Брат Цзи был сыт по горло – он решил работать сам на себя.
В последнее время он втайне наладил связи с Бандой Небесной Воли и стал «распространителем» в одном из её отделений.
Иными словами, он занялся низовым сбытом белого порошка, промышляя обманом и махинациями прямо в общине, и сумел сбыть немало товара.
Незадолго до этого он на вырученные деньги покрутился на улице Гуйцзе, выпотрошил все свои сбережения и раздобыл старинное руководство по боевым искусствам государства Шэн – подлинность его была под вопросом, но беда в том, что сам он был малограмотен, а познания в теории боевых искусств имел поверхностные, так что, сколько ни бился, постичь основы так и не смог.
Если верить продавцу, это руководство было подлинным, и сумей он освоить его, не то что третий господин – даже крутые парни из крупных мафиозных синдикатов перестали бы для него представлять угрозу!
Впрочем, для самостоятельного плавания требовалось всё тщательно обдумать, а первейшей задачей было разобраться с третьим господином.
Самым прибыльным местом на Лунцзиньдао была макаронная фабрика Чэня, да и тамошнее оборудование стоило кое-каких денег.
Брат Цзи изначально планировал развиваться поступательно, но третья господин прижал его к стенке…
Пришлось пойти на крайние меры – иссушить озеро ради рыбы и попытаться сорвать куш на макаронной фабрике.
А ещё этот А Вэнь: образованный, но трусливый. Такими людьми легко управлять. Брат Цзи собирался на днях презентовать А Вэню какую-нибудь дурь, чтобы подсадить его, и полностью прибрать к рукам. Имея в подчинении побольше толковых людей, он смог бы и сам варить дурь.
Варить дурь и одновременно оттачивать кулачный бой, подпитывая боевые искусства за счёт наркотиков! Покуда он сам не станет прикасаться к этой гадости, положение крупного наркобарона – то самое, что занимали воротилы Тяньхуна, – займет он, великий брат Цзи!
…
В боевой школе Сыхай, в кабинете, Хуан Сыхай пересчитывал пачки банкнот. Раздался громкий стук в дверь: тук-тук-тук.
Хуан Сыхай убрал деньги в сейф, вышел из кабинета – на пороге стоял Ли Сюэвэнь.
— Что такое?
— Учитель, я тут слышал, в нашей школе есть ещё и второй этаж? — Смущённо усмехнулся Ли Сюэвэнь.
Хуан Сыхай до сих пор об этом не заикался, но тот всё же не выдержал и решил спросить напрямик.
Он заплатил за месяц всего раз, а с тех пор прошло уже десять дней; дальше платить по шестьсот в месяц – и снова ломай голову. Обременять дядю вечно ему не хотелось.
— Ишь ты, губа не дура, — откликнулся Хуан Сыхай.
— А какие там условия на втором этаже? — Улыбнулся Ли Сюэвэнь.
— Ты ещё не дорос. На мой второй этаж я набираю только тех учеников, у которых есть надежда передать моё мастерство по наследству.
— А каковы конкретные условия? Я бы тоже мог кое к чему подготовиться, — не оставлял попыток Ли Сюэвэнь, напустив на себя бесстыдный вид.
Хуан Сыхай подумал немного и сказал:
— Обладай ты врождёнными задатками высшего порядка, я позволил бы тебе подняться на второй этаж напрямую. Твои задатки неплохи, но всё же не дотягивают.
И не то чтобы «не дотягивают» – до них была пропасть!
Старик Хуан вовсе не собирался ломать парню крылья, ведь он ещё рассчитывал и дальше доить этого малого.
— Обязательно смотреть на задатки? Других путей нет?
— Разумеется, есть. Ученики первого этажа ещё не прошли официальную церемонию ученичества, в лучшем случае они просто воспитанники, строго говоря, полноценными учениками их не назовёшь. Можно пройти официальный обряд посвящения в ученики – тогда тоже пущу на второй этаж.
— Сколько это стоит? — Ли Сюэвэнь всё понял.
— Кхм-кхм, тут всё зависит от судьбы… Один ученик с первого этажа как-то раз пожелал выложить за посвящение тридцать тысяч…
— И у него нашлась нужная судьба?
— Ничуть.
Ли Сюэвэнь мысленно выругался: этот старик Хуан просто бессовестный грабитель.
Не зря его боевая школа Сыхай брала за обучение куда меньше остальных: оказывается, всё самое интересное ждало впереди.
— Скажите, у меня ещё остался шанс? — Ли Сюэвэнь не оставлял надежды и улыбкой пытался смягчить ответ.
Хуан Сыхай бросил на него нетерпеливый взгляд:
— Раз в год в боевой школе проходит грандиозный турнир. Если сможешь взять верх над всеми остальными учениками первого этажа, тоже получишь право войти. У тебя в запасе ещё чуть больше трёх месяцев.
— Понял. — Ли Сюэвэнь вздохнул с облегчением: по крайней мере, путь наверх существовал, пусть и чертовски трудный.
— Смотри мне, не зарься на то, что выше твоих сил. Крепкий фундамент важнее всего остального, и никаких дурных мыслей быть не должно – на второй этаж я не беру людей с гнильцой в душе, — прищурившись, предупредил Хуан Сыхай.
— Угу. — Ли Сюэвэнь кивнул.
— Ну как, с моими рыбными шариками за три дня сумел овладеть основами?
— Уже.
Хуан Сыхай приподнял одежду Ли Сюэвэня, в его взгляде мелькнуло легкое удивление, но тут же сменилось спокойствием:
— Неплохо. Имея те же рыбные шарики, ты обошел многих с такими же задатками… Терпение и труд всё перетрут, продолжай в том же духе.
Настроение у старого Хуана было приподнятым: то, что Ли Сюэвэнь обладал хоть капелькой таланта, шло только на пользу – по крайней мере, теперь он вряд ли бросит занятия и позволит и дальше качать из него деньги.
Ли Сюэвэнь немного подумал и спросил:
— Учитель, кто из учеников первого этажа освоил основы быстрее всех?
Ему хотелось заранее узнать своих соперников, чтобы было к чему стремиться.
— Лю Чунь. Его природные задатки близки к уровню высшего порядка, он справился за три дня. Остальные – те же А Чжэнь и Большой Дурачок Цян – чуточку быстрее тебя.
— Старший соученик Лю Чунь и впрямь гений, — отозвался Ли Сюэвэнь.
— Он-то? Ещё не дорос. Тяньхун-цзай вообще за день управился. Охлади свой пыл, не спеши. Сегодня дай телу окрепнуть и закрепи достигнутый рубеж, а завтра я начну обучать тебя технике ведения боя.
Проводив взглядом уходящего Ли Сюэвэня, Хуан Сыхай покачал головой.
Усердие, с которым Ли Сюэвэнь занимался в последнее время, было у него на глазах – среди прочих учеников он выкладывался сильнее всех.
Если упорно тренироваться день за днем да ещё заедать это рыбными шариками, выйти на уровень основ за неделю с небольшим – в общем-то, нормальный результат, при некоторой удаче на такое способны многие.
Но всё это хорошо лишь на первых порах. Как ни старайся в дальнейшем, за теми, кому от природы даны высокие задатки, всё равно не угнаться…
Усердие задаёт нижний предел, а талант и удача определяют верхний!
…
Лунцзиньдао, макаронная лавка Чэня.
Ли Сюэвэнь принял душ и вышел из ванной. Его старшая кузина уставилась на него так пристально, что ему стало не по себе.
— Чего уставилась?
— И не говори! Занятия боксом – совсем другое дело. Ты вроде и впрямь раздался в плечах, мускулы покруче, чем у твоего дяди, не то что десять дней назад, когда был похож на сухую бамбулину.
— Теперь я тоже кое-чему обучился. До мастера мне далеко, но отметелить каких-нибудь мелких хулиганов хватит с головой.
— Обучился? Ты же начал заниматься всего десять дней назад! — Кузина приоткрыла рот от удивления.
— Угу. — Ли Сюэвэнь продемонстрировал только что взращенную синеватую плёнку на коже. — В этом и заключается отличие человека, постигшего боевые искусства, от простых людей: обычным ударом меня не прошибить.
Кузина тронула его кожу, проверяя наощупь:
— И вправду ощущения другие. Я-то думала, с гладкостью всё понятно, а на ощупь будто акулья кожа… Ну ты даёшь, так быстро освоить ремесло!
Она изначально и не надеялась, что А Вэнь добчётся хоть каких-то успехов.
Выпрашивая деньги у братца И, она больше рассчитывала на то, что А Вэнь наконец оставит эту затею.
Кто бы мог подумать, что парень и впрямь овладеет искусством, да ещё всего за десять дней!
В последнее время она то и дело расспрашивала соседей: у некоторых в семьях дети тоже учились боксу, но, прозанимавшись по нескольку месяцев, так и не смогли одолеть основы, зато выпотрошили все семейные сбережения и влезли в долги по уши.
Видя выражение лица кузины, Ли Сюэвэнь улыбнулся:
— Кроме дяди, никому из соседей об этом не говори.
— Это ещё почему? — Не поняла та.
— Всё просто: брат Цзи время от времени захаживает к нам в поисках легкой наживы. Если он узнает, что у меня действительно есть надежда преуспеть, как думаешь, что он сделает?
Услышав это, кузина всё поняла и произнесла:
— Пожалуй, ты прав. По крайней мере, нужно стать сильнее брата Цзи и перестать его бояться. Но как быть со школой боевых искусств?
— При поступлении мы давали оброк: не разглашать тайны мастерства учеников школы. Правила там строжайшие, брат Цзи ничего не узнает.
— Ну и славно.
…
В спальне муж поднял глаза от бухгалтерской книги и изумленно протянул:
— И впрямь освоил?
Кузина приложила палец к губам:
— Тише ты. А Вэнь не хочет, чтобы брат Цзи прознал, пусть лучше мы втроём только и знаем.
— Чего это вдруг?
— А Вэнь боится, что брат Цзи заявится с придирками, раз пронюхает. Беспокоится, что пока ещё не ровня ему.
— И то верно, раньше времени светиться нельзя. — Дядя тоже слегка встревожился: если брату Цзи станет известно, что А Вэнь постигает боевые искусства, хлопот действительно не оберешься.
— Я же говорила, у А Вэня всё получится! Теперь-то ты можешь успокоиться? — Улыбнулась кузина.
Комментарии