Глубокая ночь. В шатре мерцала свеча. Чэнь Мо сидел в одиночестве, закрывая бамбуковый свиток с записями о людях, лошадях и зерне. На лбу его залегла глубокая складка.
Свести счета на бумаге – дело нехитрое; у денег и припасов есть свой предел и мера. Но чтобы управлять землёй, нужно нечто большее.
Он оглядел своих соратников. В ратном деле у него были такие герои, как Лю Бэй и Чжан Фэй, а Тань Цин и Чжоу Цан были храбры и умелы в бою. Тут беспокоиться не о чем.
Но что касалось дел гражданских – здесь была зияющая пустота. Чтобы наладить жизнь, успокоить народ, поднять целину и даже просто вести обычную переписку и учёт, нужны настоящие советники и писцы.
Сейчас всё держалось на плечах Цзянь Юна и горстки грамотных удальцов, но долго так продолжаться не могло.
Взор его невольно обратился в сторону соседней провинции Цзи. Тянь Фэн, Цзюй Шоу, Шэнь Пэй, Сюй Ю… Эти люди были цветом книжного сословия, прославленными мужами, чьи имена прогремят на весь мир.
Но тут же Чэнь Мо покачал головой, мысленно вычеркивая их одного за другим. Мятеж Жёлтых повязок был в самом разгаре, запреты на партийную деятельность только начали ослабевать, и большинство именитых мужей предпочитали выжидать в тени. Такие, как Тянь Фэн или Цзюй Шоу, уже наверняка служили в штабах Цзичжоу и были тесно связаны с родом Юань, который скоро воцарится на севере. Они ни за что не пошли бы на службу в маленькое ополчение.
Шэнь Пэй же происходил из знатного рода и был крайне высокомерен; он и смотреть бы не стал на таких безродных выскочек, как Лю Бэй или он сам.
Что же касается Сюй Ю… Чэнь Мо нахмурился. Он отчётливо помнил, что именно в этот год, когда вспыхнуло восстание Жёлтых повязок, Сюй Ю вместе с циши провинции Цзи Ван Фэнем и Чжоу Цзинем замышлял низложение императора Лин-ди!
Это был человек, который с самого начала вёл игру с высшими сановниками, замышляя потрясения основ государства. Его кругозор, связи и политические амбиции были слишком велики для нужд отряда, сражающегося за выживание.
Более того, Сюй Ю, хоть и был мастером хитроумных планов, отличался безмерной гордыней и корыстолюбием. О верности и говорить не приходилось. В истории он был другом детства Юань Шао, но в решающий момент битвы при Гуаньду, из-за личной обиды – ареста семьи и непринятия его советов – без колебаний переметнулся к его смертельному врагу Цао Цао.
— Этот человек не только беглый преступник, но и ходячая бочка с порохом. Его появление принесёт больше бед, чем пользы, — усмехнулся про себя Чэнь Мо. — Сюй Ю – это разум, острый как клинок. Но у этого клинка нет ножен. Сегодня он может послужить мне, но завтра, как только его выгода изменится, этот меч без тени сомнения ударит по своему же хозяину.
Он отложил свиток, решив на время оставить мысли о привлечении великих мудрецов.
— Нашему войску сейчас нужны не прославленные гении, а кости и жилы, на которых будет держаться хозяйство.
Уяснив это, на следующий день он велел составить необычное «Объявление о поиске достойных» и расклеить его на всех перекрёстках и рынках вблизи округа Чжо:
«В укреплении Гуацзяо-Байди строятся новые стены. Всякий, кто грамоте обучен и в делах разумен, невзирая на происхождение, может стать наставником, писцом или хранителем амбаров. Тем, кто детей малых учить горазд или в земледелии смыслит, положим две ху зерна, а семьи их в крепости пристроим».
Когда это странное, а для многих и вовсе нелепое воззвание появилось на улицах, знатные дома лишь посмеивались, называя это «шумом пустой глиняной посуды» и позором для истинной учёности. Они не понимали одного: в смутное время учёность не стоит и горсти зерна.
Не прошло и нескольких дней, как у ворот крепости начали собираться люди. Среди них были оборванные книжники и выходцы из бедных семей. Были мелкие чиновники, бежавшие от врагов вместе с престарелыми матерями. Нашлись даже лекари и знатоки крестьянских календарей.
Пусть у них не было талантов, способных перевернуть мир, но они стали тем щебнем, которым заполняют пустоты в фундаменте. Они закрыли самые опасные бреши в жизни укрепления.
По ночам в шатре Чэнь Мо и Лю Бэй сидели друг против друга. Из-за полога доносились щелчки счётов – это Цзянь Юн вместе с новыми помощниками засиживался до зари над книгами учёта.
Надо признать, Сяньхэ знал своё дело. Бывало, что заносчивые книжники или ушлые мелкие чиновники пытались хитрить, но он быстро приводил их в чувство. Теперь каждый из них, согласно своим умениям, занимался пересчётом припасов или регистрацией беженцев.
— Если бы не Сяньхэ с его распорядительностью, мы бы с тобой сегодня сами погрязли в этих свитках, — Чэнь Мо с облегчением отложил реестр с ещё не просохшей тушью.
Теперь, когда внутренние дела были налажены, пришло время вспомнить о мече. Он встал и подошёл к карте провинции, его взгляд стал острее:
— Крепость стоит, но корень её ещё не окреп. Мы не можем просто сидеть и ждать.
Он с силой ткнул пальцем в край горной цепи Тайханшань:
— Через месяц-другой, когда новобранцы пообвыкнут, я намерен ударить по логову Юй Ду у подножия гор. Посмотрим, насколько остры наши клинки.
В глазах Лю Бэя вспыхнул огонёк, но он тут же нахмурился:
— Я беспокоюсь о том, что у нас за спиной. — Он посмотрел на север. — Ухуаньские всадники Цзи Сюаня стоят совсем рядом, меньше пяти ли отсюда. Если он проведает, что мы ушли на разбойников и крепость пуста, он наверняка воспользуется случаем, чтобы затеять ссору.
— Цзи Сюань коварен и жаден, об этом нельзя забывать. Но… — Чэнь Мо покачал головой и усмехнулся. — Строить козни втайне и вести войну открыто – вещи разные. Пусть он и доверенное лицо Гунсунь Цзаня, но всё же он официальный чиновник Ханьской империи. Сейчас Жёлтые повязки не усмирены, и мы с ним официально подчиняемся одному тасэю. Будь он хоть трижды смельчаком, он не посмеет при свете дня напасть на союзное войско. Это измена, и Гунсунь Цзань не станет его покрывать. Скорее уж, зная характер Гунсунь Богуя, он первый от него отречётся.
Чэнь Мо помолчал и добавил:
— Если Цзи Сюань и захочет ударить, он будет ждать нашей ошибки. Будет искать повод, обвинит нас в «сговоре с разбойниками» или «самочинном разжигании вражды». И мы ему такого повода не дадим.
С этими словами он достал карту, которую нарисовал сам, когда ещё только разведывал горы. На ней киноварью были отмечены круги: леса, долины, пещеры и тайные тропы.
Палец Чэнь Мо скользнул по изгибам гор и замер у неприметного перевала на юго-западе:
— Здесь старое укрепление людей Юй Ду. По донесениям разведки, зерна там немного. Видимо, просто временная стоянка. Охрана там должна быть слабой. Если узнаем точное расположение и ударим внезапно, мы выбьем этот клин Юй Ду и отобьём у разбойников охоту заглядываться на равнину.
Но знаки на карте давали лишь общее представление. Сколько там на самом деле разбойников? Где стоят посты? Нет ли ловушек? Это были вопросы жизни и смерти.
И тут Чэнь Мо осенило. Он вспомнил одного человека – «местного», который годами ходил тропами Тайханшаня и знал всех разбойников наперечёт.
Обговорив с Лю Бэем общие черты похода, он под предлогом дел вернулся к себе. Удалив слуг, Чэнь Мо сосредоточился, и перед его глазами развернулся чат «Безымянных».
Он быстро нашёл в списке чёрную аватарку «Харона» и перешёл в личные сообщения.
«Чжао Цзю из Ч Cangчжоу»:
— Харон, ты здесь? Есть вопрос об одной крепости на юго-западе округа Чжо, у самых гор. Хочу знать, что там внутри.
Ответ пришёл почти мгновенно.
«Харон»:
— Хочешь взяться за Юй Ду?
Собеседник был проницателен; он явно помнил их прошлый разговор и сразу понял, к чему клонит Чэнь Мо.
Тот лишь уклончиво ответил:
«Чжао Цзю из Ч Cangчжоу»:
— Нынче неспокойно. Хочу разведать обстановку вокруг, на всякий случай.
Харон молчал некоторое время, видимо, взвешивая решение. Наконец пришло новое сообщение.
«Харон»:
— В прошлый раз, когда Белому Воробью было туго, ты помог. Я помню добро. Если ты и впрямь решил прижать этого Юй Ду, то это я буду тебе должен. Юй Ду в последнее время совсем обнаглел: вернулся с добычей и начал подминать под себя всё в горах. Не только мы, даже Чу Янь из Черных гор и сам вождь Чжан Ниуцзяо им недовольны. Если ты отрубишь ему пару лап, мой отряд Белого Воробья будет тебе благодарен.
Следом прилетело ещё одно сообщение.
«Харон»:
— Но если соберёшься нападать, слушай внимательно. Та крепость не так проста, как кажется. Расскажу тебе в чём там секрет, чтобы ты по незнанию не угодил в их капкан.
Комментарии