Зрители по ту сторону экранов видели, как избранница небес застыла на месте. Ее рука с зажатой расческой так и не опустилась, и у всех от волнения пересохло во рту.
[Мэри, что ты творишь?!]
[Почему остановилась? Расчесывайся скорее!]
[Не останавливайся! Осталось всего три раза!]
[Проклятье! Она засмотрелась в зеркало и сбилась со счета!]
[Что делает наше правительство?! Срочно используйте попытку связи!]
[Наши попытки связи… давно израсходованы…]
Зрители видели в зеркалах пустоту. Но Мэри видела, как фигура за ее спиной повернула голову на сто восемьдесят градусов, обнажив мертвенно-бледное, распухшее лицо, покрытое шрамами.
Один глаз свисал на нерве, другой отсутствовал вовсе – на его месте была лишь впадина под сморщенным веком.
Густая грива волос уже почти коснулась тела Мэри.
Ужас парализовал ее волю.
Раздался глухой стук – расческа выпала из ее рук.
Старая розовая расческа, на которой и так оставалось едва ли десять зубьев, при ударе окончательно лишилась всех своих «зубов».
Ритуальный предмет был уничтожен.
Из зеркальных стен спереди и сзади одновременно высунулись изуродованные бледные руки. Одна вцепилась в голову, другая – в ноги.
— Хрясь! — Кровь брызнула фонтаном.
Экран трансляции Страны Банцзы мгновенно погас.
Эта сцена была настолько кровавой и жестокой, что зрители из Китая не успели опомниться, как Ши Ли и остальные уже взялись за ручку.
Это была старая шариковая ручка какой-то давно снятой с производства марки. Краска на ней облупилась, а корпус треснул посередине – видимо, ее часто роняли.
Ши Ли попробовала черкнуть на бумаге.
Следа не осталось – паста закончилась.
— Эта ручка вообще пишет? — Нахмурилась Пэй Вансин.
— В обычных условиях – конечно нет, — ответила Гань Чжоуи. — Но господин Бисянь обладает великой силой, неужели он не найдет чернил?
Ши Ли часто думала, что Гань Чжоуи с ее талантом убеждения стоило бы пойти в чиновники.
На всех этих предметах для призыва были явные следы использования, и они наверняка были как-то связаны с источником загрязнения. Ши Ли осмотрела каждый из них.
Ни имен, ни особых знаков найти не удалось.
Она сдалась.
Вспомнив правила игры, она сосредоточилась.
Бисянь – всем известная игра по вызову духов, которая в большинстве ужастиков становится началом кошмара для главных героев.
Дух кисти – как призовешь, так и должен спровадить.
Если в процессе ручка случайно упадет, дух привяжется к участникам.
И самое главное: ни в коем случае нельзя спрашивать у Бисяня, как он умер.
Ши Ли разъяснила участницам правила и запреты.
Девушки показали жест «ОК».
В тренировочном зале не нашлось чистого листа бумаги, поэтому пришлось разобрать пачку из-под сигарет Гань Чжоуи и расстелить ее на полу.
Все положили руки сверху, перекрестив пальцы и осторожно зажав ручку так, чтобы она не упала.
Опора была крайне ненадежной: стоило кому-то одному отпустить руку, и ручка бы рухнула.
Групповой призыв проверял не только храбрость, но и доверие.
Все было готово.
В темной комнате зазвучал едва слышный шепот:
— Бисянь, Бисянь, ты – мое прошлое, я – твое настоящее. Если хочешь продолжить нашу связь, нарисуй на бумаге круг.
— Бисянь, Бисянь, ты – мое прошлое, я…
— Бисянь, Бисянь…
Все держали руки на весу, заставляя ручку замереть перпендикулярно бумаге.
Ши Ли не сводила глаз с картона.
Из-за взаимодействия сил ручка начала двигаться по поверхности, оставляя не цветные линии, а лишь едва заметные вмятины.
Внезапно Ши Ли почувствовала резкую боль в ладони.
Острый край треснувшего пластика порезал ей кожу.
Не только ей – руки остальных участниц тоже оказались расцарапаны в разной степени.
В тот же миг возникло ощущение присасывания. Через узкую, но глубокую рану кровь из тел начала непрерывным потоком перетекать в ручку.
— …?
Девушки синхронно втянули воздух, подавляя желание отдернуть руки.
Следы на бумаге начали обретать цвет.
Насыщенный, вызывающе алый.
Ши Ли словно впала в какой-то транс. Казалось, ее душа воспарила под потолок, а лист с ответами внизу стал бесконечно далеким.
«У-у-у…»
В коридоре внезапно завыл сквозняк, просачиваясь сквозь щели хлипкой двери. Его заунывные звуки напоминали то ли плач призрака, то ли крик младенца.
Линии под ручкой из прерывистых стали плавными.
Медленно на бумаге вырисовался кровавый круг.
Некая посторонняя сила взяла ручку под контроль.
Вокруг были зеркала, в которых легко могло что-то отразиться. Краем глаза Харуна заметила, как в одном из них проступил красный силуэт.
Она сразу вспомнила слова фальшивой Пэй Вансин.
Неужели это та самая женщина в красном, что бродит по коридорам?
Оно… вошло.
Значит, этот ритуал был просто способом пригласить врага в дом?
Дать призраку законный повод войти в тренировочный зал?
— Тьфу! Какое подлое задание! — Подумала она.
Все сразу заметили присутствие Бисяня.
Трудно было не заметить ярко-красное, словно пропитанное кровью платье. На бледном, лишенном красок лице Бисяня улыбка становилась всё шире.
Его тело оставалось неподвижным, но шея, подобно пластилину, неестественно вытянулась, и голова оказалась прямо у уха Гань Чжоуи.
«Чвяк!»
Скользкий, вонючий язык мазнул ее по мочке уха.
— Ты ведь видишь меня…
— Черт!
Ледяное дыхание заставило Гань Чжоуи крупно вздрогнуть, но верность амплуа удержала ругательства на кончике языка. Она с потерянным видом подняла голову:
— Почему вдруг так похолодало?
— Ты видишь меня… ведь так?
Голос Бисяня был замогильным, а дыхание несло густым запахом крови.
— Если хочешь что-то узнать, можешь просто повернуться и спросить. Богатство, любовь, срок жизни… я отвечу на всё.
«Так я тебе и поверила!»
Любое действие вне правил было лишь попыткой выманить их из-под защиты системы!
Видя, как Бисянь донимает Гань Чжоуи, Пэй Вансин, которая обычно с ней враждовала, на сей раз не стала злорадствовать. Она первой задала вопрос:
— Бисянь, Бисянь, стану ли я богатой в будущем?
Внимание женщины в красном переключилось. Ее алый язык снова вытянулся, обвив корпус ручки и захлестнув тыльные стороны ладоней всех четверых.
Их окутало ощущение чего-то склизкого и влажного.
Ши Ли едва сдержала рвотный позыв – ее несуществующая брезгливость была на пределе.
Впрочем, вопрос Пэй Вансин заставил Ши Ли покоситься на нее.
Надо же было этой девчонке вытянуть именно талант «Ненависть к богатым», который работает только против аномалий, чей статус выше ее собственного.
Ее судьба на этот инстанс уже была определена.
Она не только не могла разбогатеть, но и не имела права оставить при себе ни единого гроша.
Ручка вывела на бумаге два размашистых кривых иероглифа:
«Никогда!»
Пэй Вансин будто громом поразило. В глазах «стальной леди» заблестели слезы, она ссутулилась и будто постарела на десять лет в одно мгновение.
Женщина в красном сменила цель, уставившись на Харуну.
Ши Ли перехватила инициативу и совершенно спокойным тоном спросила:
— Бисянь, Бисянь, кто израсходовал всю мою пачку салфеток, которую я купила на прошлой неделе?
Трое подруг виновато отвели глаза.
На бумаге появились три имени.
Взгляд Ши Ли наполнился жаждой убийства.
— Кхм-кхм… Ой, какой сильный ветер, как-то жарко стало. Бисянь, Бисянь, получу ли я зарплату за этот месяц? — Затараторила Гань Чжоуи.
— Бисянь, Бисянь…
Они по молчаливому согласию не спрашивали о том, что когда-то произошло в этом тренировочном зале, ведь это могло коснуться причины смерти самого Бисяня!
Стоявший перед огромным экраном в зале анализа Сяо Сяо мгновенно всё понял:
— Они тянут время!
Комментарии