Обычная трасология, работая с отпечатками по нераскрытым делам, после получения результата передаёт их экспертам по отпечаткам для повторной проверки.
В некоторых провинциях и городах есть специально созданные комиссии экспертов по отпечаткам, выполняющие работу по повторной проверке. Но большинство считает, что это плохое использование экспертных ресурсов, и потому применяет более простой метод: назначают ответственного за сбор, который распределяет материалы между экспертами для проверки, а затем сводит их мнения воедино, как это делают в провинции Шаньнань.
Однако во время кампании по сопоставлению отпечатков нет нужды устраивать излишние формальности. Все, кто присутствуют, и так эксперты. Искать ещё каких-то сверх экспертов, минуя этих, значило бы не просто добавить хлопот, но и вызвать сомнение у всех: мол, неужели участие в кампании, организованной провинциальным департаментом, наоборот ставит под вопрос мой статус эксперта?
Кроме того, это делается и ради интереса к работе, чтобы специалисты могли обмениваться опытом. Потому в ходе кампании проверка отпечатков выполняется самими присутствующими экспертами, которые сверяют результаты друг друга.
Каждый раз, как только одиннадцать экспертов завершат проверку и большинство проголосует «согласен с идентификацией», сравнение считается успешным. После этого отдел дактилоскопии при провинциальном департаменте направляет в местный отряд уголовной полиции уведомление для организации задержания.
Но даже после того, как одиннадцать экспертов подтвердят совпадение, запись о сопоставлении остаётся в системе – в ожидании дальнейших проверок другими экспертами.
Если последующие эксперты также выбирают «согласен с идентификацией», либо большинство так считает, дальнейшие действия по делу продолжаются. Но если кто-то выбирает вариант «исключить идентификацию», то процесс может перейти в новую фазу обсуждения и анализа.
Поэтому выбор варианта «исключить идентификацию» делается исключительно осторожно, только когда эксперт абсолютно уверен и имеет для своего решения надёжные основания.
Рядом с Цзян Юанем первым заметил уведомление в системе дядюшка Ли Цзэминь. Он всегда медленно входил в рабочий ритм – возраст брал своё, не поспеваешь за молодыми, так что первые дни кампании любил «плыть по течению», обычно начинал работать всерьёз лишь на третий или четвёртый день.
Впрочем, мнения других экспертов по отпечаткам Ли Цзэминь отслеживал с неподдельным интересом.
В целевой базе данных кампании каждый отпечаток представляет собой сложный случай. Почти все они – ключевые, многократно просмотренные и анализированные экспертами образцы.
Ни одно уездное управление не станет так просто передавать критический отпечаток по тяжкому делу в провинцию, не испробовав множество способов идентификации.
И разумеется, все эксперты, участвующие в кампании, – опытнейшие специалисты.
Будучи мастерами своего ремесла, лидерами своих уездов, они накопили колоссальный опыт и профессиональные навыки. Каждый выбирает методы, в которых наиболее силён, отмечает отпечатки с наибольшими шансами на успех и затем часами, а то и днями, добивается совпадения.
В среднем за четырнадцать дней кампании эксперт, если выполнит одно-два успешных сопоставления, уже может считать это хорошим результатом.
А чтобы добиться этих немногих совпадений, приходится использовать все свои возможности.
Ли Цзэминь особенно любил наблюдать, как коллеги выкладываются до последней капли сил, а снаружи – держат вид, будто ничего особенного.
Система показала двенадцать уведомлений, означавших, что двенадцать нераскрытых дел получили свои совпадения по отпечаткам.
Первые одиннадцать он уже подтвердил. Тут и объяснять нечего: первыми совпавшими обычно становились тщательно проработанные случаи, проверенные авторами повторно – едва ли кто-то станет тратить уйму времени, чтобы просто ради принципа выбрать вариант «исключить идентификацию».
Открыв самое свежее уведомление, Ли Цзэминь увидел две карты отпечатков – и сразу понял, что они совпадают.
Прямое сравнение всегда проще; это как попросить обычного человека из десятка свиней найти двух похожих – дело непростое. Но если перед ним сразу две свиньи и спросить, похожи ли они, – ответ найдётся быстро.
А уж эксперту-то и подавно.
Ли Цзэминь легко поводил мышкой и кликнул по кнопке «согласен» напротив нового уведомления.
Только затем открыл подробности отпечатков.
И тут он заметил, что подпись под отметкой «совпадение установлено» принадлежит сидящему рядом Цзян Юаню.
— Ну, дела, везёт же тебе, — пробормотал он и снова посмотрел на экран.
Первое, что бросилось ему в глаза, – квадратная структура отпечатка. Он усмехнулся и мысленно снова отметил удачу Цзян Юаня.
Но, разглядев детали и особенности каждого отпечатка, непроизвольно нахмурился.
— Вот так-так… — выдохнул он и повернулся к соседу. — Ты этот отпечаток не программой свёл?
Механические системы сопоставления работают по строгим алгоритмам: сколько совпадений по ключевым точкам – такая и оценка. Более продвинутые версии используют балльную систему с установленным порогом.
Однако данные отпечатки, глядя на них рядом, плохо совмещали особые точки.
Если же судить по общему рисунку – форме линий, изгибов, площадей – то совпадение несомненно.
Это был старомодный способ сопоставления отпечатков, каким пользовались до появления компьютерных систем автоматического поиска.
Сегодня такое встретишь всё реже.
— Просто, глядя другие отпечатки, случайно заметил этот, подтянул для сравнения – и совпало, — спокойно пояснил Цзян Юань, не отводя взгляда от монитора.
— Память у тебя на отпечатки отменная, — улыбнулся Ли Цзэминь. Он прекрасно понимал, о чём речь: квадратная структура действительно редкость – раз заметишь, то запомнишь.
Хотя, учитывая размеры обычного отпечатка – квадрат сантиметр на сантиметр, – таких структур множество: квадратные, шестиугольные, округлые. Без отличной зрительной памяти такое совпадение не найти.
— Повезло, — вежливо ответил Цзян Юань.
Ли Цзэминь громко рассмеялся, ткнул его пальцем в плечо:
— Вот теперь отлично! Молодой ещё, а уже с победой в кампании, теперь без давления, вся нагрузка – на нас, стариков.
Он не успел договорить, как кто-то уже проголосовал за идентификацию Цзян Юаня. На стене офиса проекционный рейтинг по раскрытию архивных дел мгновенно обновился.
Фамилия Цзян Юаня мгновенно поднялась вверх более чем на двадцать позиций, заняв середину списка.
Рядом с его именем в графе результатов чётко появился символ «1».
Ли Цзэминь оставался дальше, с «0», но ничуть не переживал – перейти от нуля к единице всегда проще всего.
Он даже нашёл время снова открыть только что подтверждённое дело.
— Это уезд Мяохэ, изнасилование несовершеннолетних, преступник рецидивист, три эпизода, — воскликнул он, ошарашенно втянув воздух. — Точно, я помню!
Несколько человек подняли головы, но только с лёгким волнением – в списке провинциальных архивов громких дел полно, а память человеческая не безгранична.
Однако один из специалистов-трасологов из уезда Мяохэ встал, шагнул вперёд и спросил:
— Вы 515‑й раскрыли?
— Не я, Цзян Юань попал в цель. Из Нинтая он, верно? — Отозвался Ли Цзэминь и представил:
— А это Цянь Минъюй, эксперт по отпечаткам из уезда Мяохэ, двадцать лет службы.
— Да хоть сорок. 515‑м делом я занимался несколько лет, — с горечью произнёс Цянь Минъюй. — Три жертвы, все школьницы. После преступлений родители оббивали пороги управления, потом девочек из уезда увезли, семьи переехали… иногда до сих пор звонят, спрашивают.
— Случайно наткнулся на квадратный отпечаток, сравнил, получил совпадение, — ровно сообщил Цзян Юань.
— Дай взглянуть… откуда он? — Цянь Минъюй, знакомый с Ли Цзэминем, подошёл к его компьютеру.
Ли уступил место, глянув на экран:
— Из города Ваньсян. Немалое расстояние.
Ваньсян и уезд Мяохэ – запад и восток провинции Шаньнань, почти вся её широта.
— Вот это да, — тяжело выдохнул Цянь Минъюй. Затем кивнул Цзян Юаню:
— Позвоню капитану бригады, сообщу. Это дело нам давно сидело поперёк горла.
Комментарии