Разрушенный храм осел на один угол, казалось, ещё немного – и сколлапсирует под собственным весом.→
Внутри и снаружи горели десятки свечей разного размера. Воздух наполнил густой аромат воска, удивительно приятный, умиротворяющий.
У самых ступеней Маленький старичок остановился и взобрался Камии на плечо.
Онмёджи не обратил внимания – достал из спрятанного кармана Холщового мешка миража телефон и вошёл внутрь.
В полумраке стояла выцветшая статуя божества, ростом почти с человека. Половина её осыпалась, и по обнажившейся глине уже ползла сеть трещин. Невозможно было различить, что она изображала.
Камия отметил – идол внутри был полый.
Но куда заметнее самого идола оказался сидящий в углу фигурка маленького монаха, облачённого в коричневое кимоно. Кожа его была синей, лицо – одноглазым, а в руках – деревянная колотушка. Он безучастно отбивал ритм по дереву.
Тук-тук-тук – размеренный деревянный звук отдавался под сводом.
Перед ним и стоял обещанный старичком «законопослушный кайдан».
— Это – Ао-бодзу? — Камия окинул взглядом малыша.
Характерные черты на месте: кожа синяя, глаз один. Разве что по размеру этот монах скорее напоминал детскую версию классического ёкая.
Когда он заметил гостя, синекожий монах перестал бить в колотушку, поднял своё единственное око и произнёс бесстрастно:
— Делать свечу… станешь ли, путник?
— Свечу? — Камия нахмурился.→
Телефон в этот момент затрещал вибрацией.
[В заброшенном храме Монах-свечник продаёт созданные им свечи: цена – 200 кристаллов души за штуку.]
Камия зыркнул на экран – и мысленно выругался.
«Да чтоб тебя! За одну свечу – двести?! Золото, что ли, вплавлено?»
— Делать свечу… станешь ли, путник? — Вновь механически повторил маленький монах, словно типичный NPC.
— Аба-вуцзи! — Пискнул с плеча Маленький старичок, подталкивая хозяина к покупке.
Ничего не поделаешь. Пришёл – значит, надо попробовать.
Раз уж этот Монах-свечник точно торговец, стоило приобрести хотя бы одну его работу, пусть и за неслыханную сумму. К тому же Маленький старичок намекал, что синий монах может помочь вылечить Ханню – скорее всего, речь шла именно об этих свечах.
— Монополия на товары – это зло, — проворчал Камия и всё же перевёл с телефона 200 кристаллов души.
— Наму-амитабха. — Монах-свечник сложил ладони, склонил блестящую голову и достал из-за пазухи белую свечу, протянув её Камии.
Онмёджи ощутил необычную тяжесть предмета. Свеча казалась каменной, но на ощупь была прохладна и гладка, будто отполированный нефрит.
[Получено: малая свеча упокоения.]
[Малая свеча упокоения (редкий материал). Изготавливается из кристаллов души. Её пламя полностью усваивается кайданами.]
[Поглощение свечного света усиливает и лечит кайдан.]
— Так вот что это – универсальный баф и лечебное средство в одном флаконе, — проговорил Камия, взвешивая свечу в руке. — Ладно, выходит, цена не такая уж грабительская.
Отныне при деньгах, у него оставалось чуть больше сотни кристаллов – хватит и на вторую покупку.
Он снова перевёл 200 кристаллов и получил вторую свечу.
Эта – на запас. Если первой не хватит, чтобы вылечить Ханню, хватит второй. А если и она не спасёт, можно будет наскрести ещё при случае.
— Вторую оставлю для Мисс Мэри. — Камия аккуратно спрятал свечи в Холщовый мешок миража. — Вдруг понадобится.
Он улыбнулся уголком губ. Конечно, не ради сентиментальности – просто чувство долга. «Мэри помогала мне, вот и всё».
…
После сделки кошелёк его исхудал до двухзначной суммы. Камия вышел из разрушенного храма обратно на тропу.
И сразу – недобрый свет впереди. Казалось бы слабый, колышущийся, но приближающийся.
В небе плавала бледно-голубая огненная сфера, в глубине которой дрожало лицо старухи – призрак Убаби.
— А-ба! — Взвизгнул Маленький старичок и тут же рассосался облаком духа, спасаясь бегством.
— Значит, маскировка действует только на людей, — усмехнулся Камия и выхватил окровавленный мачете.
— Хи-хи ха-ха ху-ху! — Безумно засмеялось пламя и ринулось вниз.
Он ударил – клинок прошёл сквозь огонь, не нанеся вреда.
— Плохо… на физику не реагирует.
И секунду спустя голубой огонь накрыл его с головой. На миг в пламени вырисовалось оскаленное, безумное лицо старой женщины.
Телефон заискрил, и перед тем как потухнуть, на экране вспыхнули четыре красных иероглифа:
【Старая знакомая】
Комментарии