Наспех перекусив в столовой, Линь Чжоу вопреки обыкновению не пошел в сторону западных ворот, а вышел через восточные на улицу, прилегающую к кампусу с востока.
В отличие от оживленной западной стороны с ее непередаваемым духом жизни, пестрящей ресторанами, барами и лавками, восточная улица Педуниверситета выглядела куда более строго.
Автомобили неслись по просторной шестиполосной дороге, прохожие на переходах спешили по своим делам, уткнувшись в телефоны, и только студенты, входившие и выходившие через ворота, еще задирали головы, весело болтая и излучая юношескую энергию.
Маленькие магазинчики, что когда-то теснились у ворот, несколько лет назад попали под программу благоустройства. Их витрины, выходившие на улицу, заложили бетоном, превратив бывшие лавки в часть университетских построек.
Многих студентов такое решение возмутило, но Линь Чжоу понимал, что руководству вуза оно далось нелегко.
Приведение города в порядок – часть общего плана развития столицы, и какой-то там университет обязан подчиняться государственной политике.
К тому же те лавчонки и впрямь портили облик района: вечные помои, выливавшиеся прямо на тротуар, засаленные швы между плитками и вечно заставленные товаром дорожки для слабовидящих.
В итоге университет пошел на компромисс, помогая согласным владельцам арендовать новые места на западной стороне. Все прошло довольно гладко, так что повода клясть администрацию на чем свет стоит Линь Чжоу не видел.
Впрочем, пришел он сюда не ради ностальгических прогулок или созерцательной грусти. Перейдя по надземному переходу, он остановился перед дверями ветеринарной клиники, открывшейся здесь не так давно.
Раз уж он собрался в северную часть кампуса подкормить местных кошек и собак, следовало подготовить «подарки для знакомства» – корм, лакомства и прочие вкусности.
Клиника называлась «Сэйфир», и это название вызывало у Линь Чжоу легкую усмешку.
Слово созвучно английскому «safe» – «безопасность», и было ясно, что владелец хотел выделиться.
Но Линь Чжоу не покидало подозрение: а не поигрывает ли хозяин заведения в «Honkai: Star Rail»? Может, он еще и кошатник, вот и решил в порыве вдохновения назвать клинику в честь игрового персонажа?
Если вспомнить, та героиня тоже была той еще кошечкой.
— Добро пожаловать! — Раздался механический голос, стоило Линь Чжоу толкнуть стеклянную дверь. Девушка-администратор, увлеченно листавшая ленту в телефоне, вздрогнула и вскинула голову.
— Здравствуйте! Добро пожаловать в клинику «Сэйфир», чем я могу вам помочь?
Она машинально глянула вниз, к ногам Линь Чжоу, но, к своему удивлению, не увидела там никакого питомца.
— Здравствуйте. Мне нужен пакет кошачьего корма, пакет собачьего и какие-нибудь лакомства, которые подошли бы и тем и другим. Что посоветуете?
— Конечно-конечно! А сколько вашему ребенку? Какая порода? У нас отличный выбор кормов, и лакомств полно! — Почуяв выручку, сотрудница тут же выскочила из-за стойки с радушной улыбкой.
Линь Чжоу на мгновение замялся.
Он машинально потер переносицу:
— Э-э, видите ли… Я студент Педуниверситета. Еда нужна для бездомных животных, так что о породах я понятия не имею.
— Ах да, у меня есть листовка с фотографиями, там точно такие будут. Не посмотрите? — Линь Чжоу спохватился и выудил из кармана смятый листок.
Девушка взяла бумагу, пробежала глазами по фото и невольно цокнула языком:
— Да тут почти все породистые… Смотрите, вот эти двое – американские короткошерстные, этот – рэгдолл. А тут – цвергшнауцер и бишон. Все породистые!
— Те, кто их выбросил – просто подонки! Не хочешь держать – отдай в добрые руки. Эх… И животные мучаются, и обществу лишние заботы, — в сердцах выругалась она, хмуря брови.
Линь Чжоу посмотрел на нее, и перед глазами невольно возник образ Сяобай, вечно следовавшего за ним по пятам.
— Да, те, кто бросает своих питомцев, действительно заслуживают худшего, — поддакнул он.
— В вашем Педуниверситете вообще студенты сознательные. Ваш Клуб любителей животных постоянно приносит бедолаг на стерилизацию, — заметила девушка. — Раз уж вы для этих несчастных берете, пробью вам скидку по карте лояльности. По пакету корма и упаковку сушеной утиной грудки, идет?
Линь Чжоу кивнул.
Сейчас он получал 200 юаней в день за подработку, плюс две тысячи родительских на жизнь – при должном умении можно было даже что-то откладывать. Покупка стоила как один его вечерний заработок, к тому же университет еще должен был выплатить ему обещанную премию в 500 юаней.
— Со скидкой – сто шестьдесят девять юаней. Вот ваш пакет! — Она протянула ему покупки.
Линь Чжоу уже собрался уходить, как она вдруг окликнула его:
— Ах да, чуть не забыла. Если встретите здесь поблизости бездомных кошек или собак, приносите их к нам на стерилизацию. Сделаем совершенно бесплатно.
— Это распоряжение нашего босса, — гордо добавила она, выпрямив спину.
Линь Чжоу прекрасно понимал важность контроля популяции бездомных животных. Его глаза азартно блеснули, и он кивнул.
— Хорошо, договорились. Если получится поймать – обязательно приведу.
С этими словами он подхватил пакет, вышел на улицу, пересек мост и вернулся на территорию кампуса. Его путь лежал на север по главной дороге, пронзающей университет насквозь.
Если говорить об истории Педуниверситета, то небольшая роща на севере определенно могла претендовать на звание самого древнего уголка.
Говорили, что при основании вуза здесь находилось кладбище. Захоронены там были, конечно, не великие правители или знать, а безвестные евнухи и служанки из императорского дворца.
Именно в северной роще концентрация могил была самой высокой. Эксперты в свое время не советовали строить здесь ни жилые корпуса, ни учебные залы – и фундамент закладывать неудобно, и «чертовщины» всякой опасались.
В итоге решили просто: повалить все надгробия, засадить землю деревьями, сохранив ландшафт, и поставить на небольшом холме беседку Багуа для завершения образа.
Однако слухи об этом месте среди преподавателей и студентов множились, обрастая нелепыми подробностями. Байки о призраках и самоубийствах превратили рощу в эпицентр университетского фольклора. Кроме самых смелых студентов, люди сюда почти не заглядывали.
Зато бездомное зверье чувствовало себя здесь в полной безопасности.
Линь Чжоу в подобные сказки не верил. Чтобы призраки павшей династии пугали гражданина КНР? Да как им вообще такое в голову придет?
Потому он без малейшего трепета свернул на тропинку, ведущую вглубь леса.
Но едва он ступил под сень деревьев, как у него невольно перехватило дыхание.
Днем это место казалось невзрачным, но ночью оно словно преображалось.
Шел восьмой час вечера. Тяжелые облака плотным одеялом укутали луну, пропуская лишь крохи бледного света.
Фонари освещали только пятачок у входа, а дальше тьма сгущалась.
Длинные тени деревьев ложились на землю причудливыми фигурами, ветви сплетались над головой. Стоило подуть ветру, как листва отзывалась дробным, частым шелестом – и было трудно разобрать, ветер это или чьи-то осторожные шаги.
Линь Чжоу невольно замедлил ход.
— Здесь фонари перегорели, почему школа их не чинит? — Пробормотал он себе под нос.
Оглянувшись, он понял, что прошел по гравиевой дорожке уже приличное расстояние. Свет от входа все еще был виден, но его наполовину перекрывали стволы деревьев, оставляя лишь размытое марево.
Линь Чжоу поспешно включил фонарик на телефоне и двинулся дальше.
В листовке говорилось, что у входа должны дежурить члены клуба, чтобы проводить новичков к беседке Багуа, где обустроены лежанки. Но время было позднее, дежурные, должно быть, уже ушли, и никаких указателей Линь Чжоу не увидел.
Придется искать самому. Место не такое уж большое – покормит зверье и сразу назад.
Пока он шел, водя лучом света по сторонам, на самой границе видимости он вдруг заметил неподалеку под деревом смутную тень.
Фигура была неподвижна, но очертания явно не походили на пень или куст. Скорее казалось, что там кто-то притаился на корточках.
Кошка? Собака? Нет, он светил прямо туда, а существо даже не шелохнулось. Будь это человек, он бы хоть как-то отреагировал на свет, верно?
Что это еще за напасть? И почему фонарик в телефоне такой тусклый? С такого расстояния ничего не разобрать!
Сердце Линь Чжоу пропустило удар.
Но, быстро взяв себя в руки, он решительно направился к тени.
Комментарии