На следующее утро, проснувшись, он встретил третий день своего пребывания в роли Владыки Усадьбы.
С растрепанной головой, встав с постели, причесавшись, умывшись, почистив зубы и сходив в туалет, он начал свой самый обычный день.
Сегодня учить было нечему, и он решил на этот раз закончить дела пораньше, чтобы спуститься с горы в полдень.
В конце концов, скоро должен был произойти прорыв, и он хотел ускорить процесс.
Хотя на вилле тоже можно было культивировать, эффективность была слишком низкой: те люди постоянно шумели, галдели, что мешало сосредоточиться.
Человек – такая подлая тварь: раньше, когда было тихо, он скучал, мечтая о гостях и оживлении, чтобы почувствовать жизнь.
А теперь, спустя всего пару дней, ему стало надоедать, и он снова решил, что спокойная жизнь – это лучшее.
Однако вскоре Нин обнаружил, что кое-что не так.
【Сегодняшняя удача: 485】
？
Почему сегодня убавилось пятнадцать единиц удачи?
Что, должно случиться что-то плохое?
Нин нахмурился.
Если судить по его прежним 15 единицам удачи, не значит ли это, что он вот-вот умрет?
Нин внимательно пригляделся, и вдруг подсказка у него над головой снова изменилась.
【Удача – 1】
？
И снова убавилось!
Просто какая-то чертовщина.
Нин обмозговал ситуацию:
— Это длительный процесс, минус единица в час?
Эта убывающая удача, возможно, является предупреждением.
Какая-то опасность приближается к нему, или же к вилле?
Он не стал слишком паниковать, а доел завтрак и решил отправиться на виллу.
На его взгляд, кризисов, с которыми ему предстояло столкнуться, было немного.
1. Речные демоны.
Наловил слишком много речных демонов, и теперь они пришли сводить счеты?
Звучит вполне логично.
Каждый день он брал Нин Цзяоцзяо в места их сбора, где она танцевала, кокетничала и пела, уводя у них столько добрых молодцев!
Прошло несколько лет, и если они разгневались только сейчас, значит, они народ терпеливый!
Но что мог поделать Нин? Всё из-за того, что Нин Цзяоцзяо хотела мяса.
2. Вороны.
Вороны – это не речные демоны, у них взрывной характер.
Он никогда не осмеливался их провоцировать.
Потому что своими глазами видел, как брата-седовласого, продающего мясо на соседней улице, каждый день атаковали.
Нин навел справки и выяснил: оказывается, тот при жизни атаковал ворону метлой, и птица помнит об этом до сих пор!
Прошло сто с лишним лет после их смерти, а они всё продолжали гадить на него, издеваясь над слабым духом. Наверное, это и называется «смерть не разлучит нас».
Тот брат вовсе не был седым с юности – просто как дух не знал, как мыть голову, а вороны помогали ему мыть её каждый день. И вот, спустя столетия, он стал «седовласым великим братом».
Поэтому Нин сейчас даже помыслить не смел их злить.
Но вдруг вороны невзлюбили его просто так?
Вероятность с речными демонами и воронами была невелика, и даже в случае нападения Нин чувствовал, что сможет убежать. А вот следующие два пункта были для него главными.
3. Ярмарка.
Возможно, какой-то Лютый прирак из соседней Духовной деревни, пойдя за покупками, присмотрел меня и я ему не понравился?
Вокруг было семь или восемь Духовных деревень, но у Нина не было ни малейшего желания их исследовать. Он там почти не бывал, а вдруг там живет кто-то страшнее, чем Нин Цзяоцзяо?
Возможно, на ярмарке произойдет нападение, и даже если он очистит разум Нин Цзяоцзяо и выпустит её полную силу, они всё равно не справятся с противником.
Поэтому поход был опасен.
4. Демонические практики с виллы, остались ли недобитки?
— Если на ярмарке опасно, тогда не пойду, — Нин задумался, и в сердце закралась тревога. — Но если у демонов остались сообщники, вот это – самая большая опасность.
Нин без всякой чести и совести атаковал их из засады, но можно было с уверенностью сказать, что все демоны на горе передохли.
Но что, если у них есть родственники?
Или какие-нибудь друзья, которые придут в гости и обнаружат, что связь потеряна?
В конце концов, в этом мире у каждого есть друзья.
А так как «рыбак рыбака видит издалека», их друзья наверняка тоже не подарок.
— Нужно по одному исключать эти угрозы и понять, откуда исходит опасность, — пробормотал Нин.
Он не был напряжен, ведь кризисов на его веку было немало.
Прятаться в Нижней Духовной деревне, изучать повадки и жить среди кучи ужасных тварей, проклинать демонических практиков – разве это не была игра на грани смерти? Разве не хождение по лезвию ножа?
По пути, следуя по горной тропе, он открыл ворота виллы.
Обнаружил, что кузница под открытым небом по-прежнему работает вовсю, «Бам-бам» разносилось по всей округе.
Эта группа людей была невероятно активна, они буквально обожали эту кузницу.
Начав ковать железо, многие из них грезили выковать оружие +13.
Конечно, большинству из них не везло.
На оружии было полно дефектов, а для заготовок магических инструментов требовалась гладкость, отсутствие трещин и внутренних повреждений. У многих из них всё заканчивалось [неудача при ковке], [неудача при ковке]…
— Опять закалка не удалась, и эта трещина императора слишком большая, точно не пройдет тест на удар.
— Разве ковка этой заготовки – не простое дело? Почему я даже прочную форму не могу выковать!
— Куски железа для подложки, всё из-за них, скоро придет что-то стоящее!
— Точно! Чем больше неудач, тем выше мой навык.
— Пойду лучше трубу для кузни сделаю, это легко и просто. Тем более, что задание выложили, там как раз нужно для строительства общежития – сделаешь десять труб, получишь одну магическую монету.
Работа кипела.
Главная проблема – не везло.
Ведь ковка – занятие, зависящее от мастерства, состояния и удачи.
Но Нин верил, что усердие победит неудачу.
Обойдя круг, он понял, что люди расселились неплохо.
Распределились: повара, шахтеры, кузнецы, ну и отряд правопорядка, чтобы эти ребята не воровали. Вход и выход контролировались взвешиванием, а вдали поставили огромные весы, назвав их Справедливыми Весами.
При входе и выходе каждый должен был встать на них – и заодно можно было измерить вес.
Видно было, что система управления сделала огромный шаг вперед.
В конце концов, управляющий забирал 5%, и Жун-куцинь, конечно, не позволил бы этим ублюдкам, шарящимся по сундукам, своровать что-то у него.
Была еще группа, занятая в общежитии, совершенствуя условия: устанавливали душевые трубы, механизмы кормления через трубопровод.
Нин пошел глянуть.
Общежитие сейчас представляло собой сверхбольшой квадратный унитаз, землю выкопали очень глубоко – этажа на четыре-пять, с регулярным сливом воды, а в воздухе висели ряды вращающихся железных кроватей.
С такой высоты Нин заглянул вниз – даже стало страшно!
Это было похоже на сон в подвешенных железных гамаках на высотных этажах.
Если кто-то падал туда, то не мог даже выбраться и только медленно сползал по склону в трубопровод, прямиком в выгребную яму – это была сущая катастрофа!
Но некоторым было всё нипочем, их привлекал экстрим.
В это время те работали на высоте, без страховочных веревок, и даже намеренно прыгали между железными трубами и кроватями, как обезьяны, показывая свою ловкость, хихикая и играя в некий экстремальный спорт.
И падения не боялись.
При этом еще кричали что-то вроде: «Рано или поздно случится беда, но сейчас в полдень всё ок», «Могу найти спонсора Red Bull», всё в таком духе, выпендриваясь.
Пройдясь кругом, Нин лишь покачал головой, не зная, что и думать, но при этом немного восхитился их способностью к созиданию.
Всего за пару дней превратились в такое – эта организованность, этот энтузиазм… конечно, не обошлось без того, что Дитя Золотых Монет были очень сильными, прирожденными чернорабочими и мастерами рытья шахт.
Настоящие проходцы иного мира, профессия идеально подходит.
Нин глубоко задумался и вдруг остался доволен:
— Похоже, мои ожидания от них можно повысить! Неужели эта Горная вилла Ковки Мечей действительно может развиться и вырасти?
В это время подошел Жун-куцинь и почтительно поклонился:
— Управляющий, мы хотим освоить технику ковки готовых магических инструментов.
В других играх.
[Книгу навыков] наверняка нужно покупать или обменивать у NPC.
Но эта игра – сама доброта, а старый управляющий особенно: характер мягкий, на разумные просьбы старается помочь.
— Зачем вам это? — Нин нахмурился. — Вы ведь только начали ковать заготовки магических инструментов?
Ранее он давал им первую часть базовых книг по ковке, вторая всё еще была у него в руках. Учить их ковке инструментов нужды не было – в конце концов, материалов всё равно не было.
— Мы хотим выковать магические инструменты, — сказал Жун-куцинь. — Что касается материалов, попытаемся охотиться на ворон.
Сердце Нина дрогнуло.
Неужели именно отсюда исходит опасность?
Вороны обычно устраивают сброс с воздуха – это, считай, дань уважения, ворон-барин тебя пожаловал. Ты и правда решил, что у них нет боевой мощи в прямом столкновении?
Царапанье – это еще цветочки, они ведь и клеваться могут! Эта стая, заполняющая небо, коллективно налетает – подумать страшно.
Провоцировать их?
Минимум несколько десятков тысяч.
Что это за чудовищное количество, можно не объяснять.
Если судить по пропорции населения виллы, это сотня человек против десятков тысяч. Они даже один на один не справятся – их заклюют насмерть.
Однако, как только он собрался их остановить, то подумал и решил промолчать.
Кризис и возможности сосуществуют.
Если им удастся – это действительно хорошее дело.
К тому же, злость ворон направлена на них, мне-то что до этого?
Как раз я не собираюсь часто подниматься на гору, лучше держать дистанцию, сидеть на горе и наблюдать за битвой тигров – смотреть с подножия, как вороны сбрасывают грузы и сражаются.
Если они проиграют битву, могут спрятаться в общежитии, просто не выходить – вороны всё равно не ворвутся, будут летать снаружи.
Дитя Золотых Монет всё равно не нужны солнечные лучи, они любят жить в норах, в крайнем случае перейдут на подземную виллу, будут ковать железо под землей, сделают подземную виллу.
Если получится – может, удастся заполучить мясное поле!!
У Нина никогда не было желания убегать.
Не бороться за ресурсы, не становиться сильнее, прятаться и отсиживаться – это никогда не приведет к спокойной жизни.
Потому что рано или поздно ты из-за слабости станешь чьим-то ресурсом для культивации, и тогда останется лишь жалеть о потраченном времени.
Никогда не знаешь, что наступит раньше: опасность или завтрашний день.
Более того, если их убить побольше и выманить вожака ворон, Нин сможет «удачей» в четыре ляна сдвинуть тысячу, тайно стреляя из лука, и случайно убить противника.
Это шанс получить мясное поле.
Если получится, скорость культивации обязательно возрастет.
Даже с Нин Цзяоцзяо так же: получив обильное питание плотью, она ускорится в трансформации, обретет более высокое самосознание, вырвется из оков прежней жизни и пойдет путем призрачной культивации, обретя реальный шанс на «новую жизнь».
— Вы очень смелые, раз хотите изменить судьбу рабов виллы, я очень рад этому, но это будет опасный вызов.
Нин сказал:
— Если вы на этом настаиваете, я предлагаю укрепить общежитие на первом этаже, а кузницу на втором этаже накрыть крышей, чтобы она не была такой открытой.
Жун-куцинь почесал подбородок:
— Это чтобы не мешал дождь? А то мы не сможем ковать железо?
— Ну да, если будет дождь, ковать не получится, — Нин представил себе эту картину и понял, что зрелище будет слишком прекрасным, чтобы на него смотреть.
Комментарии