Город Чанъян. Новые главы на Тайваньском портале новелл.
Палящее солнце, бесконечный поток машин, по улицам мелькают гладкие черные чулки и стройные белые ноги.
Цзян Юань открыл глаза и поднялся с жесткой кровати. Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать: он уже в гостинице провинциального департамента.
Он раздвинул шторы. Снаружи зеленели пышные растения – живописная картина, на полив которой явно не жалели средств.
Потянувшись, Цзян Юань неспешно заправил постель, а затем еще медленнее умылся и оделся.
Спустя два дня после прибытия в Чанъян для участия в «Провинциальной кампании по раскрытию дел на основе дактилоскопической информации», он уже понял: утренняя вялость – самый спокойный момент за весь день. Пожалуй, единственный.
Стоит выйти за дверь, и придется держать спину прямо, соблюдая дисциплину и форму. А в рабочих кабинетах царила иная, пугающая вольность.
Там можно было как угодно есть, пить, одеваться и даже кричать – при условии, что ты выдаешь совпадения по отпечаткам.
Более тридцати экспертов-трасологов со всей провинции собрались в одном месте, и конкуренция была бешеной. Просмотр трех тысяч отпечатков в день считался лишь средним показателем.
Полицейский Чжу Хуаньгуан из Чанъяна был местным «королем дактилоскопии». Он просматривал более 6000 отпечатков в день – цифра, которая дилетанту казалась немыслимой.
На самом деле Чжу Хуаньгуан просто мог работать по четырнадцать часов в сутки, выдавая около пятисот отпечатков в час. Это значило, что на изучение одного изображения у него уходило около восьми секунд.
При такой интенсивности он уже раскрыл четыре дела из других уездов.
По традиции – или, скорее, по законам развития таких кампаний – со временем количество раскрытых дел неизбежно росло. Эксперты постепенно привыкали к базе данных, и чем дальше, тем продуктивнее становилась работа.
Именно поэтому такие мероприятия становились всё популярнее.
Раньше эксперты сидели по своим отделам. Мало того, что они работали в одиночку, так еще и постоянно отвлекались на текучку, которую мог бы выполнить любой рядовой сотрудник – например, на бесконечные совещания. Они не могли полностью погрузиться в сопоставление отпечатков.
Кампания – совсем другое дело.
На время её проведения департамент или министерство берет на себя расходы на жилье, еду, дорогу и командировочные. Экспертов привозят, освобождают от всех забот, и они целыми днями только и делают, что сверяют изображения, накапливая визуальный опыт и повышая вероятность успеха…
Сами эксперты тоже были довольны. Почти всем за тридцать или сорок. Спят в общежитии, едят в столовой. Не нужно думать, довольна ли жена, сделаны ли у детей уроки, не поругались ли родители. Не надо ловить взгляды начальства или вникать в интриги коллег. Каждый день перед ними лишь несколько десятков знакомых и незнакомых лиц, сотни таких же отпечатков и «Рейтинг раскрытия архивных дел» на стене. Жизнь – лучше не придумаешь.
И если у этой идиллии всё же были временные рамки, то лишь потому, что департамент всерьез опасался, как бы эксперты не загнались до смерти.
Разумеется, эффективность у всех была разной. К примеру, в «Рейтинге раскрытия архивных дел», висевшем в кабинете, напротив фамилии Цзян Юаня красовался жирный ноль. Он делил последнее место еще с десятком коллег.
Впрочем, Цзян Юань, казалось, вовсе не спешил. Придя в кабинет, он первым дело заварил себе чаю и огляделся.
Чжу Хуаньгуан уже вовсю «пахал» – отпечатки на его экране мелькали один за другим. Соседняя сотрудница закапывала себе капли в глаза. Еще один упитанный коллега жевал лепешку, не отрываясь от монитора, где так же стремительно сменялись изображения.
Честно говоря, атмосфера здесь больше всего напоминала зал для подготовки к экзаменам – только для очень взрослых людей.
— Сяо Цзян, ты еще не размочил счет, не переживаешь? — С улыбкой обернулся дядька из соседнего бокса.
Вчера он выкурил полпачки «Chunghwa» Цзян Юаня, и они мгновенно стали закадычными друзьями.
Цзян Юань усмехнулся:
— А вы разве не в той же лодке?
— Я-то привык, — старик прищурился. — Жду вас всех.
— Ну, тогда я постараюсь нагнать, — закончив с ежедневными вежливостями, Цзян Юань уставился в экран.
Вскоре в зале для подготовки… нет, в штабе «Провинциальной кампании» остались лишь звуки клацанья клавиатур и мышек.
Цзян Юань откинулся на спинку кресла. Он размечал характерные точки и просматривал множество вариантов.
Работа с отпечатками во время кампании разительно отличается от повседневной рутины. Во-первых, сюда попадают изображения, отобранные на местах – с жесткими лимитами по количеству и строгим фильтром.
Проще говоря: мелкие дела не берут, «свежак» без выдержки – тоже, равно как и то, что местные эксперты уже сто раз прогнали по базе и не нашли совпадений.
Так что здесь были либо материалы по особо тяжким преступлениям, либо невероятно сложные, «битые» отпечатки. Порой от папиллярного узора оставалась лишь пятая или шестая часть, но и её пытались сопоставить.
В таких случаях верить автоматической системе бессмысленно.
С тем, что под силу обычному поисковику, не стали бы возиться, заполняя кучу отчетов для передачи экспертам.
Именно поэтому мастера в этой комнате выставляли список кандидатов на двести, а то и триста позиций. Роль человека – или, вернее, объем ручной работы – раздувался до максимума.
Те варианты, которые программа раньше просто отсеивала, теперь вручную перепроверялись специалистами высочайшего класса.
Ведь при обычном использовании софта большинство архивных дел сдвинуть с мертвой точки невозможно.
В этом и кроется одно из главных отличий криминалистической техники от гражданских технологий. В гражданской сфере важна рентабельность – там готовы пожертвовать частью функционала ради экономии. Криминалистика тоже считает деньги, но в определенные моменты следствие готово тратить миллионы, не считаясь с затратами, лишь бы раскрыть дело.
Этот логический конфликт с самого начала преследовал экспертов.
Впрочем, Цзян Юаня он не беспокоил.
Он просто хотел спокойно посверять отпечатки – и именно этим занимался.
Внезапно перед его глазами промелькнул след, напоминающий по форме параллелограмм.
В мозгу Цзян Юаня тут же всплыл образ отпечатка, который он видел вчера.
Там был похожий параллелограмм – крайне редкая форма узора, принадлежавшая не менее редкому и опасному насильнику.
Хотя тот след, что только что промелькнул на экране, системно никак не был связан со вчерашним – он выпал в списке кандидатов по делу о грабеже, – Цзян Юань первым делом решил свести их вместе и сравнить вручную.
Оба отпечатка были сильно размыты.
На человеческий взгляд в обоих четко прослеживалась структура параллелограмма, но программа явно считала иначе: если смотреть на детали – бороздки, точки и разветвления, – совпадение составляло меньше 30%.
Однако направление линий было идентичным.
Это значило, что один отпечаток оказался смазан именно в критических местах и, возможно, имел серьезную деформацию. И второй, вероятно, тоже.
Цзян Юань размышлял, сравнивал и, после многократной проверки, наконец нажал правой кнопкой мыши в правой части экрана, ставя отметку:
— Идентификация.
В разных углах кабинета один за другим зазвучали сигналы уведомлений.
Все присутствующие эксперты, у которых не был выключен звук, получили сообщение: кто-то только что подтвердил совпадение.
Комментарии