Битва с одержимым Чжан Юньляном и внезапно восставшим цзянши вымотала меня до предела. Убедившись, что мертвец окончательно затих, я с облегчением выдохнул и без сил рухнул на землю. Руки пронзила острая боль – кровь продолжала сочиться из ран.
Когти цзянши разодрали мне плечи, оставив глубокие борозды. Раны начали опухать и неметь.
Чжан Юньяо, видя, что повязки моментально пропитываются кровью, растерялась. Слезы снова навернулись ей на глаза.
Глядя на ее панику, я криво усмехнулся:
— Не дрейфь, жить буду.
Я скосил глаза на рану и изменился в лице. Кровь, вытекающая из рваных дыр, потемнела.
Вместо алого цвета она стала почти черной.
Когти и зубы цзянши пропитаны трупным ядом. Заражение происходит почти мгновенно.
К счастью, предок семьи Чжан восстал совсем недавно, и яд еще не набрал полную силу.
Я порылся в сумке и достал пакет с клейким рисом – мой неприкосновенный запас.
Перенос могил – дело опасное, контакт с трупами неизбежен, так что я подготовился основательно. Это мой первый самостоятельный заказ, и я не хотел облажаться по глупости.
Я приложил горсть риса к ране. Боль пронзила плечо, словно раскаленным железом, а от плоти повалил едкий белый дым с запахом гнили. Это выходил яд.
Но не любой рис годится для этого дела. Тут нужна особая подготовка.
Чтобы клейкий рис мог вытягивать трупный яд, его нужно семь раз по семь – сорок девять дней – вымачивать в моче девственника, а затем столько же времени сушить на палящем солнце.
Если хоть один день будет пасмурным, рис потеряет свои свойства или станет бесполезным.
Две горсти риса мгновенно почернели, впитав отраву. Онемение и отек сразу спали.
Но больно было адски, пот заливал глаза.
Чжан Юньяо сидела рядом на корточках, не зная, куда деть руки, и с ужасом наблюдала за процедурой.
— Все, порядок. Помоги встать, — скомандовал я.
Она поспешно подставила плечо, помогая мне подняться.
Тело ныло от усталости, но передышка пошла на пользу.
— Молодой господин У, там мой брат лежит… с ним все будет хорошо? — Робко спросила она.
— Плевать на него, не помрет, — буркнул я.
Весь этот кошмар случился по вине этого идиота. Если бы он послушал меня и дождался моего возвращения, ничего бы не произошло. Он не только других подставил, но и сам чуть не отправился на тот свет.
Чжан Юньяо прикусила губу:
— Простите нас, господин У. Это все брат натворил. Когда все закончится, я попрошу отца заплатить вам вдвое больше.
— Ты тут ни при чем, не извиняйся. И не волнуйся, раз я взялся за работу, я его здесь не брошу, — твердо сказал я.
Она немного успокоилась и снова начала рассыпаться в благодарностях.
Отдышавшись, я почувствовал прилив сил. Велев Чжан Юньяо оставаться на месте, я направился к той самой роще, где видел силуэт.
Тот темный наблюдатель не давал мне покоя.
Это он управлял Чжан Юньляном, и наверняка он испортил фэншуй могил.
Я жаждал найти его и спросить, какого черта ему надо.
Но роща была пуста. Тень исчезла, словно растворилась в воздухе.
Я уже собирался возвращаться, как вдруг услышал истошный женский визг. Меня аж подбросило.
Кричала Чжан Юньяо.
Я со всех ног бросился обратно к могилам.
Прибежав, я увидел ее стоящей среди гробов. Она зажимала рот руками, глаза полны ужаса.
Жива, цела. Слава богу.
— Что случилось? — Спросил я, подходя ближе.
Она резко повернулась ко мне и дрожащим голосом прошептала:
— Гроб… в гробу кто-то шевелится. Я слышала!
Я удивился. Только что от цзянши бегала – и ничего, а тут шороха испугалась. Женская логика – загадка природы.
— Не бойся, я здесь, — я легонько похлопал ее по спине, успокаивая, и осторожно отодвинул в сторону.
Мой взгляд скользнул по рядам гробов.
И тут меня осенило.
Рабочие! Наемные рабочие семьи Чжан и дядя Ху – они же исчезли. Куда они делись?
Почему здесь был только одержимый Чжан Юньлян?
Я затаил дыхание, прислушиваясь. И действительно, из одного гроба доносился тихий, скребущий звук.
Глухая ночь, пустошь, и звуки из гроба – жуть, способная довести до инфаркта.
Прислушавшись внимательнее, я почувствовал, как волосы встают дыбом.
Это был звук ногтей, царапающих крышку изнутри.
«Кхх-кхх-кхх…», – звук становился громче.
Один из старых, выкопанных гробов слегка дрогнул.
Лицо мое вытянулось.
Неужели все предки в этих гробах решили разом восстать?
Один цзянши меня чуть не укокошил, а если их тут толпа, мне точно крышка.
Захотелось развернуться и бежать без оглядки. Теперь понятно предупреждение Восьмихвостой лисицы – это место проклято.
Но бежать нельзя. Если эта орда вырвется и доберется до деревни, жертв будет немерено.
Я сделал глубокий вдох, загоняя страх поглубже.
— Иди в машину и запрись. Не выходи, что бы ни случилось, — приказал я Чжан Юньяо.
Комментарии