Сняв комнату в гостинице, Су Бэй оставил Моли одну.
Под предлогом разведки он активировал ближайший телепорт и перенёсся в соседний городок.
Десять серебряных монет – ощутимый удар по кошельку.
Но иначе было нельзя.
Он запомнил: вернуться нужно к полудню.
Когда заработал портал, его слегка закружило – словно три секунды ехал в лифте, поднимающемся на пятидесятый этаж. Мир перед глазами поплыл.
Это был его первый опыт перемещения через телепорт. Пожалуй, последний – слишком скверное ощущение.
Он прибыл в городок Кули.
Ориентируясь по собранным данным и собственной памяти, направился вглубь.
Постепенно улицы становились всё тише; бесплатные участки сменялись покосившимися домами.
Пейзаж напоминал район Цюй в Городе Зимнего Солнцестояния – те же щели между досками, скрипящие ставни, запах плесени и бедности.
Кажется, у любого города есть свой нищий угол.
Пройдя ещё немного, Су Бэй остановился. Память и подсказки привели его в нужное место.
Это даже не трущобы, а настоящий лагерь беженцев – хуже, чем то, где он сам когда-то жил.
Но никаких соломенных хижин, как в воспоминаниях, не было видно.
Так где же?
Су Бэй нахмурился и постучал в ближайшую дверь.
Через мгновение створка приоткрылась, и из щели выглянул единственный глаз старухи. Лицо было усеяно морщинами, извивавшимися, как черви. Она молча рассматривала гостя.
— Здравствуйте, — осторожно произнёс Су Бэй.
— Что тебе нужно? — Прохрипела она.
Голос дрожал от старости, едва слышный, будто его доносил сам сквозняк.
— Скажите, вы знали Элину?
— Элину? А кто это такая? — Её мутные глаза на миг оживились, но скоро снова потускнели – видимо, воспоминание ускользнуло.
— Девочка с чёрными волосами. Тихая.
— А-а, та, что почти не разговаривала? Кажется, её увезли в город, да?
— А семья, что жила вот здесь? — Су Бэй указал на груду руин.
Зрачки старухи заметно сузились – слова застали её врасплох.
— Их тоже… увезли. Похоже. Не помню уж точно…
— Когда это случилось? — Не отпускал он.
Вопросы посыпались один за другим; не оставляя женщине времени на обдумывание.
Та уже хотела закрыться, но, увидев серебряную монету, всё‑таки буркнула:
— Давненько. Может, и правда к лучшей жизни забрали… Старик у неё был хромой, дочка больная, всё спала. Одни бы они не выжили, наверное. Так что пусть уж живут в достатке, а?
— Думаешь, старик, едва ходящий, мог ухаживать за спящей изо дня в день девушкой, да ещё самому оставаться целым? — Негромко спросил Су Бэй.
Но ответом был хлопок двери. Старуха не захотела говорить больше.
Он остался стоять на пороге, задумчиво глядя в никуда.
Он знал: именно это прошлое заставило Элину, уже почти достигшую уровня полубога, потерять Божественность из-за одного-единственного всплеска эмоций.
Если бы не то воспоминание, она никогда бы не сломалась на грани прорыва.
Разрушить Божественность существу того уровня – значит выбить основу собственного «я».
Такое возможно только при испытании невыносимой правдой.
Она ведь почти стала земной богиней, посланницей Святого Света.
А значит, срыв был вызван чем-то чудовищным: кто-то распахнул дверь, которую она столько лет держала взаперти, и уничтожил всё внутри.
→
Из событий позднее Су Бэй помнил: Элина никогда не говорила о родных.
Никогда.
Значит, не хотела вспоминать.
Похоже, именно тогда с её семьёй случилась беда.
Неужели всё бесполезно, и его вмешательство не изменило судьбу?
Су Бэй прищурился и пошёл дальше, стуча в двери одну за другой.
Наконец, он дошёл до развалин, где должна была стоять прежняя хижина.
Это место, где Элина когда-то жила. Возможно, позже она переезжала, но сюда вернулась перед тем, как уйти служить в церковь Святого Света.
Су Бэй наклонился, изучая узор на выбитом полу и следы магии, оставшиеся на осколках.
Пол и камни явно переворачивали повторно.
Разрушение было замаскировано под естественное обрушение.
И на полу виднелись следы Святого Света.
Но Элина сюда больше не приходила.
Селяне уверяли: ни разу.
И это логично.
Если бы она вернулась, её Божественность рассыпалась бы вмиг, а вместе с ней и иллюзия «защищённого дома».
Но защитила ли она его на самом деле?
Ответ был очевиден.
Неудивительно, что, когда всё всплыло, Элина рухнула духом, её сознание обрушилось.
Потому что на стенах руин остались следы Святого Света.
Если не она их оставила – кто?
Всё ясно без слов.
Существо, которому она молилась, предало её.
Что же до самих жителей…
Он не сомневался: они что-то знали. Все до единого. Просто повторяли одну и ту же историю.
Но Су Бэй решил пока не применять другие методы.
Все следы указывали в одном направлении – на местную церковь Святого Света.
До полудня оставалось немного. На разбирательство времени не хватало.
Он взвесил всё и направился к ближайшей торговой улице у входа в городок.
Пара шагов – и на перекрёстке появилась улочка с магазинами и соседняя – с увеселительными заведениями.
Он выбрал вторую и зашёл в старую таверну, на вид очень давнюю.
Внутри стояла тишина.
Совсем никого.
Нет, всё-таки кто-то был.
За стойкой, едва виднеясь из-за её края, сидела низкорослая женщина и протирала кружку – хозяйка заведения.
Услышав шаги, она повернулась.
Невысокая, грубоватая, с чертами, выдающими родство с дворфами.
— О, паренёк, рано ты. Беда, девки мои опять дрыхнут, чтоб их. Эх, эти дармоедки: только и знают, что кровь из меня тянут! — Она фыркнула, тыкая пальцем куда-то наверх. — Подъём, клуши! Принцессы… ромашки… кошечки… красавицы…
— Так что, клиент, особые пожелания будут? Я всё найду: зверолюди, эльфийки, людские красавицы – юные, зрелые, какие пожелаешь. Даже если нет, сыграют как надо.
— Только помни: у нас правила. Девчонки – только выпить и поговорить. Если хочешь большего – сперва спроси, без разрешения ни-ни. За последствия не отвечаю.
— А если не удержишься – ступай в соседнюю гостиницу. Там дешевле, да и хоть землетрясение устрои́ – никому дела нет.
— Нет, я ищу не их. — Су Бэй покачал головой.
— Меня, значит? — Женщина прищурилась и шумно втянула воздух. — Пахнет неприятностями…
— Мне нужно узнать кое-что, — мягко сказал Су Бэй и положил на стол золотую монету, придвигая её к женщине пальцем.
Комментарии