Глава 86: «Повесть о двух городах.»
Раса Соли – новый вид людей, рождающихся естественным образом. Они появляются уже с уровнями, хотя во всём Яньчэне таких всего трое, и все – семи-восьмилетние дети.
По силе они слабее любых сверхъестественных созданий.
Лу Яо выделил самого сильного из троих и открыл панель характеристик.
…
[Раса Соли LV2] Янь Цзю.
Жизнь: 20/20.
Мана: 5/5.
Урон: 1.
Защита: 1.
Скорость: 1.
[Долголетие]
Обладает продолжительной жизнью.
…
Лу Яо не отделывался ощущением, что с детьми этой новой расы что-то не так.
Он стал отслеживать их пути и вскоре вычислил источник. Отцом всех троих оказался [Порченый страж] Янь Гэер.
Он с женщиной из Клана Восточного моря тайно родил этих детей и часто приносил им мясо и соль.
Лу Яо ощутил смешанные чувства.
С одной стороны, межрасовый союз дал начало [Расе Соли] – это могло улучшить потомство и изменить ход развития цивилизации. В долгосрочной перспективе – хороший знак.
С другой – появление [Расы Соли] означало слияние человека с силой сверхъестественного уровня, последствия которого неизвестны.
Прецедентов не было.
Отныне история человечков явно начнёт отклоняться от истории земной. Это заставило Лу Яо задуматься.
Вскоре, пожалуй, копировать уже будет не с кого.
И всё-таки, рождение новой расы принесло радость.
Они обладали свойством [Долголетие]. Если его влияние со временем распространится на весь город, это даст каждому обитателю больше времени на развитие – несомненное благо.
Лу Яо решил просто наблюдать.
Он чувствовал себя сторожем поля: пока человечки не стояли у края пропасти, вмешиваться не следовало. Слишком плотная опека только задушила бы их воображение и естественный ход цивилизации.
…
Яньчэн не мог похвастаться блеском столицы. Здесь не было Чуда света – Колизея, не воздвигнуты памятники, не хватало богатств, а население – всего две тысячи, четверть столицы.
Зато не было и бремени прошлого.
В городе отсутствовали догмы, фанатизм и культ благодати богов – он жадно впитывал всё новое.
Свободный от пут, Юйлянь мог наконец проявить себя.
На экране замелькали уведомления.
[Юйлянь изобрёл библиотеку.]
[Интеллект жителей Яньчэна вырос.]
[Шанли изобрёл почтовых голубей.]
[Жители Яньчэна научились их разводить и использовать.]
Лу Яо приподнял брови.
Неужели и Шанли переселился в Яньчэн?
Он помнил его – прежнего управляющего Колизеем вместе с Му Кэ. Похоже, тот сменил род занятий.
Пролистывая виды города, Лу Яо заметил Шанли рядом с Юйлянем. Тот будто стал его помощником или деловым партнёром.
Вероятно, почуял выгоду.
Как бы то ни было, сотрудничество двух героев было добрым знаком.
Юйлянь отличался креативом и смелостью в замыслах, готовностью воплотить самые дерзкие идеи.
Шанли мыслит прагматично, привык судить делом и прибылью. Его глаз цепок – всегда находит выгодного союзника.
Прежде он поставил на Му Кэ, а теперь выбрал Юйляня.
Лу Яо с интересом стал следить за их разговором.
— Библиотека должна быть платной, — заявил Шанли. — Знание без цены перестаёт цениться.
— Но мы строим её, чтобы каждый мог читать и учиться, — возразил Юйлянь. — Если брать оплату в морских ракушках, многие просто не придут.
— Люди разные. Кто-то стремится к знаниям, а кто-то нет, — спокойно ответил Шанли. — Это как с мясом. Если положить кусок мяса на дороге и объявить, что он бесплатен, что произойдёт?
— Наверное, кто-то его возьмёт?
— Ошибаешься. — Над его головой вспыхнула пиктограмма пота. — Мы, торговцы, уже пробовали. Пришло множество зевак, но никто не решился взять мясо – все решили, что подвох. Некоторые даже упрекнули нас: «Не держите нас за дураков!»
— Если бы всё было чисто, зачем тогда отдавать просто так? — И в конце концов мясо слопала бродячая псина.
— …
— А вот снизь цену хоть немного – и тут же сбегутся покупатели. Мы проверяли. — Шанли пожал плечами. — Я понимаю твое стремление просветить всех. Именно поэтому я покинул Колизей и пришёл к тебе. Но людям нужно не знание – им нужно ощущение ценности.
— Потому я и говорю: библиотека должна быть платной. Это даст понять, что знание – сокровище. Тогда им будут дорожить.
Юйлянь помолчал, потом признал:
— Ты прав. Я слишком упростил. Пусть будет платной.
— Есть, господин мэр, — подмигнул Шанли, и над ним засиял смайлик.
— Только ответь, — нахмурился Юйлянь. — Зачем ты вообще сюда пришёл?
— Как и прежде, — улыбнулся Шанли. — Потому что верю в этот город. В тебя, мэр, и в будущее. Колизей и Яочэн отражают прошлое, но здесь – грядущее. Торговцы всегда делают ставку на будущее.
…
Библиотека в Яньчэне была проста – квадратное каменное строение посреди города. Над дверью висел флаг с изображением книги.
У крыльца зазывала выкрикивал:
— Библиотека, библиотека! Найдёшь нужную книгу – тебе её прочтут вслух, даже если ты не умеешь читать!
Так как чтение стало платным, посетителей было немного. Большинство толпились у входа, ожидая, пока кто-то выйдет – и слушали пересказы – бесплатно.
Яньчэн был как юноша, полный энергии и любопытства: он не боялся нового и шагал вперёд, пробуя всё.
…
Лу Яо перевёл взгляд.
Тем временем в столице Племени Чеснока царила иная картина.
Одни погрузились в безудержные пьянства и бои Колизея, утопая в крови и эле.
Другие превратились в фанатиков-пуритан: на каждой трапезе славили богов, цитировали «Евангелие божеств», молились и совершали обряды в храме.
А третьи рвались к приключениям – уходили в плаванья на галерах к краям мира, будто искали невидимых великанов. Многие не возвращались.
…
Изобилие пищи вскружило головы, и древнее племя впало в оцепенение.
Иными словами, наелись досыта.
После смерти мага Сэньцзяня положение ухудшилось ещё сильнее.
В храме пророк Хаймила наконец разгневалась.
Она повела учёных по городу, призывая заблудших каяться перед богами и евангелием. Затем изгнала особо распущенных, фактически вытеснив их в Яньчэн, и ради этого создала войско.
[Хаймила основала храмовую армию.]
[Племя Чеснока освоило построение и управление войсками.]
[Племя Чеснока основало город: Яочэн.]
Яочэн, в отличие от Яньчэна, пропитался атмосферой поклонения божествам. Он постепенно стал аграрно-религиозным центром.
Лу Яо глядел с высоты на два города на востоке и западе.
Они выросли из одной точки, но пути их разошлись.
Каждый ступал своей дорогой, всё дальше от другого. Что будет потом – не знал никто.
Лу Яо откинулся на спинку кресла и вспомнил вступление из «Повести о двух городах»:
Это было лучшее из времён, это было худшее из времён, это – …
Дальше он забыл.
(Конец главы)
Комментарии