Хотя Хань Юй сейчас и был вне себя от злости, он никак не ожидал, что главный комиссар проявит такую жесткость.
— Главный комиссар, вы серьезно? Прямо напролом? — Спросил он.
— А почему бы и нет? Если дойдет до разбирательств в Главном районе, правда будет на нашей стороне! Чего бояться, когда закон за нами? — Комиссар ответил твердо. — Действуй смело, если возникнут проблемы – я прикрою!
— Ладно! — Хань Юй стиснул зубы. — А если они дадут отпор?
— Отпор? Они посмеют? — Глаза главного комиссара сузились. — Скажи мне, даже если бы у нас в районе творился полный кавардак, стали бы мы так нагло препятствовать тем, кто пришел за преступником?
— Думаю, вряд ли… — Хань Юй и сам почувствовал, что дело нечисто.
Комиссар холодно фыркнул:
— Вот и подумай: ради чего они готовы лезть в драку, лишь бы нас не впускать?
Хань Юй начал о чем-то догадываться, но не решался озвучить домыслы.
У главного комиссара же было куда меньше предубеждений.
— Одним миром мазаны! Твари… — бросил он.
…
Глаза Цяо Фэй и остальных загорелись. Действительно, как и предполагал Нин Фань, в Районе F32 вполне могли возникнуть подобные подозрения.
Ли Цзян явно пытался что-то скрыть. Однако в Районе F32 и помыслить не могли, что тайны Ли Цзяна не имеют абсолютно никакого отношения к их делам. Разрыв в информации неизбежно вел к столкновению! Именно это Нин Фань и называл «подкреплением».
Хуэй-цзы, дослушав, никак не мог закрыть рот. Лишь спустя долгое время он пробормотал:
— Да уж… Хорошая успеваемость в школе – это и вправду не шутки! Даже врагов умудряется использовать!
Цяо Фэй хоть и смотрела на Нин Фаня с явным восхищением, все еще сомневалась в одном моменте:
— Мне все же кажется, что главный комиссар Района F32 не стал бы действовать столь жестко только из-за одной дозы Спецлекарства… Или стал бы?
Хуэй-цзы, решив больше не напрягать извилины, просто уставился на Нин Фаня в ожидании ответа.
— Стал бы, — буднично произнес Нин Фань. — Миллион – сумма немалая даже для главного комиссара.
— Сумма большая, согласен, но для целого комиссара раздувать такой скандал из-за миллиона… Как-то несерьезно, — пробурчал Хуэй-цзы.
— Это тебе так кажется, потому что миллион не твой. — Нин Фань легонько постучал пальцами по столу. — У главного комиссара Района F32 было это лекарство, теперь он знает, где оно находится. С какой стати ему тратить собственные деньги на покупку нового?
Нин Фань продолжил:
— К тому же, даже если дело примет серьезный оборот, в его глазах он – пострадавшая сторона, за которой правда. А значит, он не боится шума. Но самое главное – какой бы масштабной ни была стычка, даже если все исполнители перебьют друг друга, он лично ничего не потеряет.
Он усмехнулся:
— Умрут ведь не его сыновья и не родственники, а всего лишь несколько исполнителей. Делов-то… новых наберет! А вот миллион за лекарство пришлось бы выкладывать из собственного кармана.
У Цяо Фэй по спине пробежал холодок. Не от ужаса перед ситуацией, а от того, насколько глубоко Нин Фань видел человеческую натуру. Или, точнее, он видел это всегда, но раньше в его душе теплился луч солнечного света, освещавший тьму. Но после исчезновения матери и гибели названого брата… этот свет погас.
— Но даже если Район F32 и Район F27 сцепятся, они же не будут биться до последнего вздоха? — Снова подал голос Хуэй-цзы.
— Это еще не факт, — ответил Сюй Бэнь раньше Нин Фаня. — Драки всегда начинаются с ругани. А когда кровь закипает, кто там думает о последствиях? Главное – врезать побольнее!
— Именно! — Кивнул Нин Фань. — В начале конфликта еще остается капля разума, каждый пытается выставить виноватым другого. Но стоит появиться первым жертвам – и у всех пелена перед глазами. У каждого, кто выживает в этих местах, внутри копится ярость. Тем более, что обе стороны уверены: за их спинами стоит их главный комиссар.
Цяо Фэй затаила дыхание:
— То есть ты хочешь сказать, что среди исполнителей с обеих сторон будут потери?
— Да. И, возможно, гораздо серьезнее, чем мы можем себе представить. — Нин Фань прищурился. — Как только прольется кровь, в Районе F27 воцарится полный хаос.
Хуэй-цзы наконец уловил конечную цель:
— Нин Фань, и что ты задумал… под шумок?
Нин Фань улыбнулся:
— Провернуть одно крупное дело.
…
Бам! Бам! Бам!
В ворота территориальной стены неистово колотили. Окно КПП снова приоткрылось.
— Я не получал приказа от комиссара открывать ворота, — раздраженно бросил Лю Цзыцян. — Дружище, я, кажется, ясно выразился.
Ответом ему стали не слова, а черное дуло пистолета.
— Дружище, я тоже не настроен на пустую болтовню. — Человеком с оружием оказался мрачный Хань Юй. — Открывай.
— Ты что, с дуба рухнул?! — Лю Цзыцян не ожидал такой наглости – чтобы кто-то направил на него ствол.
— Наш комиссар сказал: если не пустите, мы можем использовать любые средства, — ледяным тоном произнес Хань Юй. — Считаю до трех. Не откроешь – стреляю. Раз!
Хань Юй не дал Лю Цзыцяну и секунды на раздумья, его голос сорвался на крик:
— Два!
Только что он «потерял лицо» перед своими подчиненными, и теперь обязан был его вернуть! Исполнители Района F32 хоть и нервничали, но чувствовали азарт.
— Не верю, что ты посмеешь… — начал было Лю Цзыцян.
Грохнул выстрел!
Пуля просвистела у самого уха Лю Цзыцяна. В правой стороне головы заложило, дикий звон едва не расколол череп, сознание на мгновение помутилось.
— Послушай, ты тоже исполнитель, у тебя тоже есть пушка, и ты должен знать, что эта штуковина легко может дать осечку. — Хань Юй выглядел абсолютно безумным. — Я и сам не знаю, куда полетит следующая пуля. Хочешь проверить?
Лю Цзыцян, зажимая ухо, яростно уставился на Хань Юя. Тот лишь усмехнулся и, задрав подбородок, приставил ствол к его лбу, слегка надавив.
— Три!
— Открывай!! — Внезапно заорал Лю Цзыцян.
Он видел, что палец Хань Юя уже начал выжимать спуск. И хотя он до конца не верил, что тот решится убить капитана исполнителей, Хань Юй явно действовал по указке своего комиссара и чувствовал себя безнаказанным. Ставить жизнь на кон в такой азартной игре Лю Цзыцян не собирался.
Стражи, увидев приказ капитана, не медля распахнули ворота.
Хань Юй победно улыбнулся и махнул своим людям:
— Заходим! Взять их!
Исполнители Района F32 быстро запрыгнули в машины, и шесть автомобилей вальяжно въехали на территорию Района F27, словно герои-победители. Хань Юй, замыкавший колонну, убрал пистолет и с издевкой бросил Лю Цзыцяну:
— Спасибо за содействие, дружище.
Лицо Лю Цзыцяна потемнело. Он на глазах у Хань Юя выхватил мобильный телефон и набрал номер Ли Цзяна.
— Господин мэр, исполнители из Района F32 ворвались к нам!
Ли Цзян, судя по голосу, был в шоке:
— Что?! Я же велел их не пускать!
— Они открыли огонь, — процедил сквозь зубы Лю Цзыцян. — Стреляли прямо в меня.
Комментарии