— Странно, чего это в классе так жарко стало после ухода Чжоу Ю? — Бормотал кто-то из одноклассников.
— Всё равно в кабинете сидеть душно, может, пойдем следом за Чжоу Ю, посмотрим? — Предложил Вэй Хан, один из учеников третьего класса. Будучи главным редактором школьной газеты, он больше всех в школе любил сплетни.
Перед самым уходом Чжоу Ю левой рукой тащил за собой Су Тинсюэ, а правой – Чу Сяояо. Ему было чертовски интересно, что будет дальше.
Предложение Вэй Хана быстро нашло широкий отклик среди одноклассников.
Даже те тихони, что обычно сидели за партами ни живы ни мертвы, заволновались.
— Запиши и меня.
— И меня тоже.
Ребята подняли такой шум, наперебой вздымая руки вверх, что от их прежней сонной апатии во время урока не осталось и следа.
— Ладно-ладно, нечего идти толпой, — видя столько желающих, Вэй Хан поспешил вмешаться и остудить пыл одноклассников.
— Если пойдет слишком много народу, нас быстро заметят. Давайте поменьше.
Вэй Хан взял с собой двоих ребят и, проследовав тем же маршрутом, что и Чжоу Ю, добрался до лестничной площадки у старших классов. Там он резко взмахнул рукой, останавливая спутников.
— Хватит, дальше нельзя – увидят.
Те двое впервые проворачивали подобную авантюру, поэтому молча и испуганно закивали.
Втроем они украдкой высунули из-за угла по полголовы и как раз успели застать шокирующую сцену.
Су Тинсюэ с глухим стуком опустилась на колени перед Чжоу Ю.
— Какого черта здесь происходит?!
У всех троих глаза едва на лоб не полезли, по рядам прокатился один сплошной испуганный вдох, а на лицах застыло абсолютное неверие.
Прошла всего минута с тех пор, как они опоздали, и что здесь успело случиться?
— Ты в порядке? Я-то думал, ты у нас крепкий орешек, — Чжоу Ю, проявляя рыцарскую заботу, поспешно поднял Су Тинсюэ на ноги. Выглядел он при этом искренне встревоженным, ни капли фальши.
А затем бросил суровый взгляд на стоявшую рядом Чу Сяояо:
— Вечно ты бьешь без удержу.
Чу Сяояо промолчала.
— Я всё понял, — Вэй Хан просветлел лицом. Будучи главным редактором школьной газеты, он обладал огромным опытом и по одним лишь косвенным уликам с легкостью восстановил истинную картину.
— И в чем же дело? — Нетерпеливо засыпали его вопросами остальные двое учеников, снедаемые любопытством, которое жгло их почище кошачьих когтей.
— Стопудово Чу Сяояо и Су Тинсюэ сцепились из-за мужика. Чжоу Ю стоял в сторонке наблюдал, а Су Тинсюэ просто не вывезла драку с Чу Сяояо.
— Получается, отметелила ее, а потом бросилась утешать проигравшую и корить победительницу. Вот ведь хитросплетения баланса.
— Ну и гнида же он.
Остальные двое ребят воспылали праведным гневом. В будни Чжоу Ю казался таким тихоней, а за спиной проворачивает такие дела! Им стало искренне жаль Су Тинсюэ.
Какая же она несчастная: два года назад Чжоу Ю воспользовался ее доверчивостью, теперь вот она наконец решилась потребовать от него ответственности, а в итоге снова огребла от Чу Сяояо да еще и стала жертвой манипуляций самого Чжоу Ю.
— Тсс, тихо вы, тихо! Они опять заговорили.
Из-за того, что двое спутников продолжали ругать Чжоу Ю на чем свет стоит, Вэй Хан стал разбирать слова товарищей с перебоями.
До него долетели лишь обрывочные фразы вроде «Гора Лунхушань», «самоучка», «совершенствование» и «стадия».
Троица принялась церемонно кланяться друг другу, в точности копируя сцены из сериалов про боевые искусства и бессмертных. Выглядело это донельзя комично, но старательно.
— Неужели у Су Тинсюэ тоже синдром восьмиклассника?
— Или ее эта зараза от Чу Сяояо передалась так быстро? — Размышлял Вэй Хан, не в силах решить, какая из версий ближе к правде.
Одно было ясно наверняка: Чжоу Ю точно подцепил эту заразу от Чу Сяояо.
…
Су Тинсюэ не подозревала, что ее образ в глазах окружающих претерпел очередные метаморфозы, и продолжала ломать голову над тем, что за ранг такой – полшага до стадии Ци.
Полшага до стадии Ци – это же просто не дотянувшие до стадии Ци, верно?
Если у нее даже стадии Ци нет, то как она вообще увидела призрака? Неужели от рождения наделена глазами инь и ян?
Чжан Даолин, основатель секты с Горы Лунхушань, как раз обладал врожденными глазами инь и ян. Именно опираясь на собственные особенности, он создал тайное искусство «Небесные глаза Инь и Ян», ставшее фирменной техникой обители.
Выходит, Чжоу Ю обладает точно такими же глазами инь и ян, что и патриарх-основатель?
Дзынь-дзынь…
Школьный звонок прервал раздумья Су Тинсюэ.
Троице пришлось подниматься наверх и возвращаться в класс.
Вернувшись на свои места, Чжоу Ю и Чу Сяояо заметили, что одноклассники косятся на них как-то странно – совсем не так, как перед уходом, когда на них смотрели как на павших морально парней.
Казалось, теперь они стали еще большими подонками?
Да что я вообще сделал?!
— Тебе не кажется, что окружающие смотрят на меня как-то ненормально? — Обратился Чжоу Ю к всезнающей Женщине-ди Сяояо.
Уж в этом деле Женщина-ди Сяояо обладала богатейшим опытом и принялась наставлять Чжоу Ю личным примером:
— Для того, кто ступил на путь бессмертия, состояние духа превыше всего. Нужно радоваться не вещицам, а собственному равновесию – как же можно обращать внимание на чужие взгляды?
Чжоу Ю с сомнением закивал, чувствуя в ее словах определенный смысл.
Во время урока Чжоу Ю заметил, что Чу Сяояо сидит мрачнее тучи, и гадал, что же у нее на уме.
Ответ нашелся на переменке.
— Чжоу Ю, когда Су Тинсюэ спрашивала нас о происхождении, тебе не показалось, что мы представились как-то неубедительно? — Со всей серьезностью поинтересовалась Чу Сяояо. Этот вопрос не давал ей покоя весь урок.
— Если подумать, то да, — признал Чжоу Ю. В конце концов, в каком бы уголке мира ты ни оказался, чья бы то ни была предыстория за душой не стояла, а выдать фразу «Мой учитель – соседка по парте Чу Сяояо» – это сразу уронить авторитет как минимум на треть.
— На Континенте Хунмэн адепты пути бессмертия при знакомстве в первую очередь называют свою секту. Сильна школа – крепка твоя опора и высок авторитет, и тогда в любой стычке или беседе ты сразу захватываешь инициативу!
— Когда я основала Секту Сяояо, в день ее создания набежали сплошные недоброжелатели. Я взошла на небеса для прохождения скорби и прямо на глазах у толпы прорвалась на новый уровень, в одиночку перебив врагов так, что кровь рекой лилась, и тем заложила фундамент Секты Сяояо!
— А после Секта Сяояо стала сильнейшей в Поднебесной! Стоило лишь прозвучать имени нашей обители, как герои и мужи разбегались на три ли вокруг, не смея тягаться с нами в силе. Посланники Секты Сяояо носили при себе именные жетоны, и те были равны моему личному присутствию – даже предки великих училищ и древних царств выходили встречать их с почестями!
— Обидно лишь то, что с моей гибелью от былого величия Секты Сяояо не осталось и следа, — вздохнула Чу Сяояо, вспоминая бурные годы на Континенте Хунмэн.
— К чему ты клонишь?
— А к тому, что я решила возродить Секту Сяояо, чтобы ее слава прогремела на всю вселенную! — Произнося эти слова, Чу Сяояо сияла одухотворенной красотой, казалось, будто на нее падал луч ослепительного света.
— Чжоу Ю, будешь главой секты.
Чжоу Ю опешил. С каких это пор Чу Сяояо стала такой щедрой? Раньше ему максимум светило место заместителя.
— А я стану великим старейшиной.
— Эй, с какой это стати?! — Чжоу Ю так и знал, что без подвоха не обойдется. Раньше она стояла выше него всего на полголовы, а теперь норовит возвыситься на целый корпус, да еще и притеснять его пуще прежнего. Разумеется, он был не согласен.
Чу Сяояо приводила железобетонные аргументы:
— Когда я была на Континенте Хунмэн, я как раз и занимала пост великого старейшины. Раз мы затеяли возрождение, всё должно остаться по-старому.
— Тьфу ты! На Континенте Хунмэн ты еще и Женщиной-ди Сяояо была, а сейчас даже меня побить не можешь.
В конце концов, подкупив Чжоу Ю двумя пачками острых полосок лакомства, Чу Сяояо добилась места великого старейшины, а Чжоу Ю скрепя сердце согласился побыть главой.
Чу Сяояо раздобыла исписанный с одной стороны листок с контрольной работой – вторая его сторона оставалась чистой.
Затем она попросила у Чжоу Ю двусторонний скотч, свернула бумагу треугольной призмой, на чистой гране вывела крупными буквами «Великий старейшина Секты Сяояо» и прошлась черным фломастером поверх несколько раз, чтобы надпись бросалась в глаза.
Чжоу Ю повторил за ней и кое-как свернул свою бумажку треугольной пирамидой, подписав ее «Глава Секты Сяояо», вот только почерк у него был куда хуже и неказистее, чем у Чу Сяояо.
Чу Сяояо скривила нос от отвращения:
— До чего же у тебя корявый почерк, давай я напишу.
Чжоу Ю лишь фыркнул в ответ:
— А чего ж ты при списывании домашних заданий на каникулах об этом не вспоминала?
И тут же протянул ей чистый лист бумаги.
— Готово.
Оба удостоверения личности были готовы и заняли свои места на партах.
У Чжоу Ю как раз завалялась дешевая пустая бутылка из-под минералки стоимостью в юань со стенками из мягкого пластика. Перехватив ее посередине, он скрутил корпус, а затем слегка открутил крышку – раздался глухой хлопок, пробка со свистом улетела в сторону, а из горлышка вырвалась струйка белого пара.
Услышав хлопок праздничной хлопушки, Чу Сяояо принялась вовсю аплодировать, празднуя рождение Секты Сяояо.
Сидевший перед ними Чжао Чжо чувствовал себя полнейшим мертвецом: в свои восемь лет он уже перерос подобные детские игры.
Раньше за соседней партой сидела всего одна психопатка, а теперь, славьте небеса, их стало двое.
— Всего двое в секте, маловато людей, — радуясь успеху, Чу Сяояо уже заглядывала в будущее обители, ведь секта всего из двух человек звучала совсем несолидно.
— А давай спросим Номи, не хочет ли она к нам присоединиться?
Великий старейшина Секты Сяояо отличался широтой взглядов, ратовал за непредвзятость и равенство всех живых существ, позволяя вступать в ряды секты как людям, так и призракам.
— Не хочешь вступить в Секту Сяояо? — Повернувшись, спросил Чжоу Ю у Номи, которая как раз хлопала вместе со всеми.
— С удовольствием! — Номи сочла это забавной затеей и охотно согласилась.
— Будешь заместителем главы.
Пара фраз – и численность Секты Сяояо увеличилась вдвое, продемонстрировав рекордные темпы роста.
После основания и укрепления Секты Сяояо Чу Сяояо решила повести главу и заместителя снова навестить старшеклассников с Горы Лунхушань.
Вдвоем и с одним призраком они подошли к дверям первого класса и перехватили первого попавшегося ученика с вопросом, где Су Тинсюэ.
Тот вытаращился на Чжоу Ю: это же тот самый парень, у которого с Су Тинсюэ мутные дела, да еще и другую красотку с собой привел?
И они еще имеют наглость заявляться сюда с таким видом?!
— Чжао Цанцан, тут к Су Тинсюэ! — Крикнул тот парень.
Чжао Цанцан приходилась Су Тинсюэ лучшей подругой.
— Вы к Су Тинсюэ? Она отпросилась и ушла, — бросила Чжао Цанцан, подозрительно оглядывая Чу Сяояо и Чжоу Ю – добрыми они ей не казались.
Стоило этой парочке подойти ближе, как по ее телу пробежала волна жуткого холода. От этого леденящего душу мороза ей захотелось забиться в ознобе.
И испытать такое посреди знойного лета – она ни за что не поверила бы, что это ей просто показалось.
— Не подскажешь, куда именно она отпросилась?
— Понятия не имею, — покачала головой Чжао Цанцан. Су Тинсюэ вечно куда-то уходила по отгулам.
Двое и призрак были вынуждены удалиться.
Чжао Цанцан заметила, что стоило этой парочке отойти, как леденящий холод отступил, что лишний раз подтверждало ее догадки.
— Заметила взгляд того человека? Когда он смотрел на меня, в его глазах читался первобытный страх, — рассуждала Чу Сяояо, разбирая с Чжоу Ю и Номи перемены в выражении лица Чжао Цанцан.
— Пусть моя сила и упала до уровня смертной, но боевой дух никуда не делся, стоит мне лишь чуть-чуть выпустить его наружу, как обычным людям уже не снести этого.
Номи была потрясена словами Чу Сяояо: ее сила пала до уровня смертной, но если вспомнить, как та в подсознательном мире называла себя Женщиной-ди Сяояо и разрубила ее топором…
Неужели перед ней переродившийся великий небожитель? Или ее уровень мощи превышает любые мыслимые пределы?
Вот это настоящая опора!
Вступление в Секту Сяояо определенно того стоило.
Комментарии