— Пойдем еще поохотимся?
Сегодня был День Всеобщей Победы. Если расчеты Цзян Ханя верны, удача в охоте сейчас была на пике, и тратить время впустую не хотелось.
Старина Юй вскинул брови:
— А давай. Добычу поровну?
— Я не против, — улыбнулась Ся-чу. Ее улыбка была чистой, как весенний ручей, и, казалось, даже лесные пейзажи вокруг поблекли на ее фоне.
— В путь!
Перед уходом они предупредили Чэнь Миня.
— Будьте осторожны, далеко не заходите, — напутствовал тот. — И то, что вы добудете втроем, на всех делить уже не нужно…
Услышав это, Чэнь Сяочунь тут же подскочил к ним:
— Брат Цзян Хань, сестра Ся-чу, дядя Юй, можно мне с вами?
Ся-чу было все равно, а вот старина Юй прищурился:
— Малец Чэнь, ты что, тоже каким искусством владеешь, как эти двое?
Чэнь Сяочунь замялся и честно покачал головой:
— Нет. Но я могу быть на подхвате, принести-подать. Если много добудете – дадите кусочек, а нет – так и обиды не затаю.
— Хм? — Старина Юй оценил его взгляд. — А ты сообразительный. Ладно, парень неглупый.
Он посмотрел на Цзян Ханя:
— Берем?
Цзян Хань кивнул, не видя причин для отказа. Вчетвером они углубились в чащу.
Разумеется, Цзян Хань не взял с собой капканы – секрет этого артефакта должен был остаться тайной.
Стоило им отойти на приличное расстояние, как из густого кустарника впереди донесся истошный визг дикого кролика.
Старина Юй удивленно хмыкнул:
— Странно. У кроликов гон в апреле-июне, а сейчас уже август почти. Чего это они разгулялись?
— По звуку там не пара, а целая стая.
Троица переглянулась. Они бесшумно разошлись, заходя с разных сторон.
— Чэнь Сяочунь! Стой на месте и карауль свою сторону, они могут ломануться к тебе! — Скомандовал Цзян Хань.
Сам он, не долго думая, подхватил с земли увесистый валун килограммов под двадцать пять и с силой швырнул его в самые заросли.
— Ай да молодец! Ну и силища, — старина Юй тоже не стал церемониться. Он орудовал своим пожарным топором так яростно, что стальное лезвие, казалось, раскалилось от ветра.
Чэнь Сяочунь и Ся-чу замерли на флангах.
Как и ожидалось, перепуганные кролики брызнули из кустов врассыпную.
Ся-чу резко присела, и ее длинная нога взметнулась в молниеносном ударе. Она с идеальной точностью впечатала ботинок в одного из зверьков. Тот, обливаясь кровью, взмыл в воздух:
— Дядя Юй, ловите!
Следом – еще один удар:
— Цзян Хань, принимай!
Она действовала четко и грациозно. Потрясающая серия из трех ударов: нога, словно гибкая плеть, вычерчивала безупречные линии, вкладывая в каждое движение сокрушительную мощь.
Чэнь Сяочунь едва поспевал за ними. Он неуклюже бросился на одного кролика, в то время как другой проскочил у него прямо между ног. Парень споткнулся, растянулся на земле, но все же сумел прижать одну тушку к земле.
По чистой случайности другой заяц, удиравший от него, со всего маху впечатался лбом в дерево и замер без чувств.
— Ха-ха, малец Чэнь, а ты везучий дуралей! Неплохо, неплохо, — расхохотался старина Юй.
Чэнь Сяочунь виновато улыбнулся и принялся проворно собирать добычу. Он сам, без лишних просьб, занялся потрошением, избавляя остальных от грязной работы.
В итоге каждому досталось по паре кроликов!
Цзян Хань лишний раз убедился – атрибуты Туншэна работают на полную! Сегодня у всех, кто собрался в группу, охотничья удача просто зашкаливала.
Когда каждый обзавелся трофеями, пришел человек от Чэнь Миня.
— Старина Юй, мясо почти дошло, скоро выступаем.
— Так быстро?
Охотники переглянулись, свернули лагерь и двинулись к основной группе.
Вернувшись, Цзян Хань понял задумку лидера. Чтобы поскорее добраться до водяных монстров, Чэнь Мин велел коптить мясо на сильном огне. Вид у таких заготовок был не самый товарный – снаружи они изрядно обуглились, но суть оставалась прежней. Стоило соскоблить гарь, и внутри обнаруживалось сочное, ароматное мясо.
Вскоре Чэнь Мин достал из рюкзака холщовые мешки и раздал каждому его долю.
После копчения вес мяса ушел, осталось примерно по два с половиной килограмма сухого пайка.
— Стоит ли ради этого крюк до дома делать? — Спросил Чэнь Мин.
Один из мужчин ответил:
— Я все же схожу. У меня жена с сыном со вчерашнего дня маковой росинки во рту не видели, хочу их покормить.
— И я пойду, — поддержала женщина. — У меня свекровь совсем ослабла, еду на всех делит, сама не ест. Отнесу ей.
Чэнь Мин понимающе улыбнулся:
— Вы молодцы. Идите, припрячьте добычу. Через полчаса сбор у ворот поселка!
— Есть!
— Спасибо, менеджер Чэнь!
Цзян Хань с Ся-чу тоже зашагали к домам.
Едва он переступил порог своей квартиры и убрал мясо, в ушах снова прозвучал голос системы.
[Динь! Атрибут Покровительство перестал действовать.]
[Динь! Атрибут Оглушение перестал действовать.]
Наступил полдень.
Теперь активным оставался лишь один эффект.
[Грубая сила: физическая мощь рук навсегда увеличена на 20 килограммов!]
Пусть это лишь прибавка к силе, но она останется с ним навсегда.
«Если все пойдет по плану, то к вечеру у источника, когда я выужу рыбу, у меня появится еще один постоянный бонус!»
От этих мыслей по телу разлилось приятное возбуждение.
— Пора на сбор.
Он подхватил снаряжение и вышел к воротам.
На лестнице он столкнулся с Ся-чу. Они обменялись улыбками и, не тратя времени на пустую болтовню, вместе направились к месту встречи.
«Эта Ся-чу… она явно занималась чем-то серьезным… Каратэ? Или какая-то традиционная школа?», – размышлял Цзян Хань. Судя по ее недавним приемам, она была профессионалом.
Он догадывался, что и старина Юй не прост – за его напускным добродушием скрывалась суровая закалка бойца, а не просто гора мышц.
Вдруг Ся-чу прервала тишину:
— Цзян Хань, ты боевыми искусствами занимался?
— Боевыми искусствами? — Он усмехнулся и качнул головой. — Нет, просто я от природы посильнее других буду.
Затем он вежливо спросил:
— А ты?
Ся-чу скрывать не стала:
— Я изучала стиль Двенадцати ступеней таньтуй. А старина Юй практикует Искусство Железной Промежности…
— Чего? — Цзян Хань опешил.
Ся-чу рассмеялась:
— Но старина Юй говорит, что даже если мы все втроем навалимся, нам не одолеть Дачжуана, племянника Чэнь Миня. Этот парень – настоящий монстр, силен как бык. Слышал фразу «против лома нет приема»? Каким бы мастером ты ни был, его мощь просто всё переедет.
— Вот оно что… — Цзян Хань принял к сведению. А он-то грешным делом подумал, что у Ся-чу тоже есть Календарь. Оказалось, она просто настоящий мастер.
Да и старина Юй удивил – кто бы мог подумать, что его литые мышцы – результат таких специфических тренировок.
— Ну и, конечно, даже если мы все соберемся, нам не сдюжить против самого менеджера Чэня, — подмигнула Ся-чу. — У него «магическая атака».
Цзян Хань невольно улыбнулся, вспомнив фразу про бога грома и два провода. Вряд ли какое-либо существо из плоти и крови выдержит прямой удар током.
Вскоре они подошли к воротам, где обнаружили пополнение.
— Менеджер Чэнь, ну как же так, не подождали меня! Вчера засиделся с удочкой допоздна, проснулся – а жена говорит, вы уже ушли!
Это был мужчина средних лет, тащивший на плече нечто, напоминающее тубус гранатомета.
Увидев Цзян Ханя и Ся-чу, он поприветствовал их как старых знакомых:
— Приветствую! Я Сунь Чэнь, друзья кличут Толстяком Сунем. Рыболов с двадцатилетним стажем!
Толстяк Сунь был лысоват, разменял четвертый десяток и улыбался так добродушно, что напоминал статуэтку Будды. Он мгновенно влился в коллектив.
— Толстяк Сунь, ты же говорил, что рыбачишь раз в неделю? Чего сегодня-то приперся? — Подколол его кто-то из толпы.
— Все верно! Рыбачу раз в неделю, но за один раз – целую неделю… Если бы вчера не встретил того монстра, я бы и не возвращался вовсе!
— Раз в неделю, но по неделе за раз? — До людей дошел смысл шутки, и над толпой пронесся дружный хохот.
Комментарии