У рабов нет личного имущества – платить им деньгами было бы нелепо.
Текущая модель работы Стенающей шахты тоже не подходила для денежного обращения.
Ронан хоть и относился к рабству с презрением, но объявлять о его немедленной отмене не стал. В этом мире, где рабовладельческий строй был основой общества, шагать слишком широко – значит рисковать всем.
К тому же люди привыкли к этой системе – нужно было вводить реформы постепенно.
Поэтому система вкладов сейчас подходила лучше всего.
Ронан затеял реформы как ради этих рабов-шахтеров, так и ради себя самого.
Этот духовный песок напрямую влиял на стартовый капитал его владений – производительность нужно было поднимать любой ценой.
Будучи попаданцем, он отлично знал: уравниловка, хоть и кажется справедливой, на деле всегда ведет лишь к снижению эффективности труда.
А система личного вознаграждения за труд куда сильнее повышает мотивацию.
Доходы Стенающей шахты вполне могли покрыть такие издержки.
К тому же в Южных пустошах была не одна только «Стенающая шахта» – тут имелись залежи мифрила, красной меди, драгоценных камней…
Эти бесхозные земли в будущем открывали перед ним огромные возможности для разработки.
Только превосходная система, запускающая благотворный цикл, позволит развиться по-настоящему.
Пусть шахтеры пока и не до конца поняли новую систему, но можно было предвидеть, что добыча на шахте в будущем значительно вырастет.
Экономическая основа – вот что важно.
…
Ронан так рьяно брался за реформы не только из желания поскорее встать на ноги и расширить владения – была тут и причина, связанная с самосохранением.
Он не забывал, что он всего лишь двойник молодого господина Артура.
А двойника в любой момент может заменить другой двойник.
Но… заменить?
Посредственность – вот что можно заменить!
Поэтому он не собирался прятать свои таланты – напротив, нужно действовать показно и делать всё как можно лучше.
Настолько хорошо, чтобы никто, кроме него самого, не смог его заменить!
Бездарность скопировать легко, а вот способности и талант – нет.
Знатные семьи дорожат своей репутацией – когда придет время, этому «Артуру» придется оставаться Артуром, даже если он ненастоящий. Только так он сможет и дальше, под именем Артура, получать доступ к ресурсам высшего уровня.
Задача Ронана – до того как он снимет с себя «Проклятие, Пожирающее Сердце», успеть как можно лучше проявить себя на посту лорда.
…
В этой шахте грамотных людей, возможно, и на две руки не наберется – до объявления новой политики никто толком не понимал, что она означает.
Знали только, что кормить, кажется, будут лучше.
Однако, помимо канцлера Бартона, нашелся еще один человек, который всё понял.
Это была доктор Николь, всё это время молча слушавшая в углу!
Благодаря своему положению она имела дело со множеством аристократов и могла утверждать с уверенностью: ни в одном владении Империи нет такой необычной системы.
Почти все частные шахты знати использовали рабский труд – эта модель просуществовала сотни и тысячи лет, и все привыкли к ней.
Никто и не думал ее менять, никто не видел в этом необходимости.
Ведь рабы не только не боялись смерти – им не нужно было платить жалованье, достаточно было скудной еды.
Это был самый дешевый инструмент для добычи руды.
Рабовладельцы знали, что рабы работают спустя рукава, добыча невысока.
Но решение, которое они находили, было старым как мир: кнут, суровые наказания и максимальное выжимание сил.
А сейчас Николь увидела совершенно новое решение: «Очки вклада? И как только ему такое пришло в голову? Но если так, то чем тогда рабы отличаются от свободных?»
Она погрузилась в раздумья, словно распахнулась какая-то новая дверь, и сразу поняла: этот план куда разумнее и совершеннее.
Но в то же время ей чудилось, будто здесь что-то не так.
Зачем давать рабам такое хорошее обращение?
В ней зародилось смутное предчувствие: эта система вкладов окажет огромное… влияние на то, как этот человек будет строить свои владения в будущем.
Словно в древней, незыблемой классовой системе появилась крошечная, почти незаметная трещина, и она продолжала расширяться в неконтролируемом направлении.
Но выросшая с аристократическими принципами Николь не могла представить, каким именно будет это «влияние».
Однако следующий указ Ронана поразил ее до глубины души.
…
Первый указ Ронана решил проблемы с производительностью на шахте.
В политике, проверенной на практике в прошлой жизни, и сомневаться не приходилось: как только система заработает, развитие пойдет только в гору.
Бартон закончил читать первый указ, и Ронан снова заговорил громко и ясно:
— Его Величество даровал мне эти земли, настоящую сокровищницу. Новые владения нужно осваивать – мы будем возделывать почву, строить дома, возводить новые города. Мы столкнемся с магическими зверями, с гулями, с врагами… В боях будет проливаться кровь, будут и павшие… но рыцарская честь всегда будет рядом с моими доблестными воинами… Мне нужны верные стражи для моих земель…
В этом мире армия делилась на три основных вида: профессиональные солдаты, наемники и личные дружины.
Основная боевая сила аристократов – это по большей части их собственные дружины.
Личные воины лорда в мирное время занимаются земледелием и производством, а в случае войны выступают в поход со своим снаряжением.
По устоявшимся правилам, один военный лорд мог посвятить в рыцари не более тринадцати человек.
Каждый рыцарь получал надел в 3–8 квадратных километров и население в 300–500 душ.
Рыцарь, в свою очередь, мог подготовить себе оруженосцев – ресурсов его владения хватало примерно на содержание десятка таких воинов.
Когда начиналась война, лорд объявлял призыв, и рыцари являлись со своим снаряжением и оруженосцами.
Таким образом, у одного военного лорда обычно можно было собрать около ста пятидесяти человек регулярных войск.
А если считать вспомогательные отряды и рабские легионы, то число могло достигать нескольких сотен или даже тысяч.
Выше стоял генерал – в его подчинении находилось от четырех до десяти военных лордов; затем – правитель области, чьи владения обычно равнялись административной провинции, с несколькими генералами под началом…
Такая аристократическая система утвердилась еще со времен крушения Эры Единения человечества.
(Ранги титулов: Рыцарь/Воин – Военный лорд – Генерал – Правитель области – Фогт – Император)
Поскольку титулы передавались по наследству, знать монополизировала знание о сверхъестественном, и классы окончательно окостенели.
Девять фогтов Ржавой Империи не менялись с самого ее основания.
Они пустили корни в своих землях, связав себя брачными узами и общими интересами, и превратились в девять настолько могущественных структур, что даже императорская власть не могла ими управлять.
Например, «тесть» Артура, глава дома Балин из Редвудского Муниципального Владения, был одним из этих девяти верховных аристократов – фогтом.
По сути, такой фогт – это пограничный король.
А отец Шона Блэка, соперника Артура, носил наследственный титул правителя области – на одну ступень ниже.
Сейчас Империю сотрясали войны, лорды втайне копили силы, и численность их личных армий давно перестала соответствовать законодательным ограничениям.
Если говорить о военной и финансовой мощи, семья Блэк могла дать фору иному фогту.
Когда «юного господина Артура» сослали, его отец-премьер устроил ему титул военного лорда.
Так что теоретически он мог посвятить в рыцари только тринадцать человек.
Однако сейчас, будучи лордом-первопроходцем на новых землях, он был полностью свободен от этих ограничений.
Другие военные лорды могли иметь лишь тринадцать рыцарей, потому что их собственные владения были ограничены – больше они просто не могли выделить.
А Южные пустоши, где находился Ронан, были полны бесхозных земель – он мог посвящать в рыцари сколько угодно, была бы под рукой земля для пожалования.
Если он сумеет реально расширить свои эффективные владения и набрать достаточно населения, Империя соответственно повысит и его титул.
В этом и заключалась привилегия «Освоительного указа».
…
Однако Ронан не собирался полностью копировать систему Ржавой Империи.
В Южных пустошах, где завтра может не наступить, никто не даст ему времени на медленное развитие – его воинам нужны были ощутимые блага здесь и сейчас, чтобы укрепить боевой дух и усилить владения.
Ему требовалась профессиональная армия.
Современная армия в чистом виде тоже не подходила.
И тогда Ронан вспомнил о системе военных заслуг, введенной реформатором Шан Яном в царстве Цинь.
— Господа, вчера я говорил вам, что мне нужны рыцари, верные мне. Нужны и закаленные в боях воины… Отныне каждый, кто пожелает вступить в мою личную гвардию, немедленно получит от меня титул рыцаря-послушника. А за достаточные военные заслуги вы получите земли и станете полноправными рыцарями… — произнес Ронан.
Как только эта новость подтвердилась, у двадцати двух оставшихся охранников шахты перехватило дыхание.
Это был тот самый шанс, что мог изменить их судьбу!
Почти не колеблясь, двенадцать телохранителей Джона и двадцать два охранника шахты одновременно опустились на одно колено, приложив руку к груди в знак почтения:
— Мы готовы служить нашему лорду!
Ронан кивнул, не забыв и о своей личной гвардии.
Он обнажил церемониальный меч, символ власти, и торжественно произнес:
— С этого дня я посвящаю вас – Джона, Дэнни, Дэвида, Юэна, Эри, Рога, Хука, Сандро, Фреда… в рыцари своей личной гвардии!
Двенадцать человек замерли с торжественным видом, приложили руку к груди и произнесли рыцарскую клятву:
— Честь – моя жизнь!
До того как сойти с поезда, эти телохранители были лишь рыцарями-послушниками – без военных заслуг они, возможно, остались бы ими на всю жизнь.
Никто и подумать не мог, что, прослужив Ронану всего два дня, они уже будут посвящены в полноправные рыцари.
Пусть пока у них не было своих земель, но раз уж их господин даровал им титул, он будет занесен в имперские реестры, и это будет официально признанный дворянский титул и высочайшая честь!
Затем Ронан указал мечом на охранников шахты и продолжил:
— Я посвящаю вас – Кейбала, Аку, Нинья, Люта, Джонни… в тяжелую пехоту моих владений.
Он перечислил все двадцать два имени.
Тот, кто способен носить легкий доспех, уже может считаться рыцарем-послушником.
Услышав, что благородный лорд произносит их имена, двадцать два охранника пришли в неописуемое волнение.
— Благодарим нашего лорда! — Выдохнули они.
Господин произнес наши имена!
Какая же это честь!
«Рыцарь-послушник» – это уже почти дворянин. Их общественное положение изменилось коренным образом, и будущее сулило великие перспективы.
Теперь, куда бы они ни пошли, это звание будет предметом гордости.
Разве можно сравнить с простым охранником на шахте?
И они безмерно радовались, что остались тогда.
Комментарии