— Г-гуйжэнь… — лицо Хуэй-цзы побледнело. — Цяо Фэй, ты уверена?
— Почти наверняка. — Сестрица Фэй коснулась лба, словно оживляя в памяти горькие воспоминания.
— Что еще за гуйжэнь?
Нин Фань никогда не слышал этого слова, но отчетливо чувствовал ту боль, что сковала его спутников. Справившись с эмоциями, Хуэй-цзы объяснил ему суть.
Дух-слуга – это скопление душ, привязанное к оружию. Его можно призывать или отзывать волей владельца. Брат Чуань уже говорил Нин Фаню: прежде чем стать духами, эти тени перенесли перед смертью нечеловеческие муки. Поэтому дух-слуга по природе своей существо беспокойное. Ему нужен сосуд, в котором можно обитать.
Но до того как стать духами… они были людьми!
И даже в посмертии лучшим сосудом для них остается человеческое тело. Разумеется, в здравом уме никто не впустит в себя духа. Разве что… если окажется в безвыходном положении.
Линь Чуань упоминал: когда при длительном контакте уровень синхронизации достигает предела, оружие-триггер больше не требуется. Дух-слуга просто входит в тело хозяина. В обычных условиях, если дух уже «приручен», он пребывает в носителе в стабильном состоянии. Но если попытаться поглотить «дикого», необузданного духа… человек становится гуйжэнем.
Контроль над плотью полностью переходит к духу-слуге.
— Значит, брат Чуань сейчас… это уже не он… — Нин Фань наконец понял причину их отчаяния. — Он… стал Мясником?
Мясник – так звали духа-слугу брата Чуаня. Ему никто не ответил, но молчание было красноречивее слов.
— А брат Чуань… он нас узнает? — Нин Фань почувствовал, как защипало в носу.
Картина того дня, восстановленная по крупицам, теперь виделась предельно ясно. После гибели Дачжуана Линь Чуань дал последние наставления Цяо Фэй и покинул пещеру. Он вернулся в Туманный лес, чтобы в одиночку отомстить Су Бэю. Тот расслабился и пропустил удар, а Мотылек, как раз придя в себя, наблюдал за их схваткой.
Линь Чуань был лишь ранга Одинокой души и, конечно, не мог тягаться с Су Бэем, достигшим ранга Сотни Душ. Когда Световая стрела пробила его насквозь, Линь Чуань понял: он умирает. Но страшнее смерти было осознание того, что даже ценой жизни он не сможет прикончить врага. Су Бэй был слишком силен.
Окровавленный Линь Чуань сжимал саблю, а из ран на его теле хлестала кровь. Перед глазами стояли лица погибших: старина Дуань, Ван Е, Дачжуан. Он жаждал мести. Он был капитаном «Дома диких псов». Эти щенки шли за ним, чтобы заработать на кусок хлеба. И раз они погибли, он в ответе.
В их деле смерть – обычный риск. Если загрыз мутант – значит, сам виноват, не рассчитал силы, полез на опасное задание. Но когда тебя подставляют свои…
В тот миг Линь Чуань, должно быть, улыбался. Горько и страшно. Он продал свое тело Мяснику. Зная, что станет гуйжэнем и навсегда лишится рассудка… он выбрал месть.
Мясник завладел им. И началось безумие. Су Бэя едва не изрубили в капусту. Вот что случилось на самом деле.
— Я… я же всё рассказал, что знал… — Мотылек дрожал от давящей атмосферы в пещере. Но стоило ему открыть рот, как Хуэй-цзы, сверкнув глазами, бросился на него, словно бешеный пес.
— Твою мать! Если бы не вы, разве брат Чуань стал бы таким?! А-а-а-а!! Ты сдохнуть должен, мразь! Я тебя на куски порежу – и то мало будет!!
Хуэй-цзы в исступлении рубил Тень на стене. Мотылек катался по земле, захлебываясь слезами и соплями, и молил, отбросив всякое достоинство:
— Убей… меня… прошу…
Смерть стала для него недостижимой мечтой. Но на него никто не обращал внимания.
— Давайте… найдем брата Чуаня, — Нин Фань взял себя в руки и посмотрел на Цяо Фэй. — Вдруг это можно исцелить?
— Исцелить? Это не болезнь, — Цяо Фэй покачала головой. Видя, что юноша не сдается, она добавила:
— Моя младшая сестра – гуйжэнь.
Нин Фань замер. Он всегда считал Цяо Фэй холодной, закрытой женщиной, которая держит всех на расстоянии. О её прошлом он не знал ничего, как и Хуэй-цзы.
— Сестрица Фэй, твоя сестра…
— Она не отдавала тело добровольно. Дух-слуга забрал его силой. — Цяо Фэй явно было больно говорить об этом, но она продолжила:
— Когда духовной силы человека не хватает, чтобы сдерживать линши, всегда есть риск потерять себя.
Нин Фань не знал, как её утешить. В Нижнем городе родственные узы – непозволительная роскошь. Он примерил эту ситуацию на себя: каково было бы видеть родную мать живым трупом, гуйжэнем? Сердце сжалось от боли.
— Мы должны найти брата Чуаня! — Снова твердо произнес Нин Фань.
— Парень! Ты чем слушал? — Взорвался Хуэй-цзы. — Даже если найдем, он не станет прежним! А если он нас не узнает? Если нападет? Мы что, будем…
Он замолчал, не в силах представить эту сцену. Нин Фань поднялся с места.
— Ждите меня здесь. Мне нужно кое-кого найти!
Спутники хотели было остановить его, но Нин Фань уже стремительно бежал в сторону Района F27.
Через час, миновав Лес Призрачного Тумана, он снова был в городе. Привычным путем Нин Фань добрался до штаба Надзирателей. Здесь его уже знали в лицо, и многие приветливо кивали. Он беспрепятственно дошел до кабинета капитана и без стука распахнул дверь.
Вэнь Цай сидела за столом, на её лице читалась тревога. Увидев Нин Фаня, она оторопела, но тут же нацепила свою фирменную кокетливую улыбку.
— О, вернулся? Неужто по сестренке соскучился? — Она игриво поправила волосы. — Уходил-то как – прямо сцена прощания навек! А вернулся так быстро… всю атмосферу портишь…
— Сестра Цай, ты ведь умеешь проводить извлечение духа? — Нин Фань оборвал её шутки на полуслове.
Вэнь Цай замерла, вскинув бровь:
— Денег накопил?
Она решила, что он пришел за кастетом Ван Е и дубинкой старины Дуаня. Но Нин Фань покачал головой.
— Мне нужно извлечь его не из оружия! — Он сделал паузу и добавил:
— Из человека! Духа-слугу из тела гуйжэня!
Игривость с лица Вэнь Цай как ветром сдуло. Она стала предельно серьезной.
— Линь Чуань… стал гуйжэнем?
Комментарии