— Ах ты, отродье! На пороге смерти смеешь смущать умы, порочить главу и лить грязь на секту?!
Цинь Чжаньтянь, будучи тертым калачом, не стал ввязываться в спор о подлинности врожденной кости клинка. Он просто перевернул стол, окончательно замутив воду.
— Взгляните на него, собратья по Дао! — Цинь Чжаньтянь направил клинок на Е Фэна, и его голос разнесся далеко вокруг. — От него за версту несет жаждой крови, в его ауре слышны стенания невинных душ! Это явные признаки какой-то мерзкой демонической техники! Он давно перестал быть практиком праведного пути!
Услышав это, присутствующие присмотрелись. И вправду, мощь Е Фэна была велика, но в ней чувствовалась некая чужеродная скверна, бесконечно далекая от чистой энергии праведников.
Техника Сжигания Крови для Стимуляции Юань!
Е Фэн все-таки решился использовать то запретное искусство секты Радости, найденное в Тайном царстве Черной Воды. Именно оно позволило ему за короткий срок достичь великой завершенности Возведения Основания, но ценой стала та самая зловещая аура.
Цинь Чжаньтянь ковал железо, пока горячо. Его голос дрожал от праведного негодования:
— В бытность свою даоцзы, этот мерзавец ослеп от алчности. Он тайно практиковал запретные искусства, а когда Великий старейшина прознал об этом и попытался наставить его на путь истинный…
— …что же сделал этот зверь? — Продолжал глава. — Он дождался, пока наставник потеряет бдительность, и подло убил его! А после сбежал, прихватив с собой сокровища секты! Наша секта Тиранического Клинка, помня былые заслуги, не стала позорить его имя на весь мир, объявив лишь предателем. Но сегодня этот отцеубийца решил укусить руку, которая его кормила!
Он резко обернулся к представителям секты Железной Горы и секты Радости, чьи лица светились злорадством, и прикрикнул:
— Вы, не зная правды, готовы верить каждому слову этого демона и сомневаться во мне? Может, вы в сговоре с ним? Хотите разрушить доброе имя моей секты и посеять хаос в южных землях?!
Такое тяжкое обвинение разом стерло ухмылки с лиц конкурентов. Одно дело – посмеиваться втихомолку, и совсем другое – прослыть врагом всех праведных сил юга.
— Успокойтесь, глава Цинь! Мы и не думали о таком!
— Верно, мы просто… немного опешили от его слов…
Несколько мастеров поспешили оправдаться. Лишь красавица-настоятельница секты Радости загадочно улыбнулась и промолчала, продолжая внимательно следить за Е Фэном.
Цинь Чжаньтянь холодно хмыкнул и вновь уставился на побледневшего Е Фэна. Его слова так и брызгали ледяной яростью:
— Е Фэн! Ты убил наставника, предал веру, пал во тьму, а теперь еще и лжешь перед всем светом! Небо и земля не потерпят твоего существования!
— Сегодня я лично очищу секту от этой скверны, дабы упокоить дух Великого старейшины!
Едва фраза сорвалась с губ, Цинь Чжаньтянь перешел к делу. Клинок со звоном покинул ножны. Мощнейшая вспышка энергии, вобравшая в себя вековой опыт мастера, прочертила небо, целясь прямо в голову противника.
— Старый пес! Да ты нагло врешь! — Взревел Е Фэн. Глядя на летящую в него смерть, он даже не шелохнулся. Черный туман вокруг него соткался в когтистую лапу призрака, которая с противным визгом бросилась наперерез.
— Бу-ум!
Столкновение вызвало оглушительный взрыв. Ударная волна разметала флаги по краям площади, а некоторые старейшины, стоявшие слишком близко, были вынуждены отступить.
К всеобщему изумлению, яростный выпад главы секты был остановлен этой мерзкой призрачной лапой. Обе атаки просто аннигилировали в воздухе. Е Фэн лишь слегка пошатнулся.
На его лице не было и тени страха, лишь безумная, полная яда ухмылка:
— Каков мастер! Как ловко великий глава Цинь подменяет понятия!
— Какова секта Тиранического Клинка! Настоящий притон для воров и лицемеров! Ваше умение врать куда совершеннее ваших жалких навыков владения ножом!
Эти слова вызвали новый ропот в толпе. Е Фэн открыто глумился над главой и всей его школой. Это был вызов, который решается только смертью.
Цинь Чжаньтянь почернел от злобы, в его глазах зажегся огонь жажды убийства:
— Отродье! Ты еще смеешь дерзить! Видать, демоны и впрямь дали тебе силу, раз ты так храбришься. Что ж, сегодня ты узнаешь, что зло никогда не победит правду!
— Правда? Да что вы о ней знаете? — Е Фэн рассмеялся, и черная дымка вокруг него стала еще гуще. — Раз уж я пришел, я не уйду просто так! Цинь Чжаньтянь! И ты, Чэнь Юань! Сегодня вы вернете всё, что задолжали мне!
— Сегодня вся карма будет оплачена!
Не дожидаясь ответа, он атаковал сам. Руки замелькали в печатях, черный туман превратился в сотни извивающихся цепей из душ умерших. Они, подобно гадюкам, устремились к Цинь Чжаньтяню, неся в себе заразу, разъедающую дух.
— Пленение десяти тысяч душ!
Цинь Чжаньтянь прищурился. Он действовал осторожно: его нож задвигался так быстро, что вокруг мастера выросла непроницаемая стена из стали. Сталь и призрачные цепи столкнулись с противным скрежетом.
Бой закипел. Глава секты сражался мощно и уверенно, вкладывая в каждый взмах сокрушительную силу. Е Фэн же действовал хитро и коварно: он то исчезал, то появлялся, а его цепи разъедали чужую энергию и били по разуму.
Силы казались равными, и это пугало очевидцев.
— Невероятно… Неужели Е Фэн настолько силен, что может тягаться с самим Цинь Чжаньтянем?
— Что за жуткое искусство он использует? С ним так трудно совладать!
— Похоже, он и впрямь пришел подготовленным…
Настоятельница секты Радости продолжала наблюдать за схваткой с легкой улыбкой, а гости из Железной Горы довольно потирали руки, радуясь чужим бедам.
На возвышении Сюй Юань молча взирал на битву. Его лицо было спокойным, но пальцы на рукояти Мочжаня слегка сжались. Он видел: хоть учитель и был мастером своего дела, странная магия Е Фэна могла преподнести неприятный сюрприз в затяжном бою.
К тому же, Е Фэн вряд ли пришел бы один против всех только ради того, чтобы помахать языком. У него наверняка был припасен козырь в рукаве.
Взгляд Сюй Юаня медленно скользнул по гостям.
«Чему быть, того не миновать», – холодно подумал он. — «Раз так, решим всё разом».
Он сделал шаг вперед, и его воля клинка, доселе сдерживаемая, начала пробуждаться, точно готовящийся к извержению вулкан.
Комментарии