Когда час Дракона уже миновал, Цинь Вэй, зевая, толкнул дверь своей комнаты.
Выйдя наружу, он увидел на тренировочной площадке Цинь И, который уже вовсю махал мечом и обливался потом. Глаза Цинь Вэя от удивления округлились.
— Малыш И, мы же вчера в час Свиньи вместе разошлись по комнатам спать? Ты во сколько сегодня проснулся? Сколько уже тренируешься?
Цинь И, закончив оставшиеся приемы «Искусства меча сотни битв», повернулся и ответил:
— Проснулся сегодня в час Тигра. Тренируюсь уже часа четыре, наверное.
Цинь И заметил, что после получения трех наград, когда его изначальная энергия достигла ста тысяч единиц, количество, похоже, перешло в качество. Он стал невероятно энергичным, и даже после четырех часов сна чувствовал себя полным сил, без малейшего намека на сонливость.
Раз уж не спалось, а здесь, вдали от дома, других дел не было, Цинь И, естественно, встал тренироваться с мечом.
Цинь Вэй посмотрел, как Цинь И выпил чашу отвара для питания жизненной силы, вытер пот и снова вернулся на тренировочную площадку, чтобы продолжить упражнения. Он невольно выругался про себя:
— Ну и скотина!
Раньше, когда они не жили вместе, режим дня Цинь И казался вполне нормальным. Только поселившись под одной крышей, Цинь Вэй понял, насколько ненормален этот парень.
Переехав в уездный город, лишенный домашних забот и увлечений, и оставшись лишь с учебой и тренировками, Цинь И наконец-то в полной мере раскрыл свой ужасающий талант.
— Нет, нельзя позволить Цинь И обогнать меня! — Цинь Вэй тут же ощутил серьезную угрозу.
«Раньше мы дрались на равных, а что будет дальше? Нет, я ни за что не позволю этому сопляку обойти меня».
Цинь Вэй быстро умылся, проглотил пилюлю взращивания юань и тоже вышел на тренировочную площадку, чтобы взяться за меч.
Цинь Сюй, лежа на мягкой кушетке, с довольной улыбкой наблюдал за соревнующимися мальчишками.
«Очень хорошо, именно такого эффекта я и добивался».
Однако больше всего его поражало телосложение Цинь И.
Казалось, с возрастом оно становилось все лучше и лучше.
Вот как сейчас – его изначальная энергия просто-таки переливалась через край.
«Странно. Корень и кость, который может постоянно развиваться и сам по себе увеличивать изначальную энергию… Что это за корень и кость? Почему я раньше о таком не слышал?»
Впрочем, корней и костей существует великое множество, да и новые появляются постоянно.
Каждый год при подведении итогов обнаруживались какие-нибудь диковинные экземпляры.
Когда видишь это часто, перестаешь удивляться.
Старейшина Хуан, подумав, сказал:
— Молодой господин, я помню, что Цинь И, кажется, родился недоношенным. Но посмотрите, когда мы его увидели, кроме большой головы, в нем не было ничего, что указывало бы на это. Как вы думаете, может, его корень и кость тогда еще не сформировались до конца и лишь потом постепенно начали развиваться?
Цинь Сюй задумался и кивнул:
— Тоже возможно! Я слышал о нескольких противоположных случаях.
Хотя, как правило, качество корня и кости не влияет на продолжительность пребывания ребенка в утробе матери, всегда бывают исключения.
Некоторые дети с особенно хорошим корнем и костью проводят в утробе больше времени, чем обычные люди. Ходят даже легенды о небесных избранниках, которые рождались лишь после трех лет беременности.
Неизвестно, правда ли это.
Однако в их клане Цинь был гений, родившийся после четырнадцати месяцев беременности.
Это говорит о том, что время, проведенное в утробе, действительно может влиять на развитие корня и кости.
Если так, то вполне возможно, что из-за преждевременных родов корень и кость Цинь И не успели полностью сформироваться и развились уже после рождения.
При этой мысли Цинь Сюй усмехнулся и покачал головой:
— И чем я только занимаюсь? Сижу тут и размышляю о всякой ерунде.
Цинь И – его ученик, и он практикует путь Изначального Воинства, который не требует особого корня и кости. Так что, хорош его корень или плох, особого значения это не имеет.
Думать об этом было совершенно бессмысленно.
Улыбка сошла с лица Цинь Сюя, он повернулся к старейшине и с серьезным видом спросил:
— Старейшина Хуан, есть какие-нибудь новости из уездной управы?
Старейшина Хуан поспешно ответил:
— Я как раз собирался вам доложить. Вчера в уездную управу пришел один человек, и, что интересно, наш знакомый – Чжоу Боюань, выпускник Академии Лиян, которого мы встретили на горе Тигриной Головы. Его лично встретил Чжао Хуайюань, и с тех пор он из управы не выходил.
— Чжао Хуайань тоже из Академии Лиян. Раз уж Чжоу Боюань оказался в уезде Цинлинь, вполне естественно, что он навестил уездного начальника.
Цинь Сюй покачал головой и спросил:
— Не удалось обнаружить следов того мастера гу?
Старейшина Хуан с сожалением покачал головой:
— Молодой господин, вы же знаете, мастера гу – не то что мы, воины. В обычной жизни они ничем не отличаются от простых людей. К тому же, большинство из них владеют искусством маскировки и сокрытия дыхания, а их методы коварны и непредсказуемы. Наши люди никогда прежде не сталкивались с мастерами гу… так что… обнаружить тайно наблюдающего мастера гу, просто следя за уездной управой, — это действительно сложная задача для тёмной стражи.
Цинь Сюй понимал, что торопится. Успокоив разбушевавшиеся мысли, он сказал:
— Это я поторопился. Скажи тёмной страже, чтобы не спешили. Судя по историческим записям, мастера гу очень дорожат своими гу. Они не могут просто так оставить живого червя-гу в чужих руках.
За ночь размышлений в голове Цинь Сюя сложилась ясная картина происходящего.
— А что с семьей Чэнь?
— Чэнь Тяньци отправил тайное письмо. Мы могли бы его перехватить, но вы, молодой господин, велели не спугнуть дичь. Тёмная стража, обнаружив, что вскрыть письмо незаметно будет трудно, позволила ему уйти.
Услышав это, Цинь Сюй удовлетворенно кивнул:
— Да, они поступили правильно! То, что это письмо дойдет до адресата, важнее, чем знание его содержания.
Даже не вскрывая письма, Цинь Сюй примерно догадывался о его содержании. Не было нужды рисковать и совершать лишние действия.
— Хм, я так и знал. С чего бы мастеру гу без всякой причины накладывать гу на сына какого-то купца? Неужели их гу так обесценились? Конечно же! Эта семья Чэнь и впрямь непроста!
На лице Цинь Сюя появилось выражение, говорившее: «Я так и знал».
Это тайное письмо подтвердило правильность его вчерашних умозаключений.
Теперь он был еще более уверен в своих дальнейших планах.
— Старейшина Хуан, соберите как можно больше сведений о семье Чэнь, особенно об этом Чэнь Тяньци. Я хочу знать, что в этой семье такого особенного, что заставило мастера гу так суетиться.
Взгляд Цинь Сюя стал острым, и он холодно отдал старейшине Хуану новый приказ.
— Да, молодой господин.
Старейшина Хуан принял приказ и уже собирался уйти, но, обернувшись, бросил взгляд на тренирующихся на площадке Цинь И и Цинь Вэя. Поколебавшись мгновение, он все же спросил:
— Молодой господин, сейчас в уезде Цинлинь назревает буря, здесь очень опасно. А духовное око Цинь И… может, стоит приостановить их практику во внешнем мире?
Цинь Сюй посмотрел на две фигуры, обливающиеся потом на тренировочной площадке, и с улыбкой покачал головой:
— На такой-то сцене разве практика не будет еще эффективнее?
Комментарии