Цянь Цанъи стоял у выхода номер два. Ему достался именно этот сектор.
У остальных четырех тропинок тоже замерло по актеру. Через несколько секунд им всем предстояло одновременно ступить на узкие дорожки.
— Я пошел! — Крикнул Мудрая Звезда.
Цянь Цанъи глянул по сторонам: коллеги уже скрылись в лесу. Он тоже сделал шаг вперед.
В этот раз ощущения от леса были иными. В глубине души, словно сорняк, прорастал липкий, неосознанный страх.
Идти одному по этому жуткому лесу, где из-за каждого дерева может выскочить монстр или неведомый зверь, было настоящим испытанием.
«Второй фильм – и уже такая сложность?»
Цянь Цанъи вспомнил свой прошлый опыт, и тревога усилилась.
Он невольно прибавил шагу.
Внезапно из глубины чащи донеслись тихие голоса. Разобрать слова было трудно, но они точно были.
Цянь Цанъи навострил уши, пытаясь определить направление, но звук словно играл с ним: то он доносился слева, то справа, то спереди, то за спиной, а порой и вовсе казалось, что говорят откуда-то из-под земли.
Менялось лишь одно: приглушенное бормотание переросло в яростный спор.
Цянь Цанъи продолжал идти, и крики становились все отчетливее.
— Янь Жосюань, ты так и будешь молчать?! Мы же все здесь подохнем!
Услышав это, Цянь Цанъи вздрогнул от удивления – это был его собственный голос. Но он тут же сообразил: говорит не он сам, а Мо Ань, персонаж, роль которого он исполняет.
— Мо Ань, я же сказала! Я не знаю, в чем дело!
Это был голос Мягкий Свет. Точнее, Янь Жосюань – героини, которую она играла.
— Хватит орать!
Раздался голос Нинцзин, обиженный и слабый. Ее персонажем была Дуань Лин.
Возможно, в их споре промелькнет подсказка, как выбраться из этого чертового леса.
Цянь Цанъи не сбавлял темпа, напряженно прислушиваясь к каждому слову.
— Ты хотя бы можешь сказать, что это за место, черт бы его побрал?! — В запале выкрикнул Мо Ань.
— Мо Ань, только попробуй еще раз так со мной заговорить!
— Ну все, все, кончайте лаяться. Руганью делу не поможешь. Янь Жосюань, неужели так трудно просто объяснить, где мы?
— Хэ Хунсинь, не строй из себя миротворца, принимая сторону Мо Аня. Думаешь, мне есть дело до твоих советов?!
— Там… Дуань Лин плохо, она, кажется, сейчас в обморок упадет.
Затем последовал неразборчивый шум.
Цянь Цанъи почувствовал глухое раздражение: даже в такой ситуации эта Янь Жосюань упорно молчала о тайнах острова.
В то же время ему стало по-человечески жаль Мягкий Свет – каково это, играть настолько отталкивающего персонажа.
Людям свойственно переносить черты героя на актера, и как бы рассудительны ни были их коллеги, они могли подсознательно начать ассоциировать Мягкий Свет с этой вздорной девицей – ведь и лица, и голоса у них одни и те же.
«Может, Янь Жосюань и сама ничего не знает? Ее обманули? Или есть иная причина для молчания?»
Цянь Цанъи не знал ответа, но понимал: нужно спешить. Чувство голода накатило с новой силой.
Крики в лесу внезапно стихли.
Вскоре впереди забрезжил свет, и перед глазами предстали знакомые палатки.
Вернувшись на пустырь, Цянь Цанъи первым первым делом проверил свои метки – четыре обрывка бумаги, прижатые землей.
Сами бумажки были заурядными, но их расположение – нет. Он выложил их на строго определенном расстоянии друг от друга, выверенном длиной блокнота, намеренно чуть сократив дистанцию.
Если бы их передвинули, восстановить точную схему было бы почти невозможно.
Форма обрывков, их наклон и взаимное расположение – все было зафиксировано в его записях.
— Цанъи, ты первый! — Крикнул Мудрая Звезда.
Тот обернулся и увидел Мудрую Звезду, который ковырял в носу левым указательным пальцем.
— Я слышал в лесу голоса. Янь Жосюань и Мо Ань спорили, — сообщил Цянь Цанъи.
Мудрая Звезда кивнул, ничего не ответив.
— Ты тоже слышал? — На поляну вышла Мягкий Свет.
Цянь Цанъи огляделся: Сяо Тянь и Нинцзин тоже показались из леса, причем оба шли по одной и той же тропинке, один за другим.
Все пятеро снова собрались у чертежа на земле.
— Докладывайте по порядку, — Мудрая Звезда взял ветку и отметил свой маршрут.
Через пару минут картина прояснилась.
— Не буду ходить вокруг да около: в основном тропы ведут друг к другу. Но есть одно исключение – та, что напротив желтой палатки. Как по ней ни иди, вернуться через нее на пустырь невозможно, — Мудрая Звезда указал на желтую палатку. — То есть путь номер три.
Цянь Цанъи посмотрел на указанный выход, и на душе стало чуть спокойнее.
— Тогда идем скорее! — Мягкий Свет, не в силах больше ждать, решительно направилась к выходу.
— Погоди, — окликнул ее Сяо Тянь. — Вы слышали в лесу ссору Янь Жосюань и остальных?
— Ох. — Мягкий Свет легонько ударила кулаком по ладони. — Совсем забыла. Да, слышала. И Цанъи тоже.
— Давайте каждый расскажет, что именно слышал. Может, у нас разные фрагменты? — В голосе Нинцзин промелькнуло воодушевление.
Обменявшись парой фраз, они быстро восстановили сцену спора.
Голоса в лесу действительно звучали по-разному. Хотя суть оставалась прежней, детали разнились.
Цянь Цанъи слышал перепалку Мо Аня и Янь Жосюань, вмешательство Хэ Хунсиня и слова Чжан Сыбо о том, что Дуань Лин лишилась чувств. На этом все обрывалось.
У Сяо Тяня версия была иной: главными спорщиками выступили Хэ Хунсинь и Янь Жосюань. Их ссора переросла в потасовку – вернее, учитывая разницу в габаритах, Хэ Хунсинь просто начал избивать девушку, а остальные пытались их разнять.
Мягкий Свет, игравшая Янь Жосюань, слышала совсем другое. Ее героиня снова лаялась с Мо Анем, но причиной был Чжан Сыбо.
Точнее, Янь Жосюань срывала злость на беззащитном Чжане, а тот, будучи человеком робким, не смел возразить. Мо Ань не выдержал и вступился за него, хотя позже разговор все равно свернул на тайны острова.
Что касается Нинцзин и Мудрой Звезды, игравших Дуань Лин и Чжан Сыбо, их фрагменты тоже крутились вокруг конфликта Янь Жосюань с мужчинами, но сами их персонажи в активную фазу спора не вступали.
— Может, мы слышим ссоры, случившиеся в разное время? — Серьезно спросила Мягкий Свет.
— Или это ссоры разных «групп», — добавил Мудрая Звезда.
— Трещина… она стала еще больше! — Внезапно воскликнул Цянь Цанъи, заметив нечто иное.
Комментарии