Вечер, праздничный ужин в честь дня рождения.
Огромный банкетный зал главного замка маркиза сиял, как днем, хрустальные люстры преломляли ослепительные лучи, а в воздухе струилась плавная мелодия струнных инструментов.
Исен в темно-синем парадном костюме занял место за почетным столом. Рядом с ним сидело несколько старших членов семьи, а по обе стороны длинного стола расположились знатные чиновники владений и рыцари-вассалы.
Изысканные блюда подавались нескончаемым потоком.
— Молодой господин Исен, — сидевший слева от него седобородый старый казначей поднял бокал. — Еще раз поздравляю Вас с днем рождения! Пусть божества благословят Ваше испытание через десять дней и принесут семье Рио новую славу!
Не успели стиснуть слова старого казначея, как вмиг теплая и непринужденная атмосфера банкетного зала словно заледенела.
Музыка внезапно смолкла, звон бокалов прекратился, улыбки и разговоры застыли на лицах, сменившись мертвой тишиной.
«Божества»!
Мягкая улыбка мгновенно исчезла с лица Исена.
Он резким движением перевел взгляд на старого казначея, а в его глазах блеснула острота клинка.
Мгновение спустя…
— Бам!
Хрустальный бокал в руке Исена с тяжелым стуком рухнул на стол, плеснув во все стороны вином.
— Взять его!
Лишних объяснений не потребовалось: из теней в углу банкетного зала черными пантерами выметнулись двое элитных рыцарей в черных кожаных доспехах.
Один заломил старому казначею руки за спину, а второй ловко заткнул ему рот специальной мягкой тряпкой.
Все произошло в доли секунды.
Старый казначей даже не успел сопротивляться, как его намертво зафиксировали и выволокли из-за стола.
— Мрм! Мр-мрм! — В ужасе вытаращив глаза, он тщетно пытался заглушить мольбы о пощаде, застрявшие в горле.
В банкетном зале воцарилась зловещая тишина.
Лица всех гостей побелели, они боялись даже дышать.
Исен медленно поднялся с места, обведя взглядом присутствующих, и по залу волной прокатилось тяжелое давление истинной аристократической власти.
— Форт.
Старый Форт бесшумно возник подле Исена, склонив голову в знак почтения.
— Допросить немедленно. Выяснить, была ли это старческая оговорка по слабоумию, злой умысел по чьему-то наущению или… нечто иное, заслуживающее кары.
— Слушаюсь, молодой господин.
Старый Форт чуть приподнял руку, и двое стражников тут же поволокли продолжавшего беспомощно трепыхаться старого казначея в глубину боковых покоев.
Взгляд Исена вновь скользнул по затаившим дыхание людям, а на губах вновь заиграла едва заметная, но совершенно бездушная улыбка:
— Небольшая заминка, потревожившая ваш досуг. Банкет продолжается.
Он первым поднял заново наполненный бокал и сделал легкий глоток.
Музыканты, словно очнувшись ото сна, задрожавшими пальцами вновь завели мелодию.
Однако атмосфера в зале уже кардинально изменилась.
Звон бокалов возобновился, но теперь сопровождался осторожными, нарочито приглушенными голосами, а улыбки на лицах гостей казались натянутыми и жалкими.
Праздничный ужин, который должен был пройти в теплой обстановке, завершился в тягостной атмосфере страха и благоговения.
Когда гости, охваченные чувствами чудом уцелевших людей, один за другим откланялись, в просторном банкетном зале остались лишь Исен и старый Форт.
— Молодой господин, результаты предварительного допроса. Это действительно была старческая оговорка из-за потери рассудка на фоне долгого приема успокаивающих снадобий, никакого внешнего влияния или иного умысла нет. Его семья тоже ничего не знала и испытывает ужас.
— Хм, раз уж умом он тронулся, переводить харчи без надобности не стоит. Труп повесить у Северных ворот на трехдневное всеобщее обозрение.
— Будет исполнено, — старый Форт склонил голову.
…
Передний двор замка маркиза.
Пять тяжелых дубовых повозок, украшенных глубоко-синими гербами с терновым венцом Рио, выстроились в ряд. Около пятидесяти элитных рыцарей в доспехах уверенно держали коней под уздцы, излучая непоколебимую, словно камень, собранность.
Капитан рыцарей Блейк уже стоял по стойке смирно. Он нарочно не стал сводить синяк на запястье, оставленный вчерашним ударом, и теперь ждал приближающегося Исена. Во взгляде Блейка читалась абсолютная, доселе не виданная премия благоговения, а его правая рука легла на грудь в тяжелом и твердом приветствии.
Старый Форт молча распахнул дверцу самой большой кареты в центре кортежа.
Внутри оказалось просторно: мягкие темно-бархатные сиденья, встроенный небольшой столик с закрепленной хрустальной утварью, а в боковом тайнике лежали припасы, карты в свитках и томик «Основы имперской геральдики».
Исен слегка кивнул и ступил на подножку.
Жаль, семья блюдет строгость, и кроме повседневного слуг, служанок к нему близко не подпускают.
Какая жалость!
— Молодой господин, — старый Форт подался вперед, понизив голос. — Маршрут оптимизирован, все придорожные посты охранения приведены в состояние наивысшей боевой готовности. Дорога займет около пяти дней.
— Понял. — Исен забрался внутрь кареты, и дверца бесшумно захлопнулась.
— Выступаем!
Кортеж едва заметно качнулся, а затем усиленная подвеска передала мягкий, мерный ход.
Пейзаж за окном плавно поплыл назад, а высокие шпили замка постепенно растворились в утренней дымке.
Огромные очертания столицы проступили на горизонте лишь на третий день к вечеру.
Массивные городские ворота наподобие пасти гигантского зверя пропускали упорядоченные потоки людей и повозок, досматривая каждого под суровыми взглядами стражников и сиянием защитных магических куполов.
Карете с терновым гербом Рио не нужно было стоять в очереди: она сразу свернула в боковой проход, открытый исключительно для высшей знати.
Стоило карете въехать в столицу, как Исен через идеальное по звукоизоляции закаленное хрустальное стекло устремил взгляд вдаль, на скопление зданий, укрытых полупрозрачным силовым полем и испускавших в сумерках мягкое таинственное сияние.
Огромная Башня Магов.
Она черным исполином возвышалась в самом сердце столицы, холодно взирая на копошащихся у ее подножия смертных, словно на муравьев.
То была Башня Магов Гарла, третьего адепта, состоявшего на службе империи.
Да, этот третий адепт находился всего в шаге от ранга полноправный ведьмак, однако оставался «бесполезным» ведьмаком-адептом, навсегда утратившим шанс перешатнуть эту грань.
И тем не менее, даже этот «бездарь» обладал колоссальным влиянием в империи.
С его мнением приходилось считаться даже самому императору.
Улицы были широки, а мостовые из черного обсидиана сияли, словно зеркала.
Карета рода Рио обладала привилегией беспрепятственного проезда и не нуждалась в ожидании в толчее у ворот.
Однако, когда навстречу им медленно проследовал кортеж под золотыми львиными штандартами императорского дома, карета Исена, как и все остальные экипажи знати, безмолвно остановилась, пропуская процессию.
У императорского кортежа не было пышной показухи, но при его проходе прохожие, уличные торговцы и даже мелкие дворяне по обе стороны улицы инстинктивно склоняли головы или прижимали руки к груди.
Не из почтения к монаршему дому – дело было в едва заметном серебряном значке на боку невзрачной черной кареты в самом центре процессии: он изображал три пересекающихся ромба и служил меткой слуг Башни Магов.
Одно лишь появление простой прислуги заставляло кареты высшей имперской аристократии замирать на месте.
Исен молча наблюдал за происходящим.
Стекла кареты отсекали внешний шум, но тяжесть абсолютной силы отчетливо просачивалась сквозь эту тишину, в каждом застывшем экипаже и подобострастной позе.
Блейк и другие рыцари охраны выпрямились в седлах, их лица приняли суровое выражение.
Старый Форт неподвижно стоял у кареты, и лишь в глубине его невозмутимых глаз мелькнула тень предельной собранности.
Колеса закрутились вновь, направляясь к столичной резиденции семьи Рио.
За окнами по-прежнему кипела шумная и роскошная столица, но в груди юноши зрело четкое, доселе незнакомое желание:
Сила!
Истинная, принадлежащая только ему сила, способная попирать законы и смотреть на этот бренный мир свысока!
Комментарии