Благодаря столь яростной рекламной кампании дела в ресторане семьи Ван пошли в гору: небывалым спросом пользовались и вино, и хого, и жареные блюда.
Каждый, кому довелось отведать местную кухню, не скупился на похвалы.
В полдень на трапезу пожаловали даже бессмертные из двух семейств Концентрации Ци уезда Пинцзе; покончив с едой, они остались в полном восторге.
Это окончательно подогрело атмосферу в заведении.
Вино «Опьянение Цинъюнь» мгновенно стало хитом – желающие купить его выстраивались в бесконечную очередь.
Лу Цзинъань тем временем, используя связи семьи Ван, разослал заранее подготовленные подарочные наборы влиятельным людям уезда Пинцзе.
Сосуды для вина были сделаны из глазури, секрет производства которой воссоздал Лу Сюань. И хотя для семей культиваторов глазурь не представляла ценности, для обычных людей она была поистине драгоценным материалом.
Более того, Лу Сюань придал сосудам изысканную форму. Чистейшее вино, переливающееся внутри, мгновенно возводило статус подарка в абсолют.
Даже представители двух семейств Концентрации Ци остались крайне довольны.
Пусть золото и серебро смертных их мало заботило – ведь каждый год им доставалось по две десятых от налога на бессмертную судьбу, а остальное уходило наверх, – но подобные искусные вещицы было не достать, если только не прибегать к помощи магии.
…
Вечером Лу Сюань велел Е Вэньтао проводить Су Цзин и остальных домой, а сам остался в городе.
Сегодняшний день ознаменовался блестящим началом, и Ван Юаньхуа несколько раз присылал людей, настаивая, чтобы он обязательно задержался.
Отказать столь радушному приему Лу Сюань не смог.
Спустились сумерки. Ресторан семьи Ван.
Ради сегодняшнего банкета Ван Юаньхуа еще засветло приказал лавочнику прекратить прием гостей и подготовить побольше свежих продуктов.
Лу Сюань вошел внутрь.
Увидев гостя, к нему подбежал молодой слуга.
— Где господин Ван Юаньхуа? — Спросил Лу Сюань.
— А, вы почетный гость господина Вана! Прошу наверх, господин уже давно вас ожидает.
Лу Сюань поднялся на второй этаж. Зал здесь был довольно просторным, и внутри небольшими группами уже сидело множество людей.
— Брат Лу, сюда! — Громко окликнул его Ван Юаньхуа, сидевший во главе стола. Он указал на место подле себя, приглашая Лу Сюаня сесть рядом. — Ну всё, подавайте блюда!
Вскоре на столе появились разнообразные изысканные яства.
Вино лилось рекой, а блюда сменяли друг друга.
Поскольку собралась в основном молодежь, тем для разговоров нашлось предостаточно. Лу Сюань не держался особняком, и вскоре все весело общались между собой.
— Брат Лу, раз уж у тебя теперь такое прибыльное дело, к чему ютиться в этой деревне Сишань? — Подал голос один из присутствующих. — Ты вполне мог бы прикупить недвижимость в уезде. Максимум через три года пустишь здесь корни.
Это был Ван Чэньфэн, старший сын Ван Юаньхуа, обладавший боевым уровнем на средней стадии Сяньтянь.
— Брат Ван, трудно покидать родные края, — ответил Лу Сюань. — Там жили мои предки из поколения в поколение. К тому же сейчас я нажил лишь крохи, как мне выжить в уездном городе?
— Под присмотром нашей семьи Ван кто посмеет чинить препятствия твоей семье Лу?
— И вовсе это не крохи, брат Лу. С таким размахом прибыль от продажи вина за год будет весьма внушительной.
— Ха-ха, если вычесть расходы, останутся лишь трудовые гроши.
— Ладно тебе. Твой дядя Лу не любит город, чего ты заладил? — Ван Юаньхуа прервал сына, бросив на него резкий, пронзительный взгляд. — Ведешь себя так, будто в Пинцзе всё решаешь ты.
По мнению главы семьи, старший сын обладал лишь узким кругозором и был лишен истинного таланта. Ван Юаньхуа сам называл Лу Сюаня «братом», а этот наглец смеет обращаться к нему так же? Совсем страх потерял!
Чем больше Ван Юаньхуа общался с Лу Сюанем, тем яснее понимал: этот человек – не чета обычным людям. Настанет день, и золотая чешуя обратится драконом, взмывающим в небеса.
— Не принимай близко к сердцу, брат Лу, — улыбнулся Ван Юаньхуа. — Я и сам считаю, что Сишань – отличное место. Вот состарюсь, тоже переберусь туда на покой. Ты уж тогда не прогоняй старика.
— Если брат Ван приедет, я подготовлю постель и встречу тебя с радостью.
Застолье затянулось до глубокой ночи. Наконец все, кроме Лу Сюаня и Ван Юаньхуа, разошлись.
Внизу, у выхода.
— Господин, этот Лу Сюань – всего лишь деревенщина. С какой стати ему делить прибыль с нашей семьей пополам? — Ворчали спутники Ван Чэньфэна. — Надо найти случай, заставить его отдать рецепт и вышвырнуть из дела!
— И то верно. Сегодня господин предложил ему обосноваться в городе, а он и пикнуть не посмел. Видать, трус порядочный. Только в своей глуши и может важничать, а для серьезных дел не годится.
Ван Чэньфэн и еще несколько отпрысков семьи Ван направились в башню Цзуйчунь для «второго круга».
— Господин, если бы не дядя, опекающий этого Лу Сюаня, разве сел бы он с нами за один стол?
Это были дети из второй и третьей ветвей семьи, а также дальние родственники. Услышав, что Лу Сюань забирает половину прибыли винокурни и ресторана, они загорелись желанием проучить его.
Однако, страшась авторитета Ван Юаньхуа, они осмелились лишь на то, чтобы Ван Чэньфэн за столом прощупал почву словами.
— Не знаю, что нашло на отца, раз этот простолюдин затуманил ему взор, — процедил Ван Чэньфэн. — Пока оставим это. Время терпит. Винокурня и ресторан только открылись, подождем, пока всё наладится, а там решим.
— Истину говорите, господин! Будь у Лу Сюаня хоть десятая доля вашего великодушия и прозорливости, он бы не побоялся осесть в городе.
— Ха-ха-ха! Он труслив как заяц, и говорить о нем не стоит. Пьем, друзья, пьем!
…
В ресторане семьи Ван.
— Брат Лу, не принимай близко к сердцу сегодняшние разговоры, — произнес Ван Юаньхуа.
— Это лишь пустая болтовня, — Лу Сюаню было всё равно.
— Вот-вот, болтовня и есть. Пей!
Они беседовали обо всем на свете. Ван Юаньхуа, которому уже перевалило за пятьдесят, любил предаваться воспоминаниям.
Лу Сюань же, прожив две жизни, обладал глубоким пониманием многих вещей, так что беседа лилась непринужденно.
— Чуть не забыл, — Ван Юаньхуа выпрямился, его лицо стало серьезным. Он пристально посмотрел на собеседника.
— Говори, брат Ван.
— Ты помнишь должность патрульного офицера гор?
— Конечно. Именно благодаря ей мы и познакомились.
— Сейчас эта должность существует лишь на бумаге, но недавно я кое-что услышал от главы уезда. В горах Цяньфэн из-за повышения уровня духовной энергии стали часто находить сокровища небес и земли: где-то древние травы мутировали, где-то выросли новые. А варвары и беженцы, живущие в горах, знают те места как свои пять пальцев. За пять лет они накопили немало добра. Похоже, князь намерен наладить с ними торговлю!
— Ох… Неужели? — Лу Сюань изумленно вздохнул.
— Учти, правительство борется с варварами уже без малого сотню лет, а горные беженцы – это в основном преступники или доведенные до отчаяния крестьяне. Они по природе своей питают кровную вражду к властям. Разве это сработает?
— Я лишь слышал упоминание об этом от главы уезда. Главная причина в том, что среди варваров кто-то прорвался до ранга Боевого Святого, да еще и при поддержке бессмертных за спиной. К тому же в горах Цяньфэн не меньше сотен тысяч варваров. Пусть они и разрознены, это всё равно внушительная сила. Князь хочет подчинить их, и, судя по наличию бессмертных, верхушка варваров не прочь договориться. Если их примут на службу, это неизбежно отразится на деревнях у гор. Твоя деревня Сишань тоже окажется в зоне влияния.
Лу Сюань почувствовал внутреннее бессилие. Он всего лишь хотел развивать свою семью. Ему было плевать на интеграцию варваров, но последствия этой интеграции пугали. Как говорится, успех одного полководца стоит жизни десяти тысяч солдат. Великим мира сего нет дела до выживания тех, кто внизу.
— И сколько у нас времени?
— Эту новость я узнал пару дней назад. Князь отправил одного мастера для переговоров. Что до сроков – думаю, пройдет года два или три, ведь нужно утрясти распределение прибыли с варварами. Среди семей культиваторов тоже идет дележка. Говорят, в горной цепи Тысячи Пиков обосновалось несколько семей стадий Заложения Основ и Концентрации Ци, что неизбежно столкнет их интересы с семьями из столицы округа. К тому же, полагаю, перед окончательным миром нам еще предстоит сразиться с варварами – победа станет козырем за столом переговоров. Вот только не знаю, дойдет ли дело до битвы бессмертных.
Ван Юаньхуа сделал этот прогноз, опираясь на свой многолетний опыт.
Лу Сюань не стал ни подтверждать, ни опровергать эти догадки – война всегда была лишь продолжением политики.
— Спасибо за новости, брат Ван. Пью за тебя до дна.
— Пустяки. Об этом знают почти все в верхах. Слышал, в столице округа даже прибыли уже распределили, но вот что там у бессмертных – мне неведомо.
Лу Сюань слушал его, сохраняя внешнее спокойствие, но в душе уже принял решение. Раньше он планировал действовать осторожно и планомерно, теперь же придется ускориться и прибегнуть к более радикальным методам.
Комментарии