От этого резкого порыва ветра у меня на душе тоже похолодело, а сон как рукой сняло. Ветер поднялся слишком странно, без всякого предупреждения. Атмосфера в лесу и эта зловещая тьма сделали место вокруг еще более жутким.
В лесу воцарилась необъяснимая тишина: звуки зверей, насекомых и ночных птиц внезапно смолкли, сменившись мертвым безмолвием.
Такая обстановка была совершенно ненормальной для обычного леса; это чувство ничуть не уступало тому леденящему душу ощущению, что возникало в безднах Призрачной пещеры.
Собрав всю волю в кулак, я перебрался с развилки еще выше, к самой верхушке огромного дерева, и сквозь листву принялся наблюдать за окрестностями.
Далекие горы превратились в черные громады, у подножий которых залегли густые тени, словно там притаились исполинские чудовища. Прямо подо мной листва густо шелестела на ветру; я заметил, что видовое разнообразие деревьев здесь было просто поразительным.
Дерево, на которое я взобрался, оказалось гигантским тисом. Говорят, его плоды могут лечить рак – не знаю, правда это или нет, но сейчас был не сезон плодоношения, кругом зеленела лишь густая хвоя. А неподалеку рос лоропеталум – настолько огромный, что его, наверное, не смогли бы обхватить и пять-шесть человек вместе. Его смело можно было назвать «королем лоропеталумов».
В этой зоне также росли мехелия, циклокария, торрея, гигантские криптомерии, красные нанму и многие другие редкие породы. Каждое дерево было невероятно массивным, что само по себе казалось чем-то ненормальным.
Стоит пояснить: такие деревья относятся к особо охраняемым видам, и их одновременное появление в одном небольшом уголке леса противоречило всякому здравому смыслу.
К тому же, помимо этих древесных великанов, повсюду рос бамбук – длинные и толстые стебли уходили в самое небо.
Откуда я всё это знал? Мой отец был секретарем в деревне Цилун, а до этого работал смотрителем лесных угодий. На книжных полках дома стояло множество справочников по дендрологии, где каждое растение было подробно описано, и я от скуки частенько их листал.
Днем, пока я спешил, я не обращал на растительность внимания, и лишь сейчас осознал, что нахожусь в самом центре уникальной популяции реликтовых деревьев.
В природе существует закон «хозяина горы», и растения тоже своего рода конкуренты. Каждое из этих деревьев-королей обычно занимает целый склон, не терпя соперников своего ранга поблизости. Но здесь они почему-то собрались вместе. Восхищаясь этим зрелищем, я одновременно чувствовал, что над этим местом витает какая-то необычайная сила.
В этот раз я услышал всё предельно отчетливо, но звук донесся не прямо от уха, а будто от одного из этих гигантов.
Я в ужасе уставился в гущу леса, затаив дыхание и сосредоточив всё внимание на окружающем пространстве.
В такой глуши любой шорох слышен ясно, ведь кроме этого странного звука был лишь шум ветра в листве.
И тут прямо над моей головой раздался резкий, пронзительный звук, похожий на свист свистка.
Меня передернуло. Я и так был на самой верхушке тиса – откуда над головой мог взяться другой звук? Я с опаской задрал голову: за исключением черного ночного неба там были лишь несколько возвышающихся стеблей бамбука. Они яростно раскачивались на ветру, и их ветви в темноте походили на когти ночных демонов – оскаленные и ужасные.
Я никогда не бывал в таких ситуациях. Даже в Призрачной пещере, когда я оставался один, я знал, что где-то рядом дедушка и остальные. Но здесь, в глухом лесу, я был совершенно один, и помочь мне было некому.
Я подумал: неужели я столкнулся с горным злым духом? Дедушка и отец с детства предупреждали меня не соваться в горы по ночам, когда выходят страшные твари. Неужели мне так не везет, что я повсюду натыкаюсь на нечисть?
Снова взвыл ветер. Я не сводил глаз с темноты наверху. Деревья качались, и бамбук гнулся сильнее остальных. Опять раздался этот резкий свист со стороны верхушек – звук, похожий на крик призрака или на то, как нечто невидимое истошно дует в дудку.
Однако в этот раз я испытал облегчение. Я ясно увидел, как два высоких стебля бамбука, раскачиваясь на ветру, перехлестнулись. Один ударил по другому, и при трении возник этот пронзительный, скрежещущий, неприятный звук – тот самый «дьявольский свист».
Поняв это, я наконец выдохнул. Черт побери, это просто бамбук терся друг о друга, а я чуть со страху не помер.
Но расслабляться было рано. Ночной ветер продолжал бушевать как-то уж очень неестественно. Меня не покидало предчувствие, что должно случиться что-то еще, и дело не ограничится простым скрипом бамбука.
После этого бамбуковые стебли свистели еще несколько раз, и каждый раз у меня по коже ползли мурашки – уж очень жутким был этот звук.
Вторая половина ночи стала для меня настоящей пыткой, каждая минута тянулась как год. Как же я жаждал увидеть первые проблески рассвета над горами! Тогда лес вернется к своей дневной суете, проснутся звери и птицы, и он перестанет быть этой кошмарной чащей.
В состоянии крайнего беспокойства я коснулся ожерелья Судьи Призраков у себя на груди. Только едва ощутимая прохлада, исходящая от него, давала мне хоть каплю чувства безопасности. Дедушка говорил не снимать его до последнего вздоха: оно способно отразить атаку нечисти. Еще он говорил, что пробудившееся во мне прирожденное духовное тело – лакомый кусочек для призраков и злых духов, и только «Судья Призраков» может уберечь от этой грязи.
Этот амулет был странным: порой казалось, что он обладает собственным разумом. В моменты опасности он посылал холодный импульс, чтобы предупредить меня. В пещере так случалось несколько раз, а когда мы столкнулись с драконидом, я даже почувствовал в амулете какую-то знакомую ауру.
Комментарии