На мгновение Хамабэ Минами показалось, что стоящий перед ней парень просто-напросто крутит с ней хвост.
Хотя ей еще не исполнилось девятнадцати, она уже почти десять лет крутилась в индустрии, начав еще ребенком-актером, и успела сняться в фильмах, чьи сборы перевалили за три миллиарда иен, а также в таких нашумевших проектах, как «Безумный азарт».
Пару лет назад она и вовсе смела всевозможные награды, включая премию «Лучший новичок» на Премии Японской киноакадемии, заслужив репутацию признанной Тохо восходящей звезды.
Пусть ее еще нельзя было назвать звездой первой величины, среди молодежи ее популярность уверенно держалась на лидирующих позициях.
И вот… этот паренек взял да и с поистине невозмутимым видом воротил от нее нос.
— Пожалуйста, без обид, но я почти не слежу за шоу-бизнесом.
Поймав выражение лица Хамабэ, Сакурада Джун сразу понял, какие именно сценарии проносятся у нее в голове, и невозмутимо кивнул в сторону Сато Такэру, Камики Рюносукэ и Мори Канва, поясняя:
— Я знаю этих троих только потому, что мои друзья – фанаты «Курю» до мозга костей, и мне пришлось пересмотреть с ними кучу нарезок, чтобы хоть в лицо их запомнить.
Сакурада Джун вовсе не кривил душой. По правде говоря, вплоть до самого попадания Сакурады Джуна в этот мир среди современных лиц традиционного японского кинематографа – за исключением разве что абсолютных феноменов вроде Исихара Сатоми, Арагаки Юи или Хасимото Канны – популярность практически любого актера, не связанного с tokusatsu, в Китае была неизменно ниже, чем у тех артистов, чей статус на родине казался куда скромнее.
Впрочем, Хамабэ Минами и так считалась довольно заметной молодой японской актрисой: она часто снималась в экранизациях манги и ранобэ, а еще играла Мэйко в лайв-экшне «Анохана».
Судя по ее популярности, у нее были все задатки стать новой Арагаки Юи.
Но… кто виноват, что она еще не представилась сама, а Сакурада Джун лишь смутно припоминал ее имя?
— Что до него… — Сакурада Джун бросил еще один взгляд на стоявшую неподалеку и задорно наблюдавшую за происходящим обезьянку, и в его глазах промелькнуло редкое выражение брезгливости.
— Его новый альбом звучит как полнейшая параша.
Стоявший рядом Мориути Такахиро как раз собирался выслушать похвалу от Сакурады Джуна, которого принял за «тайного фаната», но вместо этого получил обухом по голове.
Только в этом месяце он выпустил новый альбом «Eye of the storm», который в первую же неделю разошелся тиражом в двести тысяч копий и взлетел на вершину чарта Oricon, прочно закрепив за ними статус рок-группы номер один в Азии.
Вот только неведомо почему в музыке этой самой рок-группы номер один в Азии от самого рока почти ничего не осталось.
Мориути Такахиро и его рок-группа ONE OKROCK словно олицетворяли те вкусы и настроения части японских артистов, для которых папаша из Штатов – закон во всем.
Хотя в свое время они проложили себе путь наверх благодаря дерзкому и зажигательному японскому хард-року, ради покорения американского и европейского рынков они принялись подстраиваться под конъюнктуру и стряпать безликие западные поп-песенки, подбирая крохи за другими.
Пусть в ближайшие годы их стиль еще немного выровняется, отношение Сакурады Джуна к этой группе, бывшей для него самого в свое время путеводной звездой в мир рока, больше напоминало смиренное: «Сначала обругаю, а потом обязательно куплю».
Но это ни капли не мешало ему морщиться от нынешнего Мориути, который в погоне за Штатами растернал все свое первоначальное вдохновение.
Что? Сакурада Джун и сам метит на китайский рынок? Тоже подстраивается под вкусы китайской аудитории?
А не допускаете ли вы мысли, что Сакурада Джун и так китаец, и угождать Китаю для него – все равно что угождать самому себе?
Разве это одно и то же?
— Пфф-ф. — Не дожидаясь ответа самой мартышки, Хамабэ Минами не удержалась и прыснула со смеху:
— Сэмпая только что знатно опустили!
Что до Сато Такэру, Камики Рюносукэ и остальных, те теперь хохотали во весь голос, словно начисто забыв, что всего пару минут назад где-то здесь бродил дикий медведь.
Все они были близкими друзьями, так почему бы не порадоваться, глядя, как эта зарвавшаяся обезьянка получает по заслугам? Да еще и от собственного фаната – уровень комичности просто зашкаливал.
— Да не такая уж она и плохая! — Така попытался изобразить на лице оскорбленное возмущение и хлопнул Сакураду Джуна по плечу.
— На днях я скину тебе билеты на наш японский тур – придешь на пару живых выступлений и сам поймешь, есть у нас рок или нет!
Он панибратски приобнял Сакураду Джуна за плечи, но из-за разницы в росте сантиметров в десять это выглядело комично – словно какая-то мартышка повисла на дереве.
— Кстати, мы ведь так и не спросили твое имя! А ведь мы у тебя в долгу, ты нам жизнь спас!
Судя по всему, душевная организация этой рок-звезды была весьма крепкой, и, выпуская столь спорный альбом, он наверняка заранее морально подготовил себя к шквалу критики.
Замечания Сакурады Джуна он пропустил мимо ушей.
— Сакурада Джун, местный. По совместительству разработчик игр, а заодно сетевой блогер и стример, — представился Сакурада Джун.
Не дожидаясь, пока остальные изменятся в лице, он сам широко раскинул руки:
— Расслабьтесь, я сегодня без стримерского оборудования, так что можете не бояться скрытой камеры.
Дело было вовсе не в том, что Сакурада Джун не хотел светить этих ребят. По правде говоря, добрая половина из них имела вполне прочную ассоциативную связь с китайской аудиторией.
О Сато Такэру и Мори Канва и говорить нечего, а у Камики Рюносукэ был такой козырь, как Татика Таки – в Китае «Твоё имя» пользовалось бешеной популярностью.
Что же до ONEOKROCK, в которой состоял Мориути Такахиро, то это была едва ли не единственная японская музыкальная группа, способная собирать стадионы Mercedes-Benz Arena в материковом Китае, Тайбэйскую арену на Тайване и арену в Козевее-Бей в Гонконге.
Просто сейчас был явно не тот момент, когда им стоило светиться в прямом эфире.
И Така, и Сато Такэру славились в японском шоу-бизнесе как знатные гуляки, за которыми тянулся шлейф сомнительных интрижек и бурных кутежей.
А ведь Мори Канва, занимавшая почетное последнее место по уровню популярности среди этой шестерки звезд и известная как жена актера Хироси Миуры, он же Kamen Rider Kuuga, успела отметиться романтическими слухами с обоими этими господами.
Если бы подобная частная вечеринка с участием трех парней и трех девушек-знаменитостей всплыла наружу… Одному богу известно, какую истерику закатили бы эти вечно ранимые, нервные и насквозь больные японские нетизены.
Грандиозный скандал стал бы меньшим из зол.
Услышав открытое заявление Сакурады Джуна, те самые люди, что секунду назад еще напряглись, дружно выдохнули.
— Прошу прощения, нам даже в голову не пришло, что Сакураде-куну приходится думать и о нашем комфорте, — с легким смешком произнесла та незнакомая девушка, с которой Сакурада Джун еще не успел познакомиться, и сама представилась:
— Ёситака Юрико, актриса и писательница.
Она вежливо пожала Сакураде Джуну руку и, чуть склонив голову набок и изучая его юное, но выразительное лицо, с улыбкой протянула:
— А не хочешь попробовать себя в шоу-бизнесе, Сакурада-кун? Мы могли бы порекомендовать тебя агентству AMUSE.
Из всех шестерых присутствующих, за исключением Хамабэ и Мори Канва, остальные четверо числились в AMUSE – крупнейшем публичном агентстве талантов Японии, которое, наряду с Джонни, являлось настоящим гигантом индустрии развлечений.
В отличие от Джонни, специализировавшегося исключительно на мужских поп-группах, сфера деятельности AMUSE была куда шире: они занимались музыкой, актерством, айдолами – всем подряд.
— А я Хамабэ Минами, тоже актриса! Обязательно запомни! — Не дав Сакураде Джуну ответить, Хамабэ протиснулась между ними и с лучезарной улыбкой тряхнула его руку:
— Не хочешь податься в Тохо? Я могу замолвить за тебя словечко!
Имея за спиной столь могущественных покровителей, они оба говорили более чем уверенно.
В душе Сакурады Джуна шевельнулось любопытство: пусть лица он и не узнал, но имя Хамабэ Минами было ему прекрасно знакомо.
Обменявшись с ней вежливым рукопожатием, он мягко покачал головой:
— Благодарю за заботу, но я действительно не планирую связывать свою жизнь с миром шоу-бизнеса.
Словно что-то вспомнив, он добавил как бы между прочим:
— К тому же, я, кажется, нахожусь в черном списке агентства Джонни, так что о карьере на телевидении мне, судя по всему, придется забыть.
— В черном списке Джонни? — Спокойный тон прозвучал как раскат грома. Все шестеро звезд синхронно уставились на Сакураду Джуна, а затем разом перевели взгляд на сидевшего рядом Мориути Такахиро.
— И тебя тоже занесли в черный список? — Вылупилась на него мартышка.
Комментарии