Цинь И стоял, опустив голову, и вызвал игровую панель.
Так и есть. Уровень повышен.
«Основы искусства меча» достигли 5-го уровня, а «Искусство меча сотни битв» — 3-го.
Вот почему ему удалось переломить ход боя.
«Когда „Основы искусства меча“ достигают пятого уровня, изменения просто колоссальны».
Вспоминая свои ощущения во время поединка, Цинь И все еще чувствовал волнение, которое не давало ему успокоиться.
«Игровая панель – это сила».
«Это было качественное изменение».
«Я почти одержал победу».
Но при мысли о финале поединка Цинь И почувствовал приступ досады.
«Знал ведь, что будет давить своей аурой боевого пути».
«Подумаешь, велика важность – аура боевого пути».
«У меня она тоже будет! Хмф!»
Цинь Сюй, видя, как Цинь И дуется от обиды, усмехнулся:
— Что, не согласен с результатом?
Теперь, когда они остались вдвоем, Цинь И чувствовал себя свободнее. За два года он привык к молодому господину и в разговорах с ним наедине уже не был таким скованным, как вначале.
— Молодой господин, если бы мы соревновались только в искусстве меча, я бы точно победил, — надув губы, заявил Цинь И. — Он просто воспользовался своим превосходством в силе, чтобы меня одолеть.
— Верно, верно, Большеголовый прав, — сначала по-детски успокоил его Цинь Сюй, а когда тот немного остыл, продолжил уже серьезным тоном:
— Но, Большеголовый, это был всего лишь поединок. Ты можешь жаловаться. А если бы это был бой насмерть, ты бы тоже жаловался? Разве враг отказался бы от своей ауры, чтобы сражаться с тобой на равных?
Конечно, он понимал эту простую истину, но все же…
Цинь И поджал губы, во взгляде все еще читалось упрямство.
— Молодой господин, когда я смогу стать воином?
Цинь Сюй, глядя на него, с улыбкой покачал головой.
«Наверное, этим вопросом задается каждый, кто только начинает свой путь в боевых искусствах».
«Даже Цинь И, с его-то корнем мудрости, не стал исключением».
Если бы этот вопрос задал кто-то другой, Цинь Сюй не решился бы ответить. Но в случае с Цинь И, после двух лет обучения, он был уверен, что знает ответ лучше кого-либо.
— В лучшем случае – через полгода, в худшем – через три-четыре года.
«Что? В лучшем случае полгода, а в худшем – целых три-четыре года?»
Цинь И хотел немедленно отыграться и не мог ждать так долго.
— А? Почему так долго?! — невольно вырвалось у него.
«Долго?»
Цинь Сюй потерял дар речи.
«И это долго?»
«Это же путь Изначального Воинства, самый трудный из всех».
«Другие, идущие по этому пути, тратят на это как минимум десять лет, а то и все тридцать, а то и шестьдесят».
«Скорость, с которой учится Цинь И, – это уже за гранью гениальности».
Цинь Сюй молча смотрел на Цинь И.
— Молодой господин, эта аура боевого пути так несправедлива. Неужели нет способа для обычного человека защититься от нее? — спросил Цинь И с надеждой в голосе, все еще не в силах смириться с поражением.
В его глазах молодой господин был всемогущ.
«А вдруг то, что для меня – неразрешимая задача, для него – пустяк?»
Встретившись с полным надежды взглядом Цинь И, Цинь Сюй с улыбкой сказал:
— Аура боевого пути происходит от давления, которое излучают могущественные существа. Это их врожденный дар, их инстинкт. Под таким давлением слабые существа от страха теряют контроль над телом и не могут даже сопротивляться… Это жестоко, но таков Небесный Путь, таков закон природы.
Услышав слова «Небесный Путь» и «закон природы», Цинь И понял, что решения нет.
Он сразу сник и слушал дальше уже без всякого энтузиазма.
Цинь Сюй, словно не замечая его состояния, с улыбкой спросил:
— Большеголовый, как ты думаешь, в древние времена наш человеческий род относился к сильным или к слабым существам?
Цинь И на мгновение задумался и, немного поразмыслив, неуверенно ответил:
— К слабым?
Цинь Сюй кивнул:
— Верно, к слабым. В древности люди еще не создали боевых искусств. Не было воинов, обладающих сверхъестественной силой, были лишь обычные люди. А обычные люди – это слабые существа.
Цинь Сюй вовремя остановился, не желая углубляться в эту тему, и задал встречный вопрос:
— Большеголовый, как ты думаешь, что делали наши предки в древние времена, когда еще не владели боевыми искусствами, если на них нападали могущественные существа? Неужели они просто ждали смерти?
Цинь И тактично не стал настаивать на продолжении и задумался над вопросом Цинь Сюя.
— Конечно нет, они должны были сопротивляться! Чтобы выжить, чтобы жить с достоинством, чтобы не стать добычей для сильных существ, они ни в коем случае не могли сдаться, и уж тем более не могли просто ждать смерти!
Говоря это, Цинь И вдруг что-то понял, и его глаза заблестели.
— Значит, молодой господин, у нашего народа все-таки есть способ для обычных людей противостоять ауре боевого пути, верно? Иначе как бы они могли сопротивляться, если даже телом управлять не могли? А если бы сопротивление было безуспешным, разве мы жили бы сейчас так, как живем?
Тут ему в голову пришла еще одна мысль, и он тихо пробормотал:
— Постойте… Неужели именно так и зародились боевые искусства? А аура боевого пути была создана по образу и подобию давления могущественных существ? Или она была усилена уже после того, как люди сами стали сильными?
Цинь Сюй с одобрением посмотрел на Цинь И.
— Поистине, умен не по годам.
Он лишь задал направление, а Цинь И уже смог сделать столько выводов.
«Обучать такого ученика – одно удовольствие».
Цинь Сюй продолжил:
— Первым, кто дал отпор, был древний мудрец, основатель боевых искусств. Мы не знаем его имени, и потому с почтением зовем его «Изначально-боевой Мудрец».
— Именно Изначально-боевой Мудрец открыл для человечества путь от слабости к силе, позволив нам занять свое место в этом мире.
— И этот путь – боевые искусства.
— А ту изначальную систему, что он создал, мы называем путем Изначального Воинства.
Говоря об Изначально-боевом Мудреце, Цинь Сюй смотрел с благоговением.
Это было не просто уважение к предку, это была вера.
— Однако путь Изначального Воинства оказался слишком сложен. В древние времена почти никто, даже посвятив этому всю жизнь, не мог освоить даже азов. Лишь единицы, обладавшие исключительным талантом, могли встать на этот путь.
— Но освоить азы – это полбеды, продвигаться дальше было еще труднее. Из тех, кто встал на путь, лишь немногие могли двигаться вперед, и чем выше был уровень, тем меньше становилось таких людей.
— Достичь уровня Изначально-боевого Мудреца было практически невыполнимой задачей.
С этими словами Цинь Сюй вздохнул, словно скорбя о той темной эпохе.
— Путь Изначального Воинства невозможно было сделать достоянием всего человечества.
— Поэтому, чтобы сделать боевые искусства доступнее, многие поколения воинов, опираясь на опыт предшественников и свой собственный разум, создавали на основе пути Изначального Воинства новые системы.
— К нашему времени появилось пять великих школ и бесчисленное множество техник.
— Именно благодаря этому сейчас так много воинов, и человечество достигло своего нынешнего процветания.
Говоря это, Цинь Сюй был охвачен воодушевлением, и в его глазах вспыхнул яркий, ослепительный свет.
(Конец главы)
Комментарии