Глава 85: «На Востоке темно, на Западе свет.»
Ветер сои пронёсся по Западному континенту, вновь сделав сельское хозяйство племён процветающим. Земледельцев становилось всё больше, и это ремесло привлекало к себе новых человечков.
На экране всплыло простое уведомление, затерявшееся среди мясных, яичных и молочных открытий, из-за чего оно почти не бросалось в глаза.
Лу Яо едва не пропустил его.
Когда взгляд всё-таки зацепился, рука с мышью дрогнула.
[Племя Чеснока построило первый город: Яньчэн.]
Для Лу Яо это было полнейшей неожиданностью.
Первый город, возведённый племенем, появился не в столице, а в поселении у западного Соляного пруда.
Он переключил вид сверху на Соляной пруд.
Лу Яо давно туда не заглядывал, и теперь место изменилось до неузнаваемости.
Вокруг города выложена низкая каменная стенка, а в центре шли перекрёстные, словно решётка, улицы. По обе стороны стояли редкие деревянные и каменные домики.
Снаружи они мало отличались от построек в столице Племени Чеснока, но теперь у каждого дома появилась конкретная функция – город обрёл социальное разделение труда.
Перед многими строениями развевались флаги с нарисованными символами, обозначавшими назначение домов.
На флагах с изображением молота находились кузницы, где изготавливали и продавали металлические инструменты и оружие.
Флаг с узором песка означал лавку соли – местный промысел и гордость города.
Колосья пшеницы на полотнище указывали на зерновую скупку.
Рубашка – на лавку одежды.
Керамическая кружка – на трактир.
А там, где был нарисован дымящийся кусок мяса и лепёшка, располагалась закусочная.
Хотя всё это выглядело примитивно, в этом уже чувствовался переход к развитому обществу.
Торговцы больше не бродили по улицам с криками, многие устроились работать в лавках. Торговля вошла в повседневную жизнь прочно и неразрывно.
После появления Яньчэна в углу игрового интерфейса, рядом с числом населения, появилось подробное деление.
Население: 22 129.
Ниже добавилась строка: [Яньчэн: 2 314].
Исследуя город, Лу Яо неожиданно наткнулся на храм.
Над ним мерцала надпись [Храм Яньчэна]. Размер и облик полностью копировали храм столицы. Разве что снаружи применялся серый камень вместо белого.
Нажав на строение, Лу Яо увидел внутри собственную статую, позади которой возвышались Лестница Вознесения и смутный силуэт Зала Всех Богов.
Поля «Жертвоприношения» и «Благословения», портреты двух апостолов – всё стояло на месте. Рядом имелся крошечный значок храма, переходивший к главному святилищу Племени Чеснока.
С точки зрения управления, храм в Яньчэне тоже поддавался управлению.
Это значило, что храмы можно строить в разных городах и связывать их между собой.
Лу Яо подумал: не похоже ли это на телепорт?
Если нужно перебросить апостола в другой город, достаточно воспользоваться храмом как точкой перехода – и можно мгновенно перемещаться между двумя местами.
На деле всё оказалось ещё удобнее, чем он ожидал.
Стоило отправить Изабель в храм, и она могла мгновенно перемещаться между Яньчэном и столицей, используя священный символ как ключ.
Одна эта возможность снизошедших через храм апостолов уже давала городу огромное преимущество. Цивилизация шагнула вперёд на глазах.
Яньчэн был первым полноценным городом пиксельного мира, но управление оставалось простым – всего один мэр и один командир.
Мэром оказался знакомый человечек – Юйлянь.
Юйляню исполнилось тридцать четыре. Из юноши он превратился в зрелого мужчину, достиг пятого уровня, а навык судостроения вырос до второго – прогресс был очевиден.
Когда-то, будучи подростком, он прославился, построив первую весельную галеру. Лу Яо тогда возлагал на него большие надежды, но потом изобретатель так и не создал новых судов.
Теперь, став вождём, Юйлянь больше не мог, как прежде, мечтать у реки.
Суета не покидала племя: драки между рыбаками и торговцами, потасовки зрителей Колизея, пьяные дебоши, торговые споры – всё это ложилось на его плечи.
Он без конца гасил эти пожары.
Потому назначение его управляющим Яньчэна было, по мнению Лу Яо, правильным шагом.
В отличие от перенаселённой и закостенелой столицы, Яньчэн был молодым городом. Он уже успел пережить разрушение и возрождение, а потому свободен от старых обычаев.
Здесь, кроме людей из Племени Чеснока, жили пещерные монстры, порченые, степные дикари и странствующие бродяги.
Расы смешались.
Пещерные монстры выбрались из подземных пещер, где укрывались после прежней эпохи, рассеявшись малыми группами.
Под руководством мага Сэньцзяня некоторые из них вышли на поверхность и прижились среди людей.
Те, кто не хотел уходить далеко от гор, осели в Яньчэне. Со временем их стало всё больше.
Порченые когда-то были солдатами, созданными Кровавым рыцарем.
Иронично, но железный исполнитель Невид, без тени самости, породил существ, обладавших полноценным разумом.
Порченые напоминали зомби: почти неубиваемые, но зависимые от мяса и соли, чтобы поддерживать тела, подверженные медленному гниению.
Они служили городским стражами, день и ночь патрулировали округу.
Когда Кровавый рыцарь не уходил в Черную Бездну и не выполнял задания, он продолжал обучать их.
Так, двенадцать порченых превратились в элитных бойцов.
Самый слабый достиг восемнадцатого уровня, сильнейший добрался до двадцать первого и получил новое имя – [Порченый страж].
Он был крупнее своих собратьев, широкоплечий, словно синий великан среди карликов.
Лу Яо выделил нового бойца.
…
[Порченый страж LV21] Янь Гэер.
Жизнь: 385/385.
Мана: 98/98.
Урон: 20.
Защита: 17.
Скорость: 12.
[Упрямство LV10]
Есть шанс не поддаться магии.
[Возрождение LV10]
Если тело не уничтожено полностью, есть шанс воскреснуть.
[Ярость]
Получая урон, увеличивает скорость и силу нападения.
…
Навыки стража выглядели простыми, и Лу Яо особенно оценил «Ярость» – для охраны города это оказалось весьма полезным свойством.
К тому же Янь Гэер служил командиром Яньчэна. Помимо тренировок с Кровавым рыцарем, он отвечал за порядок и защиту города.
Лу Яо заметил, что только этот порченый имел имя, в то время как прочие оставались безымянными.
Согласно опыту, имя – привилегия сверхъестественных существ.
Оно отделяет личность от безликой массы – как знак отличия или статус мини-босса.
Выше – титул.
Трое сильнейших подданных Лу Яо имели их: Изабель – «Меч Леса», Невид – «Кровавый рыцарь», морской владыка Гул – «Бич Тернового Венца».
Из побеждённых боссов лишь в Бездне Селти обладал титулом «Граф Увядания».
Лу Яо прикинул: божества, кажется, строятся по тому же принципу.
Новички-божества-стажеры сами выбирают имя – для удобства последователей при молитвах и обращениях.
После вхождения в Зал Всех Богов они становятся «божествами».
А выше – титулованные божества, такие как «Свистун» и «Сдирающий кожу».
Ещё выше – верховные, вроде «Бога тьмы» или «Бога леса» – самые символические силы.
…
Он вновь взглянул на город.
Порченые уверенно патрулировали улицы, поддерживая порядок.
Степные дикари приехали с востока, покорённые Изабель, и теперь занимались скотоводством – пасли лошадей, коров и собак, продолжая традиции своих предков.
Благодаря их труду, пастбища у Соляного пруда расцвели, а скот Племени Чеснока почти весь стал родом отсюда.
Последними оставались странствующие дикари.
Их становилось всё меньше. Многие вступили в племя, другие ушли на самые глухие окраины.
Но внимание Лу Яо привлекло другое.
После смешения рас и при поддержке мясомолочной пищи в мире появилась новая линия – [Раса Соли].
Благодарность White_55kai за 100 очков поддержки.
(Конец главы)
Комментарии