— Что там за шум снаружи? Такая суета… где ваши манеры? — Чжао Шоужэнь сдул чаинки и сделал глоток.
В комнату, спотыкаясь, ворвался мастер Срожденного состояния.
— Гла… глава… — в глазах воина застыл ужас, он с трудом сглотнул слюну. — Молодой господин… молодой господин…
Услышав об упоминании сына, Чжао Шоужэнь пришел в ярость:
— Этот негодник! Что он опять натворил? Я же велел ему пригласить гостя, а он поднял такой переполох.
Чжао Шоужэнь хорошо знал своего сына. Став главой клана, он часто использовал власть, чтобы поручать наследнику простые задания. Так он давал ему возможность внести вклад в дела семьи и накопить авторитет для будущего правления.
— Не гневайтесь, глава. Лин-эр еще молод, со временем он станет степеннее. У этого Лу Сюаня и так были с нами терния, и если бы Лин-эр был слишком вежлив, тот мог бы подумать, что мы его боимся.
Старик, сидевший в кресле, выглядел спокойным и невозмутимым, словно обычный человек. Это был Чжао Шикуань – полушаг к врожденному великому мастеру клана Чжао.
— Глава… молодой глава… он убит Лу Сюанем!! — Воин наконец выпалил новость. Если бы он промедлил еще секунду, Лу Сюань бы уже ворвался внутрь.
— Что?!
Чжао Шоужэнь в мгновение ока оказался перед воином и схватил его за шиворот. Его голос напоминал зимний лед, а глаза налились кровью:
— Молодой глава убит Лу Сюанем?
— Фэн-эр мертв? Фэн-эр мертв!! Тогда почему ты всё еще жив?
Сила мастера вырвалась наружу. Разгневанный Чжао Шоужэнь одним движением раздавил голову несчастного воина.
Сидевший рядом Чжао Шикуань не проронил ни слова, но его скрытая аура в миг получения известия взорвалась мощью, выражая его намерения лучше любых речей.
— Лу Сюань!! Лу Сюань, ты убил моего сына, я заставлю тебя заплатить кровью! Твоя жена, дети, старики – вся деревня Сишань заплатит своими жизнями за твой поступок!
Пусть его сын и был повесой, но он был сыном Чжао Шоужэня, а не каким-то простолюдином.
— Прошу старейшину помочь мне сразить этого зверя.
— Разумеется. Если мы не убьем его, другие решат, что клан Чжао можно безнаказанно притеснять!
— Эй, кто-нибудь!
— Мы здесь, глава!
— Соберите всех мастеров Срожденного состояния, окружите усадьбу. Этот злодей не должен уйти!
— Слушаемся!
… …
Лу Сюань прокладывал себе путь внутрь, убивая каждого на своем пути.
Слуга? Смерть.
Мастер боевых искусств? Смерть.
Ни капли милосердия.
Вскоре он вышел к главному залу.
Чжао Шоужэнь вместе с воинами клана уже ждал его там.
— Лу Сюань, ты чудовище! Я послал Лин-эра пригласить тебя, чтобы зарыть топор войны, а ты убил его!! Сегодня ты заплатишь кровью, и никто из твоей семьи не спасется!
— Ха-ха… — Лу Сюань лишь слегка усмехнулся. Ответом Чжао Шоужэню стал свист клинка.
Трехметровое лезвие из чистой энергии вспыхнуло на мече Лу Сюаня.
В одно мгновение он нанес десяток ударов, всё еще поддерживая видимость лишь обычного ранга мастера.
Он хотел действовать методично – как в поговорке о варке лягушки, постепенно вытягивая из клана Чжао все их силы.
Покажи он сразу мощь Врожденного Великого Грандмастера, кто-то из врагов наверняка попытался бы скрыться в тени.
Видя плотную сеть атакующих всполохов, Чжао Шоужэнь выхватил свой длинный меч.
Техника меча Глубоких Вод.
Клинок двигался, подобно речным потокам, пытаясь сковать атаки Лу Сюаня.
Но ожидания столкнулись с суровой реальностью.
Даже при том, что Лу Сюань сдерживал силу, более половины его ударов прорвали оборону.
Грохот, звон, вспышки.
Бам! Бам! Бам!
Столы, стулья и скамьи в зале разлетались в щепки под ударами Лу Сюаня.
— Старейшина!
— Ударим вместе!
Лу Сюань с самого начала приметил старика в тылу. Хотя тот не выказывал своей ауры, Лу Сюань чувствовал, что этот человек – сильнейший среди присутствующих.
Чжао Шикуань сжимал в руках золотой цзянь.
Его удары были стремительны и мощны, в каждом движении Лу Сюань ощущал зачатки формирования истинной Воли.
Лу Сюань с легкостью отражал натиск двоих противников, намеренно смещаясь в сторону толпы воинов.
Каждый его взмах был направлен не только на лидеров – избыточная мощь ударов косила окружающих мастеров боевых искусств.
Зал наполнился непрекращающимися криками боли.
— Разбойник, как ты смеешь!!
Пусть мастера Срожденного состояния и не были так важны, как мастера, они были костяком клана Чжао. Здесь собралась почти половина всех элитных сил семьи, и оба главных лидера были в бою.
Если Лу Сюань перебьет слишком многих, то даже после его смерти бизнес и влияние клана Чжао непоправимо пострадают.
При этой мысли Чжао Шоужэнь ускорился, намеренно открываясь в надежде заманить Лу Сюаню в ловушку.
Но как бы он ни атаковал, Лу Сюань двигался непринужденно, словно на прогулке, продолжая работать как машина для убийства, пожинающая жизни воинов Чжао.
— Закат над Великой рекой! — Наконец, Чжао Шоужэнь применил свой главный козырь. Это была тайная техника семьи Чжао. Такой удар фактически перечеркивал его надежды когда-либо стать Врожденным Великим Грандмастером. В этот прием он вложил всю свою истинную ци, жизненную энергию и волю – это стоило ему трех лет жизни и трех месяцев полной немощи.
Но эта атака порождала мощь, далеко превосходящую пик ранга мастера. Она несла смертельную угрозу даже Полушагу к Врожденному Великому Мастеру.
Он обменялся взглядом с Чжао Шикуанем и решился. Его сын мертв, он не может позволить клану пасть. Старейшина скоро достигнет высшего ранга, поэтому эту жертву должен принести он сам.
Он не верил, что Лу Сюань сможет устоять перед мощью Полушага!
Желтое свечение, подобное бликам на воде, поднялось от его ног. Жизненная эссенция устремилась в клинок. Его черные волосы на глазах начали седеть, а на лбу прорезались глубокие морщины.
Хлысть! Плеск!
Над внутренним двором усадьбы послышался призрачный рокот текущей воды.
— Умри, Лу Сюань!
Чжао Шоужэнь рванулся вперед. Каждый его выпад нес в себе сокрушительную инерцию великого потока.
— Сила прилично возросла. Будь я обычным мастером на пике, действительно мог бы проиграть. Похоже, нельзя недооценивать наследие этих кланов и сект.
— Сражаешься со мной и смеешь отвлекаться? Самовлюбленный дурак!
— Закат!
Первая фаза была Великой рекой – бесконечным потоком. Вторая фаза, Закат, была решающим ударом – пан или пропал, жизнь ради смерти противника.
Мягкая, как вода, техника меча в мгновение ока стала обжигающей, подобно заходящему солнцу.
— А-а-а-а! — Взревел Чжао Шоужэнь, выпуская всю свою истинную ци.
Бум! Мощь меча, не встречая преград, обрушила стоящие позади комнаты и стены, подняв столбы густой пыли.
— Он мертв? — Воины Срожденного состояния пытались разглядеть фигуру Лу Сюаня сквозь пыль.
— Должен быть мертв. Это же был «Закат над Великой рекой».
— Когда-то один из Чжао с помощью этой техники, будучи лишь на уровне Срожденного состояния, убил мастера!
— Сдох – и поделом. Слышал, его семья в Сишане, когда пойдем вырезать их род, я тоже присоединюсь.
Чжао Шоужэнь стоял на одном колене, опираясь на меч. Его грудь тяжело вздымалась.
Он не сводил глаз с облака пыли.
Чжао Шикуань подошел к нему, помог подняться и влил в его тело порцию истинной ци.
Однако лицо старика оставалось предельно серьезным. Как Полушаг к Врожденному Великому Мастеру, он отчетливо чувствовал в пыли мощную, ничуть не ослабшую жизненную энергию Лу Сюаня.
Вжих!
— Берегись! Назад!
Но было поздно.
Все только что собравшиеся воины Срожденного состояния были отброшены единым ударом Лу Сюаня – кто замертво, кто с тяжелыми увечьями.
— Прием неплохой, но, боюсь, тебе не хватило мастерства! — Донесся из пыли невозмутимый голос Лу Сюаня.
Легкий ветерок разогнал завесу, а вместе с ней – и последние надежды врагов.
Комментарии