— Ха-ха-ха! Малец Цзян Хань, девчушка Ся-чу, уж не обессудьте, старина Юй церемониться не будет! — Гаркнул старина Юй, заходясь в хохоте. Он выхватил из-за пояса пожарный топор и ринулся вперед.
Двигался он невероятно быстро – лишь мелькнула тень, и вот старина Юй уже ворвался в низину, где притаились дикие свиньи. Он замахнулся и рубанул сплеча!
Раздался резкий хруст.
— О-о-о-о! — Взвыл кабан от боли и бросился наутек, не разбирая дороги.
Жильцы, разбившись на группки по двое-трое, с азартом пустились в погоню.
Цзян Хань покосился на Чэнь Сяочуня, что застыл рядом:
— А ты чего не охотишься?
Чэнь Сяочунь, глядя на острые, как бритвы, клыки вепрей, испуганно помотал головой:
— Я… я, пожалуй, повременю. Там опасно.
Затем Цзян Хань перевел взгляд на Ся-чу:
— Ты тоже остаешься?
Ся-чу размяла кисти рук:
— Для начала дам обет: я обязательно поймаю кабана живьем!
Едва сорвались с губ эти слова, как она стрелой рванула с места. В своей яростной удали она превзошла большинство мужчин: в один прыжок настигла поросенка-переростка, прижала его к земле, наваливаясь всем телом и придавливая коленями.
— Серьезно, живьем? — Цзян Хань невольно вдохнул холодный воздух. Эта Ся-чу была похлеще любого мужика – ее сила и скорость явно выходили за рамки нормального.
Пока он размышлял, один из кабанов, обезумев от страха, понесся прямо на них с Чэнь Сяочунем!
Тот в ужасе отпрянул:
— Цзян Хань… брат Цзян Хань, он… он…
Не дав трусу договорить, Цзян Хань голыми руками перехватил зверя. Он мертвой хваткой вцепился кабану в ухо и вскинул правый кулак. Глухие удары посыпались один за другим: бах, бах, бах!
После трех сокрушительных попаданий туша весом под тридцать килограммов обмякла и свалилась без чувств.
— Вырубил кабана голыми руками? Это же какая силища нужна! — Те, кто заметил эту сцену, невольно присвистнули от изумления.
Чэнь Мин с племянником Дачжуаном тоже не бездельничали. Чэнь Мин, используя свой рюкзак-инвертор, ловко орудовал проводами под напряжением в 220 вольт, мгновенно свалив двух зверей.
Дачжуан же действовал еще более пугающе: он ухватил кабана за заднюю ногу и с размаху приложил об землю. В его руках тридцатикилограммовое животное казалось тряпичной куклой; этим ударом он заодно оглушил и вторую свинью, пробегавшую мимо!
Меньше чем через двадцать минут бой был окончен.
Мечущимся в панике кабанам не суждено было спастись – всех до единого переловили и забили преследовавшие их жильцы.
— Ха-ха-ха! Какая удача! Только я припустил за ним, как этот боров сослепу влетел в дерево. Мне осталось лишь прикончить его одним ударом! — Ликовал один.
— Ха-ха! А мой еще тупее оказался, — вторил другой. — Полез в кусты, запутался в лианах, я его тепленьким взял, даже не вспотел.
Всего добыли больше десятка кабанов. Если разделить на всех, выходило по туше на пятерых – примерно по четыре-пять килограммов отличного мяса на брата.
Старина Юй, радостно сияя, тащил за собой кабанью голову:
— Господин менеджер Чэнь, а ведь сегодня и впрямь отличный день для похода! До источника еще не дошли, а уже такой богатый улов!
Чуся тоже выглядела расслабленной. В ее глазах плясали искорки смеха, а в приподнятом настроении она казалась еще более яркой и притягательной.
Цзян Хань промолчал. Он бросил на землю испустившего дух кабана и тихо отступил в толпу.
«Просто удача? Сомневаюсь». — Его мозг лихорадочно сопоставлял факты. Вспомнив записи в Календаре, он пришел к выводу: скорее всего, дело в атрибутах Туншэна.
Стоило ему сосредоточиться, как перед глазами всплыли строки:
[Четырнадцатое число седьмого месяца (Фестиваль призраков), Туншэн; Благоприятно: групповая охота (красный), рыбалка (красный); Табу: ночные прогулки (красный)]
День Всеобщей Победы! Три красных атрибута!
Разве их поход на кабанов не был той самой «групповой охотой» из благоприятного предсказания?
В тот же миг в голове Цзян Ханя раздался мелодичный сигнал системы.
[Динь! Групповая охота завершена успешно. Вы получили постоянный атрибут – Грубая сила.]
— Ого? — Глаза Цзян Ханя округлились. Постоянный?! Он тут же углубился в описание навыка.
[Грубая сила: физическая мощь рук навсегда увеличена на 20 килограммов!]
— Плюс двадцать килограммов к силе рук! — Сердце Цзян Ханя забилось чаще от восторга.
«За выполнение красного пункта „Благоприятно“ дают постоянные бонусы! А ведь сегодня есть еще один красный атрибут – „рыбалка“. Неужели и там ждет постоянный эффект?»
Цзян Хань с небывалым нетерпением ждал продолжения пути.
Более того, он осознал важную вещь: «День Туншэн влияет не только на меня, но и на всех окружающих!»
Именно поэтому им встретилось целое стадо, и именно поэтому охота прошла так гладко для каждого.
«Похоже, магия Календаря продолжает действовать. Интересно, бывает ли что-то посильнее „красных“ атрибутов?»
Тем временем люди ликовали, ожидая решения Чэнь Миня.
Чэнь Мин немного помолчал, а затем поднес к губам рупор:
— Охота прошла великолепно! Как мы и договаривались перед выходом, я предлагаю разделить добычу поровну между всеми. Что скажете?
Едва он закончил, как вперед выступили несколько крепких мужчин. — Менеджер Чэнь, это не дело, — возразил один из них. — Мы сами добыли это мясо, с какой стати мы должны делиться с теми, кто и пальцем не пошевелил?
— Вот именно! — Поддакнула Хань Сяочжу, не упуская момента. — Это несправедливо. Было сказано: кто больше трудится, тому и куш. А вон тот… кажется, Чэнь Сяочунь? Он вообще в кустах дрожал, чуть штаны не намочил. С чего ему доля полагается?
Подстрекаемые ими, «ударники» охоты тут же зашумели.
— Верно, менеджер Чэнь! Я завалил кабана в одиночку и мог бы забрать себе двадцать пять кило мяса. А если делить на всех, мне останется всего три-четыре. Я против!
Чэнь Мин нахмурился. В разговор вмешался старина Юй:
— Послушайте, мы теперь одна команда. А в команде не стоит мелочиться. Я поддерживаю распределение Чэнь Миня.
Ся-чу сделала шаг вперед:
— Я тоже согласна.
Все взгляды обратились к Цзян Ханю – он был одним из немногих, кто добыл зверя в одиночку.
Он спокойно улыбнулся:
— Я тоже не против дележа.
— Твою мать! Тебе-то легко соглашаться, ты каждый день с добычей! — Взорвался один из недовольных. — А нам этот кабан мог бы на полмесяца семью прокормить! Не все тут такие ловкачи, как вы!
Раскол в группе был ожидаем. Цзян Хань услышал, как Ся-чу пробормотала под нос:
— Клянусь, этот дележ кончится ссорой.
«У нее тоже Календарь, что ли? Стоит ей поклясться – и она сильнее?», – мысленно съязвил Цзян Хань. Уж больно часто она разбрасывалась обетами.
Споры зашли в тупик. Лицо Чэнь Миня то бледнело, то краснело, пока наконец он не выдохнул:
— Что ж, раз так, нам придется разделиться. Те, кто за общие интересы – берите свою долю и идем за мной к источнику бить водяного монстра. Кто против дележа – возвращайтесь в поселок со своей добычей.
— И вернемся! Думаешь, напугал? У меня есть целая туша, моей семье на две недели хватит. На кой черт мне ваши водяные чудища!
— Пустая трата сил. Уходим!
— Сяочжу, идем с нами. Я тебе пять кило мяса отвалю! — Один из верзил подмигнул Хань Сяочжу.
Та расцвела в улыбке:
— Спасибо, братец Цянь. Сегодня я вся твоя, уж позаботься о бедной девушке.
— Ха-ха! Договоримся…
В итоге ушла почти половина группы. Оставшихся было чуть больше тридцати человек, и теперь на каждого выходило даже больше – по четыре килограмма кабанины.
Под руководством Чэнь Миня люди принялись потрошить туши и разводить костры для копчения.
Копчение должно было сделать мясо плотнее и убрать лишнюю влагу, что заняло бы не меньше трех часов.
Цзян Ханю и остальным «силовикам» помогать не требовалось – они и так выложились на охоте.
Немного подумав, Цзян Хань подозвал старину Юя и Ся-чу:
— Пойдем еще поохотимся?
Комментарии