Лучевой Срезец рассекает воздух за счет вливаемой в него внутренней энергии, а сложная техника изготовления обеспечивает ему куда большую убойную силу, чем у обычного металла. Вот только обычному человеку им не совладать – сперва необходимо освоить боевые каноны.
Поэтому подарки, доставшиеся Лу Чжао и его товарищу, пока оставались самыми заурядными кинжалами.
Что до всякого рода клинков, то в Дацине их никто особо не контролирует: всё равно резать людей незаконно, а за незаконное деяние непременно скрутят, да еще и при задержании прямо на месте пустить в расход могут.
— Таньху, прибереги вещицу как следует, ни в коем случае не продавай. То, что дарят такие мастера, скрывающиеся от мира, дурного не бывает. Это он только на словах говорит, что безделушка.
— И в мыслях не было продавать, — отозвался Чэнь Циньху.
Лу Чжао наигранно вздохнул:
— Эх, да я и брать-то не хотел, да он силком всучил! Теперь вот в долгу перед человеком, потом ведь отрабатывать придется, хлопот не оберешься.
«…»
Что-то секунду назад ты совсем по-другому рассуждал.
Даже всегда готовый подобострастно заглядывать в рот Чэнь Циньху лишился дар речи, но спустя полминуты всё же пришел к выводу:
— Ладно, можешь мне не напоминать, я сам запомню, что перед ним в долгу.
С этими словами он слегка нахмурил брови.
Пусть дарить или не дарить подарки – личное дело Zhou Changsheng, и для мастера такого скрытного толка парочка ножичков, возможно, щий пустяк, но сам Чэнь Циньху твердо намерен эту услугу не забывать.
Вот только Лучевой Срезец стоит дорого, и с его-то благосостоянием быстро рассчитаться не получится.
Даже если сейчас у него обнаружился девяностопроцентный потенциал к боевым искусствам, тот старый военврач предупреждал: точность измерений едва ли достигает шестидесяти процентов, а дальше всё зависит исключительно от того, как пойдет усердная тренировка.
К тому же, даже с такими выдающимися задатками на то, чтобы выбиться в настоящие мастера, уйдет немало времени – не озарение же на него снизойдет, в самом деле.
Чэнь Циньху невольно погрузился в мрачноватые раздумья о будущем.
В этот момент Лу Чжао толкнул его в бок:
— Наперегонки до станции легкорельсового транспорта!
И, не дожидаясь ответа, припустил во всю прыть.
Чэнь Циньху на мгновение замер, а затем тоже сорвался с места, бросившись в погоню за удаляющейся фигурой и разом стряхнув с себя все тревоги.
…
Когда Лу Чжао вернулся домой, родители как раз крутились перед зеркалом, приводя в порядок одежду.
— Разве мы не просили тебя вернуться пораньше? Живо умойся, причешись, перед людьми нужно выглядеть подобающе, — напустилась на него Чжан Шухуа.
— К отцовскому сослуживцу?
— Угу.
Из спальни вышел Гу Юн с суровым лицом:
— Этот мой сослуживец – Линь Чжоуюнь, инженер из «Гучжун Хэцзы». Он отправляется в поход вместе с флотом. Навестим его, постараемся пристроить тебя в ремонтное подразделение – пойдешь по технической части, там и выживаемость выше, а после возвращения можно будет и на крупный военно-промышленный завод руководящим кадром перевестись, ха-ха-ха!
«…»
Лу Чжао во все глаза наблюдал, как суровость на отцовском лице постепенно сменяется блаженной улыбкой маньяка – словно он уже видел сына победоносно возвращающимся из победного похода во главе имперской оборонной промышленности.
Чжан Шухуа не выдержала и гневно оборвала его:
— Хватит чепуху молоть, поживее собирайся да пошли уже.
Тогда Лу Чжао поплелся в уборную, перед зеркалом изобразил подобие приличной прически, а после увязался за родителями.
На сей раз семейство обошлось без Гу Цзянин: ее оставили дома намеренно, опасаясь, что та опять ляпнет что-нибудь не то и рассорит их с нужными людьми. Так что девчонке велели разбираться с ужином самостоятельно.
Пересечь город на машине заняло почти час, пока наконец они не затормозили у ворот жилого комплекса.
В пределах Дацина большинство простых обывателей ютится в обособленных многоквартирных домах башенного типа – там раз в месяц требуется лишь раскошеливаться на уборку территории, правда, и условия оставляют желать лучшего, вплоть до вполне реальной угрозы взлома и грабежа.
В подобных же жилых комплексах имеются штатные консьержи, уборщики, охранники и ремонтники, а расходы покрываются уже настоящей квартплатой. Только вот суммы эти на порядок превышали то, к чему Лу Чжао привык в прошлой жизни: рядовому гражданину такое было просто не по карману, и поселиться здесь нечего было и думать.
Оставив машину на парковке, троица отметилась у привратника и лишь после этого получила разрешение войти.
— Ты только посмотри: у них тут и деревья как деревья, и газоны ухоженные. Красота-то какая.
Чжан Шухуа жадно вглядывалась в клумбы и лужайки – она страсть как любила всякую зелень, не зря же весь балкон дома заставила кадушками.
Лу Чжао едва сдерживал усмешку: уровень местного озеленения ничем не превосходил кварталы провинциальных застройщиков времен его прошлой жизни с их скромными семью тысячами за квадратный метр – хвастаться тут было нечем.
И лишь теперь он по-настоящему осознал, почему окружавшая его обстановка вечно давила на психику: дело было не только в мрачной палитре зданий, а в пугающей бедности местной флоры и фауны – цветов, травы, деревьев и мелкой живности здесь почти не водилось.
— На других планетах наверняка иначе. Возьми хоть Округ Небесных Ворот – благодать, каждый день зазывают переселенцев.
Впрочем, пообещать-то Гу Цзянин переезд он пообещал, но провернуть такое на практике – задача не из легких. Чем выше комфорт проживания, тем более весомого положения для этого требуется: не получив офицерского звания уровня дафу, об эмиграции в Округ Небесных Ворот лучше даже не мечтать.
Троица вошла в средний многоподъездный дом повышенной комфортности, поднялась на двадцатый этаж и позвонила в дверь.
— Ого, а вот и гости! Проходите, милости просим. Ай да вы, старые знакомые, зачем же с пустыми руками-то? Присаживайтесь, присаживайтесь. Племянник, небось? Ишь как вымахал! Угощайся, клубника свежая, сладкая.
Линь Чжоуюнь оказался сухощавым мужчиной с волевым квадратным лицом, густыми бровями и в очках в золотой оправе. Выглядел он интеллигентно, и весь его облик вместе с манерой одеваться идеально соответствовал образу инженера.
Усевшись на диване, супруги Гу принялись наперебой расточать хозяину дома комплименты: мол, Линь Чжоуюнь еще в университетские годы блистал успехами, а теперь вот в такие молодые годы уже ходит в инженерах – какое блестящее будущее его ждет.
Лу Чжао к этому моменту уже успел собрать нужную информацию.
Он знал, что здешние военные инженеры разительно отличаются от специалистов из его прошлого мира и больше смахивают на эдаких технократов-подрядчиков со своими бригадами.
В подчинении у каждого инженера обычно состоит целый штат: техники, квалифицированные рабочие и ученики.
Пусть аналогия и хромает, но в каком-то смысле таких людей вполне можно было уподобить мастерам артефактов.
Поболтав некоторое время, Гу Юн и Линь Чжоуюнь удалились на балкон покурить, плотно притворив за собой балконную дверь.
Брови Лу Чжао невольно сошлись на переносице – в груди зародилось нехорошее предчувствие.
Вскоре оба вернулись с сияющими лицами и продолжили непринужденную беседа до самого вечера, пока с работы не вернулась жена Линь Чжоуюня – на вид молодая женщина едва ли тридцати лет.
— Оставайтесь-ка поужинать, — с улыбкой предложил Линь Чжоуюнь.
— Нет-нет, мы вынуждены отказаться, нам еще дочку забирать, да и у тестя с тещей ужин ждет.
Гу Юн с широкой улыбкой вежливо отклонил приглашение.
На самом деле никаких планов у них не было: просто приглашение хозяина звучало лишь из вежливости. Его супруга, переступив порог, держала в руках брендовую сумочку, а вовсе не пакеты с продуктами, да и наемной кухарки на кухне не наблюдалось – останься они здесь, ужинать пришлось бы разве что воздухом.
Линь Чжоуюнь до самого конца держался исключительно радушно, демонстрируя безупречное гостеприимство, и провожал их до тех пор, пока створки лифта не сошлись.
Стоило им спуститься на первый этаж, как Чжан Шухуа тут же нетерпеливо спросила:
— Ну что, уладили?
— Угу. Сяо Чжао, завтра после обеда отправляйся на сборный пункт, он выделит тебе временную должность. Поосвоишься с недельку, а когда поднимемся на борт, будешь действовать по его указаниям.
М? — Услышав это, Лу Чжао мгновенно повеселел.
Как бы там ни складывались дела после выхода в открытый космос, а сейчас он как раз ломал голову над тем, как бы тайком пробраться в инженерный сектор гарнизона ради фарма полезных навыков.
— И во сколько это обошлось? — Поинтересовался он.
— Подумаешь, деньги… — Гу Юн с напускной беззаботностью уставился перед собой.
Лу Чжао только вздохнул:
— Пап, я ж тебе не Гу Цзянин, неужели не вижу? Вы же там на балконе конкретно так сторговались. Мне просто интересно, назад-то всё равно не потребуешь.
Он уже давно понял, что Линь Чжоуюнь и не помышляет освежать в памяти былое студенческое товарищество – чистой воды коммерческий расчет.
Впрочем, вполне ожидаемо: в конце концов, Гу Юн всего лишь рядовой заводской техник, а тот – без пяти минут владелец целой команды «мастеров артефактов». Социальный статус разный, да и связей они не поддерживали долгие годы.
Немного поколебавшись, Гу Юн выдавил:
— Двести тысяч.
— …Может, поинтересуемся, нельзя ли сдать назад?
Лу Чжао не ожидал, что ценник окажется настолько кусачим.
Их семья всегда жила ладно да складно, избегая серьезных потрясений, так что за все годы набралось едва ли с полмиллиона сбережений – точную сумму он не знал, но вряд ли там набегало больше пятисот тысяч, а теперь вот разом пришлось выложить львиную долю.
Конечно, в обычной жизни он мастер постричь дурака и повалять дурака, но когда дело доходило до призыва в армию, родители проявляли железобетонную непреклонность.
Поразмыслив, Лу Чжао решил больше не спорить.
Ладно, раз уж уплочено двести тысяч, мне придется как следует наведаться в этот инженерный сектор и вытащить оттуда все ценные навыки до последнего!
Комментарии