю кровь из Ян Мина. Сегодня он обязательно приготовит лекарственный отвар – иначе кровь пропадёт зря.
А значит, этой же ночью он должен улучить момент.
Только с помощью лекарственной ванны он сможет быстро продвинуться и обрести шанс выжить.
Ему необходимо любой ценой догнать Чжана Дашаня.
Иначе его, возможно, тоже ждет участь – быть ободранным заживо и пущенным на зелья.
Снаружи уже спустилась ночь.
Горный лес погрузился во тьму.
Когда он, волоча усталые ноги, вернулся в центральный зал пещеры, откуда-то из глубины донёсся тот самый знакомый, раздражающий запах отвара!
Сдерживая волнение, он тщательно обдумал, что скажет, и направился внутрь.
В глубине пещеры плясал огонь.
На очаге, сложенном из камней, в большом котле грелась вода.
В углу Тянь Фэн, закрыв глаза, принимал лекарственную ванну в деревянной бочке, доходившей ему до середины груди. Судя по выражению лица, он был весьма доволен.
— Учитель.
Ло Цинчэнь остановился у входа и почтительно произнёс: «Старший брат всё ещё тренируется снаружи. Будут ли какие-нибудь указания?»
Тянь Фэн, не открывая глаз, ответил не сразу. Лишь спустя несколько мгновений спросил: «Вчера только взяли кровь – у тебя сейчас достанет сил для работы?»
Ло Цинчэнь низко опустил голову: «Ученик весь день отдыхал и чувствует себя немного лучше».
Тянь Фэн медленно приоткрыл глаза и внимательно посмотрел на него. Взгляд его, казалось, пытливо ощупывал юношу. Спустя минуту он сказал: «Я и не заметил, что у тебя неплохое тело».
У Ло Цинчэня сжалось сердце. Он поспешно ответил: «Ученик, конечно, не так силён, как старший брат, но всем сердцем желает служить Учителю».
Тянь Фэн снова медленно закрыл глаза: «Хорошее тело – удача. Учитель скоро должен прорваться, возможно, в ближайшие дни потребуется ещё больше крови. В эти дни хорошенько восстанавливайся; если сможешь пережить это время, Учитель возьмёт тебя с собой в Секту».
— Благодарю Учителя!
Ло Цинчэнь тотчас изобразил на лице глубочайшую признательность.
Разумеется, он как можно скорее хотел попасть в Секту Укрощения Демонов – только там могли помочь ему восстановить «Знамя Десяти Душ».
Если время превысит месяц, Знамя, вероятно, разрушится окончательно, а вместе с ним исчезнет и душа его сестры.
Он ни за что этого не допустит!
«Если у тебя есть силы, после того как я закончу омовение, вылей осадок из этой бочки в правый проход».
Тянь Фэн вновь нарушил молчание.
Сердце Ло Цинчэня радостно ёкнуло, и он поспешно, с поклоном, ответил: «Слушаюсь!»
Тянь Фэн больше не проронил ни слова и снова погрузился в омовение.
Время шло медленно, и тревога в душе Ло Цинчэня нарастала с каждой минутой. Если вернётся Чжан Дашань, план может рухнуть.
Наконец Тянь Фэн открыл глаза и выбрался из бочки.
Ло Цинчэнь, сдерживая нетерпение, дождался, когда тот оденется, и только после этого, опустив голову, приблизился, чтобы отодвинуть бочку.
Однако бочка, полная лекарственного раствора, оказалась невероятно тяжёлой.
Изо всех сил он смог сдвинуть её лишь на самую малость и тут же задышал тяжело, прерывисто.
Тянь Фэн сел у костра, лицо его оставалось бесстрастным. Бросив безучастно: «Если не справишься, пусть твой старший брат сделает это, когда вернётся».
— Ученик справится, — тяжело дыша, вымолвил Ло Цинчэнь.
С этими словами он стиснул зубы и снова принялся толкать бочку.
Мышцы ныли нестерпимо, руки и ноги вновь задрожали, но он из последних сил, понемногу, сдвигал её с места.
Он должен выстоять!
Он двигал не просто бочку – он двигал свою жизнь!
Но едва он дотолкал её до входа, снаружи послышались знакомые шаги.
Сердце его упало.
Из темноты вышел Чжан Дашань. Увидев, как Ло с трудом тащит бочку, он на миг опешил, затем быстро прошёл мимо в пещеру и, упав на колени, взволнованно проговорил: «Простите, Учитель! Ученик так увлёкся тренировкой, что забыл о времени».
Тянь Фэн не стал упрекать, лишь спросил: «Как успехи в совершенствовании?»
Чжан Дашань поднял голову, глаза его сияли: «Учитель! Ученик чувствует – прорыв вот-вот настанет! Сегодня боль в мышцах исчезла, я ощущаю небывалую силу. До „Укрепления Костей“ – один шаг!»
Ло Цинчэнь покосился на него.
Тянь Фэн по-прежнему сидел с закрытыми глазами, голос его звучал ровно: «Три с лишним месяца – это считается быстро. С завтрашнего дня усердно тренируйся. Учитель тоже уйдёт в затворничество на несколько дней. Если возникнут дела, поручу твоему младшему брату Ло».
Чжан Дашань поспешно ответил: «Благодарю Учителя! Ученик оправдает ваши надежды!»
Тянь Фэн ничего не ответил.
Чжан Дашань поклонился и вышел. У входа он взглянул на Ло Цинчэня и, слегка улыбнувшись, сказал: «Спасибо, младший брат Ло. Бочка слишком тяжёлая, давай я».
С этими словами он обхватил бочку руками, напряг мышцы, и, к удивлению Ло, с лёгкостью поднял её, направляясь в правый проход.
Зрачки Ло Цинчэня сузились. Он последовал за ним.
— Бум!
Бочка опустилась в углу.
Чжан Дашань взялся за верхний край, готовясь вылить остатки раствора, и, обернувшись с усмешкой, заметил: «Слабовато у тебя тело, брат Ло. Не мешало бы хорошенько отдохнуть».
Когда он наклонил бочку, Ло Цинчэнь поспешно сказал: «Старший брат, не могли бы вы пока не выливать раствор? Я хотел бы использовать его для омовения».
Чжан Дашань удивлённо замер, пристально посмотрел на него, а затем расхохотался: «Младший брат Ло, весь полезный состав Учитель уже впитал. Осталась лишь отрава да отходы из его тела. Ты уверен, что хочешь мыться в этой грязи?»
Ло Цинчэнь кивнул и, вздохнув, ответил: «Я слишком слаб, даже бочку не мог сдвинуть. Боюсь, что в следующий раз, когда Учитель поручит мне дело, я не справлюсь и рассержу его. Поэтому хочу попробовать искупаться в остатках – вдруг это хоть немного укрепит тело».
Чжан Дашань фыркнул, отпустил бочку и бросил с издёвкой: «Брат Ло, эти помои не сделают тебя сильным. Наоборот, твоему ослабленному организму может стать только хуже. Ну, если настаиваешь, дело твоё – не говори потом, что старший брат о тебе не заботится».
Ло Цинчэнь с самым серьёзным видом ответил: «Благодарю, старший брат. Я знаю, вы желаете мне добра, но я всё же хочу попробовать».
Чжан Дашань усмехнулся: «Хорошо, пробуй. Только не забудь потом вылить. Я пойду тренироваться, не буду тебе мешать».
С этими словами он покинул пещеру.
Выждав ещё немного, Ло Цинчэнь разделся и, не в силах больше терпеть, забрался в бочку.
Вода уже остыла. Резкий, насыщенный запах почти выветрился, тёмно-коричневая жидкость стала мутной и бледной.
Очевидно, все полезные вещества были уже почти полностью поглощены.
Ло Цинчэнь закрыл глаза и несколько минут просто сидел неподвижно, позволив воде омывать тело. Затем медленно разжал левый кулак.
В ладони лежал тонкий, острый каменный осколок.
Он уже собрался сделать надрез на запястье и капнуть в воду крови, как вдруг насторожился и, не разжимая пальцев, снова сжал их.
В проходе, крадучись, появился Чжан Дашань. С беззаботным видом он проскользнул ко входу и, улыбнувшись, спросил: «Ну как, брат Ло, каковы ощущения? Вода, поди, остыла? Может, подлить горяченькой?»
Говоря это, он с любезной улыбкой подошёл к бочке и сунул руку в воду.
А когда он касался воды, то тихонько принюхивался – будто к чему-то прислушивался.
Комментарии